Осколки Иль-Яфи
Шрифт:
— Придурки! — Крикнул Сашка и быстрым шагом пошел прочь.
— Сиди дома, — бросил ему вслед Олег.
До поселка поймали частную машину. Мойка — место богатых особняков с лужайками, садами, тропинками среди деревьев и рукотворными водопадами. С обязательной банькой на заднем дворе и оранжереей. Охраняемую зону замыкал шлагбаум, рядом — блочное строение с наблюдательным постом.
Ближе к поселку, Макс тихо шепнул другу на ухо:
— Ничему не удивляйся, просто следуй за мной.
Расплатившись, парни вышли из машины, и подошли к охраннику. Максим приветливо махнул мужчине в форменной одежде рукой.
— Привет, — он не знал, как сработает морок воздействия, тревожно напрягся, но на лице, как приклеенная, играла располагающая улыбка.
— О, Николай, привет. Ты же уехал?
— На один день вернулся. Ладно, братан, надо идти.
Охранник поспешно пожал протянутую руку и пропустил парней на территорию.
Образ неизвестного Николая возник спонтанно, скорее всего, заклинание морока выхватило его из головы мужика-охранника. Значит, этот Николай — приличная шишка. Макс молчал, сосредоточенно глядя вперед.
— Пс, — прищелкнул губами Олег, привлекая внимание, но не получил ответа, и решил не приставать. Наверное, так надо. Через несколько минут, Макс тряхнул головой.
— Рассчитал воздействие на полчаса. После этого он забудет о нас. И камеры слегка сбил, показывать будут, но мутно. Так, на всякий случай.
— А обратно как?
— Так же, — беспечно ответил Макс. Прошли небольшую площадь с огромной клумбой и пятачками детских площадок. Дальше, в разные стороны разбегались две улицы.
— Может, спросим у кого-нибудь, — пробубнил Олег, оглядываясь. Максу не очень понравилась такая идея.
— Сами найдем, — повертел головой, и вдруг прищурился. Олег проследил за его взглядом — вдалеке виднелся силуэт девушки.
— Кто это?
Максим неуверенно ответил.
— Кажется, Инга. Идем.
Они пробежали детскую площадку и свернули на тихую улицу с высокими заборами.
— Буржуи, — пробурчал Олег.
Дома в окружении сосен, двух и трехэтажные, впечатляли. С колоннами, балкончиками, башенками. Маленькие дворцы, и у каждого — своя маленькая дворцовая площадь, кованые ворота и высокие заборы, как крепостные стены. А внутри наверняка есть тронный зал, где восседает царь, и вокруг него копошится прислуга.
Макс сорвался на бег.
— Быстрей, это она.
А потом случилась какая-то запредельная невероятность. Олег отчетливо видел девушку. Видел, как она положила руки на высокий забор из кирпичной кладки, и исчезла. Растаяла.
Олег замедлил шаг и изумленно проговорил:
— Снегурочка.
Макс тоже остановился, дернул Олега за рукав.
— Ушла.
— А ты так умеешь?
— Неа. И даже не имею представление, как это делается. Надо у Сани спросить.
— Что будем делать?
— Ждать. А что мы еще можем? Если только через забор пробраться. Ладно, посмотрим.
— У тебя кинжалы есть, — зачем-то напомнил Олег. Максим усмехнулся, от друга шел едва уловимый мандраж, когда и страшно, и кулаки чешутся.
— Не только. Вахибей сказал, что активизировал что-то у меня. Я, правда, особо не почувствовал, но он настаивает, что я силен.
Олег язвительно усмехнулся.
— Ага, сейчас как плюнешь, и ворота снесешь.
Парни подошли к дому. Ворота действительно оказались со львами и каким-то вычурным орнаментом.
— Музей, е-мое, — быстро окинув взглядом дом, сказал Максим. Чуть наискосок, через дорогу, тянулся невысокий кустарник, а за ним ряд елей. Макс кивнул на этот уголок природы.
— Идем туда, а то торчим на виду.
В глазах плыла серая муть. Казалось, что его голова качалась на волнах, погружалась и вновь всплывала на поверхность. В ушах стоял гул, сквозь который пробивались бессвязные отрывки разговоров, грубые окрики, шепот. Роман дернул головой и открыл глаза.
Реальность оказалась ненамного лучше. Он сидел на скамье у стены, его руки задраны вверх. Он дернул ими и болезненно скривился. Их кто-то заботливо окольцевал в металлические браслеты и повесил на цепи к стене.
Место, где его держали, было погружено в плотную черноту. Ни единого лучика или отсвета. Похоже на подземелье, где даже лампочка не пробивает черную пелену тьмы. Парень часто заморгал, призывая мерцающее зрение. Он научился этому случайно, от лени, когда не хотелось вставать и включать свет. В этой способности не было яркости, но удивительным образом рассеивалась тьма. Наверное, так видят кошки.
Да, он попал, сильно попал. В подвал! Роман разглядел большое пространство, почти пустое, скупые квадраты мебели — стол, стулья и поодаль большая клетка. Не для попугая. В таких держат крупных зверей, или людей. В ее глубине кто-то закопошился, парень нахмурился, вгляделся, и увидел среди стальных прутьев собачью морду.
— Эй, пес, — окликнул он собаку и услышал в ответ слабое, жалобное поскуливание.
Внутри что-то дрогнуло. Роман тряхнул головой и обругал себя. Раскис, обмяк, тюлень.
— Пес, не бойся, мы выберемся.
За черным проемом двери послышались шаги. Скрипнула задвижка. Парень прищурился — сейчас брызнет свет.
Вошедший человек щелкнул выключателем и огляделся.
— Ну, как дела?
Это был тот мужик, что недавно получил от Романа подарок. Да, неприятный сюрприз. Парень поднял на него глаза и засмеялся.
— А ты мстительный.
Владлен прошелся, подхватил стул и вернулся назад, усевшись напротив скамьи.
— А ты хлипкий. Два часа в отключке. Электрошокер, это тебе не пистолет. Вполне мог поставить защиту.
— Теперь буду знать.
Владлен усмехнулся. На его лице не было злости, наоборот, он смотрел на парня с приветливой улыбкой.
— Тебе не кажется вся эта ситуация забавной?
— Ты о знаке? — Спросил Роман и скривился. — Не вижу ничего забавного. Тебя травили пауками? Подозреваю, что нет. Дело даже не в боле, ее можно стерпеть. А вот когда не дают спать двое, трое суток. Закрываешь глаза, и на тебя набрасываются кошмары, в мозг помимо воли транслирует чужой голос, отдающий приказы…