Автоматичен, вежлив и суров,На рубеже двух славных поколений,Забыл о бесхарактерном ВерлэнеИ Теофиля принял в сонм богов...И твой картонный профиль, Гумилев,Как вырезанный для китайской тени...................................
1915
***
Мне скучно здесь, мне скучно здесь,Среди чужих армян.Пойдем домой, пойдем домой,-Нас дома ждет Эдем.
1916
***
Барон Эмиль хватает нож.Барон Эмиль бежит к портрету...Барон Эмиль, куда идешь?Барон Эмиль, портрета нету!
<1915-1916>
Актеру, игравшему испанца
Испанец собирается поройНа похороны тетки в Сарагосу,Но все же он не опускает носуПред теткой бездыханной, дорогой.Он выкурит в Севилье пахитосуИ быстро возвращается домой.Любовника с испанкой молодойОн застает и хвать ее за косу!Он говорит: не ездил я поройНа похороны тетки в Сарагосу,Я тетки не имею никакой.Я выкурил в Севилье пахитосу.И вот я здесь, клянусь в том бородой,Билибердосою и Бомбардосой!
<1917 (1918?)>
Газелла
Почему ты все дуешь в трубу, молодой человек?Полежал бы ты лучше в гробу, молодой человек.
1920
***
Я вскормлен молоком классической Паллады,И кроме молока мне ничего не надо.
Зима 1920 – 1921
Умеревший офицер
<Н. Оцупу>
Полковнику БелавенцуКаждый дал по яйцу.Полковник БелавенецСъел много яец.Пожалейте Белавенца,Умеревшего от яйца.
Конец 1920
В альбом спекулянтке Розе
Если грустишь, что тебе задолжал я одиннадцать тысяч,Помни, что двадцать одну мог я тебе задолжать.
Зима 1920 – 1921
Из Антологии античной глупости
<1>
М. Лозинскому
Сын Леонида был скуп, и кратеры берег он ревниво,Редко он другу струил пенное в чаши вино.Так он любил говорить, возлежа за трапезой с пришельцем:– Скифам любезно вино,– мне же любезны друзья.<2>
М. Лозинскому
Сын Леонида был скуп, и когда он с гостем прощался,Редко он гостю совал в руку полтинник иль рубль;Если же скромен был гость и просил лишь тридцать копеек,Сын Леонида ему тотчас, ликуя, вручал.<3>
В. Шилейко
– Смертный, откуда идешь? – Я был в гостях у Шилейко.Дивно живет человек, смотришь – не веришь очам:В креслах глубоких сидит, за обедом кушает гуся.Кнопки коснется рукой – сам зажигается свет.– Если такие живут на Четвертой Рождественской люди,Путник, скажи мне, прошу,– как же живут на Восьмой?<4>
В. Рождественскому
Пушкин имеет проспект, пламенный Лермонтов тоже.Сколь же ты будешь почтен, если при жизни твоейДесять Рождественских улиц!..<5>
З. Давыдову
Юношей я присмотрел скромный матрас полосатый.Тайной рассрочки смолу лил на меня Тягунов.Время пристало купить волосяную попону -У двоеженца спроси – он объяснит почему.<6>
М. Шкапской
Кто бы мог угадать – как легковерна Мария?Пяста в Бруссоны возьми – Франс без халата сбежит.<7>
Ю. Юркуну
Двое влюбленных в ночи дивились огромной звездою,-Утром постигли они – это сияла луна.<8>Юношей Публий вступил в ряды ВКП золотые,Выбыл из партии он дряхлым – увы! – стариком.
<1925>
<Из альбома Д. И. Шепеленко>
Поэту море по коленки!Смотрите: есть у Шепеленки,Что с Аглаидой БонифатийСовокуплялся без объятий.Нам не шелк, одна овчина,Мы – несчастливый народ.И в тетрадях чертовщина,И в судьбе нашей не прет!Голова твоя талантлива,Живо сердце, не мертво,Как убежище Мелантьево...Впрочем, это ничего.
8 ноября 1923
***
Есть разных хитростей у человека много,И жажда денег их влечет к себе, как вол.Кулак Пахом, чтоб не платить налога,Наложницу себе завел!
<1923 или 1924>
***
Но я люблю твои, Сергей Бобров,Почтово-телеграфные седины.