Чтение онлайн

После того, как Северус нежданно-негаданно сделался профессором в Хогвартсе, и без того редкие встречи совсем прекратились. Майк изо всех сил пытался в условиях экономического кризиса удержать на плаву свой бизнес, у Северуса между: уроками, дежурствами, отработками, подготовкой учебных планов, проверкой ученических работ и приготовлением зелий для больничного крыла просто физически не оставалось времени ни на что, кроме сна. Впрочем, на сон его тоже почти не оставалось.

И вот теперь, как только представился удобный случай возобновить общение со старым приятелем, Северус немедленно им воспользовался. Он вообще не имел привычки разбрасываться подвернувшимися возможностями. Идея с новым бизнесом посетила его почти случайно и захватила целиком. Это был великолепный шанс не только основать дело, сулящее в самый короткий срок обеспечить будущее и его, и Петунии, и мальчиков, но и отличная возможность взять в партнёры людей, которым он может полностью доверять. В том, что Майк по достоинству оценит перспективы и ухватится за шанс обеими руками, Северус ни минуты не сомневался.

Теперь же, учитывая взаимную симпатию между Петунией и Майком, всё могло сложиться ещё лучше. Северус искренне привязался к своей необычной семье и бросать мальчиков и не совсем жену на произвол судьбы в любом случае не собирался, но вот если бы удалось обеспечить Петунии счастливое будущее со своим другом, всё стало бы совсем замечательно. Будущий доходный бизнес, в который брать чужих совершенно не хотелось, мог стать семейным. Нет, разумеется давить и подталкивать он никого не станет, но вот дать возможность познакомиться поближе и самим решить, что им нужно… Пожалуй, попросить Майка помочь Петти подготовиться к поступлению в университет будет вполне подходящим предлогом для более тесного общения…

Вечером, когда Петуния сама заглянула к нему в комнату и предложила поговорить, Северус даже не сомневался, что речь пойдёт о Майке. Ошибся. Никакого отношения к Барнсу разговор не имел. Выслушав посетившую Петунию идею, он по достоинству оценил её изобретательность и вынужден был признать, что ему ничего подобного никогда бы в голову не пришло!

Уже через пару дней под предлогом «внести разнообразие в каникулы» все отправились в кино, прихватив с собой и Малфоев. И, конечно же, с лёгкой руки Петунии, дружной компании пришлось смотреть «Меч в камне».

И Драко, и старшие Малфои пришли в полный восторг от этого развлечения. Но Люциус не был бы самим собой, если бы сразу не смекнул, куда ветер дует. Уже на выходе из кинотеатра он придержал Снейпа за плечо:

— Север, а знаешь, сильно мне кого-то этот развесёлый Мерлин напоминает. Ты нарочно это затеял?

— Разумеется. Подыграешь?

— Даже не сомневайся, — хищно оскалился Люциус. — К нам?

— Угу. Наверное, будет лучше, если все трое получат и пищу для размышлений, и возможность обсудить свои выводы без помех…

Раньше, чем все уселись за обеденный стол, в общих чертах план представления был согласован.

Дав мальчишкам полностью насладиться обсуждением и поделиться впечатлением от мультфильма, Люциус, перехватив красноречивый взгляд Северуса, поудобнее откинулся в кресле и, вроде бы ни к кому не обращаясь, задумчиво произнёс:

— А я-то всё думал, с чего это магглорожденные, как идиоты, в рот нашему дорогому директору заглядывают. Север, как думаешь, это с его подачи такую замечательную сказочку сняли?

— Хм… — Снейп принял преувеличенно задумчивый вид, — всё может быть. Мультфильму-то уже лет двадцать, а Альбус у нас уже тогда числился и «величайшим», и «светлейшим», и председателем МКМ…

— И в самом деле… — Малфой-старший со значением покивал. — А что… Этакий чудаковатый добрый старец с седой бородой. Улыбчивый и добродушный.

Петуния тут же театрально ухватилась за сердце:

— Ах, а я-то всё думала, кого же он мне напоминает?! И ведь самой-то даже в голову не пришло…

Следующие несколько минут взрослые увлечённо проводили параллели и занимались сравнением неприглядных фактов из жизни обоих могущественных волшебников. Дети, сознавая, что их присутствие чисто случайно упустили из виду, напряжённо прислушивались, стараясь осмыслить и запомнить непредназначенную для них информацию.

— Как бы там ни было, Мерлин и его ставленник не остановились перед убийством. Это же немыслимо, отправить полный корабль детей на корм рыбам! — жёстко подвёл итог Северус.

— Да, до такого, согласно истории, не опускались даже темнейшие из волшебников! — Голос Люциуса был полон праведного гнева. — И этим они с Дамблдором тоже удивительно похожи. Не суть важно, кого приносить в жертву, если всё это делается ради некоего мифического «общего блага»!

— Каких детей? — испуганным шёпотом спросил Гарри, совершенно позабыв, что надобно притворяться, что они не прислушиваются к ведущемуся разговору.

— Я тебе потом объясню, — шикнул Драко.

Взрослые очень натурально удивились, «вдруг обнаружив», что дети всё ещё находятся рядом, и пустились в «неохотные» объяснения.

— И что, совсем никто-никто не спасся? — расстроенно спросил Дадли, на которого история произвела почему-то особенно сильное впечатление.

— Только Мордред. Он один сумел выжить, — вздохнула Нарцисса.

— «Мордред»? Это тот, кем Северус и дядя Люциус ругаются? А почему? Я хочу сказать, что его хотели убить вместе с другими детьми, а он выжил и убил того, кто хотел убить его… И за это его стали считать плохим?

— Не совсем так, Гарри. Считается, что Мордред совершил много нехороших вещей, но… — Северус очень серьёзно посмотрел мальчику в глаза, — историю пишут победители. Очень часто события и причины, по которым они произошли, искажаются в угоду тем, кто находится у власти. Ходят легенды, что Мордред с детства был злым и подлым ребёнком.

— А это правда?

— Не знаю.

— Видишь ли, Гарри, правда или нет, но дети не растут сами по себе. Окружающие их взрослые играют ключевую роль в том, каким станет ребёнок, когда вырастет. Если с детьми жестоко обращаться, то даже самый одарённый ребёнок со временем может вырасти таким же жестоким и злым, какими были окружающие его взрослые. Например, Тёмный Лорд, который убил твоих родителей, Гарри. Он мог бы совершить много великих и славных дел, но ожесточился в детстве. Он вырос в приюте среди магглов. Окружающие его боялись и не понимали. Когда он пошёл в Хогвартс, ещё что-то можно было исправить, но каждое лето его отправляли обратно в маггловский приют. Тогда шла война, на дома падали бомбы, люди вокруг гибли. Лорд, его тогда звали Томом Риддлом, видел всё это и начал бояться смерти. А ещё он видел, что волшебный мир в лице школьной администрации отворачивается от него, бросая на произвол судьбы. И он начал собирать сторонников, последователей, которые помогли бы ему сделать волшебников более могущественными и защитить их от магглов. Его изначальные идеи были хороши, но… Тогда никто, наверное, даже он сам, не представлял, как сильно его психика пострадала от пережитых ужасов. Через четверть века Том Риддл стал безумцем, стремящимся победить свой страх перед смертью, убивая других. В конце концов он сошёл с ума и стал жестоким маньяком. Я не оправдываю его деяний, но этого не случилось бы, если бы нашлись люди, готовые его любить и защищать.

— А кто отправлял этого вашего Тома туда… ну где бомбили?

— Директором в то время был Армандо Диппет и считается, что подобные решения принимал он. Но, насколько мне известно, подобные вопросы были в ведении Альбуса Дамблдора, его заместителя. А теперь этот самый Дамблдор, благодаря которому волшебный мир получил вместо гения безумного маньяка, считается величайшим светлым волшебником Британии. Он директорствует в школе, судит в Визенгамоте, председательствует в Международной Конфедерации…