Чтение онлайн

В его сердце осталась тоска и желание побыть наедине с природой. Николай мечтал о спокойствии леса, о звуках птиц и шуме реки, но обязанности императора не позволяли ему осуществить эту мечту. Он был привязан к своей должности и не мог просто бросить все и уйти.

Николай вспомнил свое детство, проведенное в деревне. Там он каждый день бегал по полям, ловил рыбу в реке и наблюдал за птицами. Тогда ему казалось, что это будет продолжаться вечно. Но время шло, и он оказался в городе, впутан в дела и заботы. Сейчас, он мечтал о том, чтобы хотя бы на мгновение вернуться в те времена, когда все было просто и легко, хотел ощутить запах травы, почувствовать тепло солнца на своей коже и услышать пение птиц.

Император знал, что однажды сможет осуществить свою мечту и уйти на заслуженный отдых. И тогда, когда солнце снова начнет катиться к закату, он будет наслаждаться природой, забывая о бремени власти и обязанностей.

— Ваше Высочество. — Безмятежность вечера бесцеремонно прервал господин Верговский. — Ваше Высочество!

Министр бежал по саду, будто за ним гналась стая голодных собак, спущенных с цепи. Офицерская фуражка едва не слетела с его головы, однако министр, в последний момент, успел поправить головной убор. Рубашка, небрежно торчавшая из под кителя, тоже не придавала министру солидности.

— Ваше Высочество! Беда! — Еле произнес он, запыхавшись от бега, несколько согнувшись от усталости. Казалось, министр был в полном отчаянии, его сердце колотилось как будто вот-вот выскочит из груди.

— Виктор Степанович, что-то стряслось? — Николай почувствовал неладное и пристально взглянул на министра. — На вас лица нет, голубчик!

— С вами хочет срочно поговорить кардинал Вилмер. Это катастрофа. — Все еще невнятно тараторил министр. — Мы пропали!

— И из-за этого такой переполох? — Государь было удивился. — Мы с господином Вилмером общаемся довольно часто, как видите, никто не уронил кирпич на голову ни мне, ни вам, ни самому Вилмеру. — Ему приходилось общаться с кардиналами едва ли не каждую неделю.

Министр поднял глаза, молча взглянув на императора, от чего у последнего волосы встали дыбом. Так продолжалось с минуту. Верговский пытался отдышаться и, вероятно, отыскать подходящие слова, однако не находил их, лишь затягивая паузу.

— Кайлер и Фэллон мертвы. — Наконец выпалил он, найдя силы сказать несколько слов.

— Что? — Николай, казалось, не поверил своим ушам, произнеся вопрос с таким удивлением, словно его ученые сию секунду открыли разумную жизнь на Венере. — Этого не может быть, Витя, не может быть. — Глаза императора округлились, а от былого приподнятого настроения не осталось и следа. — Как? Это не возможно! Вы же понимаете, что все это значит? — Николай ожидал всего, кроме услышанного.

Николай с трудом осознавал происходящее. Он был уверен, что все идет по сценарию и эта новость потрясла его до глубины души.

— К сожалению, это так. Магистр уничтожил их всех. Чудом спасся лишь Вилмер. — Вердикт Верговского был неутешителен. — Он, единственный, кто отделяет империю от окончательного разгрома.

— Что это значит для нашего будущего? — Спросил Николай, стараясь преодолеть шок. — Что теперь будет? Войны не избежать…

— Да. — Согласился Витя. — Мы должны быть готовы ко всему.

Николай в последний раз оглядел сумеречный парк, багровое вечернее небо, словно прощаясь, и тяжело вздохнул.

— Идемте, Виктор Степанович. Будем звонить Вилмеру. — Оба быстрым шагом направились к выходу из кремлевского сада. — Жаль, с Кайлером мы успели отыскать общий язык. Вообще, они с Фэллоном были неплохие ребята. Вилмер тоже ничего, надеюсь… мы не проиграем.

Николай едва ли не бегом стремился в переговорный кабинет, так что уставший и запыхавшийся от недавней пробежки в увесистом военном кителе Верговский едва поспевал за ним.

В одном из переговорном зале уже заранее все было готово к возможной беседе Николая с кардиналами по зашифрованной линии. Министр заранее позаботился о предстоящих заочных аудиенциях и держал зал наготове, как говорится, на всякий случай.

Оставалось только дождаться самого Вилмера, который, как и все кардиналы, всегда выходил на связь первым, опасаясь быть раскрытым Таби или его хакерским отрядом и тщательно перепроверял переговорную линию на наличие прослушки.

— Вилмер что-нибудь говорил? Когда ожидать его? — Поинтересовался государь.

Верговский отрицательно покачал головой. Николай опустил глаза вниз и сел в уютное кожаное кресло, нажав на пульте управления кнопку «кофе». Над дверью загорелась зеленая лампочка, которая позволяла стюарду войти в кабинет. Если же загорался красный свет, двери намертво блокировались и никто более не мог попасть внутрь кабинета без позволения самого Николая.

Переговоры могли начаться только когда кабинет покидали все посторонние и император вводил специальный код на сенсорной панели, восприимчивой только к отпечаткам пальцев правителя.

— Витя, это закрытые переговоры? Я бы хотел, что бы ты остался. — Николай взглянул на господина Верговского, повторившего вслед за государем заказ кофе.

— Без понятия, Вилмер не уточнил. Он очень торопился, словно скрывался от кого-то. Я с трудом понимал его из-за возникших помех. Связь постоянно пропадала и я… — Министр запнулся. — Мне кажется, что Вилмер тоже уже погиб…

Николай нахмурился и почесал затылок. — «Черт, что же там произошло? Кажется, смысла сопротивляться больше нет». — Подумалось ему. — «Столько лет подготовки, и начать с такого ужасного провала, это похуже инцидента со стражниками».

Действительно, перспектива вырисовывалась весьма удручающей. Замысел кардиналов был раскрыт, а без Кайлера и Фэллона уничтожить телепорт, скорее всего, уже не возможно, если Вилмер и уцелел. Следовательно, и гибель вселенной в привычном для человека понимании — дело ближайших недель или даже дней.

— Понимаешь, Витя… Этого я и боялся… Мы стоим на краю пропасти… — Взгляд Николая стал отстраненным, будто он смотрел вдаль, за горизонт. — Я сотни раз думал, а как поступить лучше… Воевать до конца, или сдаться, и плыть по течению… Если это все равно конец…

— Пока мы боремся, есть шанс выиграть, отбить право на жизнь… — Верговский опустил руку в карман, доставая позолоченный портсигар, в котором хранил кубинские сигары. — Позволите?

— Что уж там, кури… — Ответил Николай.

Император стоял перед мучительной дилеммой: вернуть отряд спецназа обратно и тихо-мирно дожидаться конца света, который, в конечном итоге, может и не наступить, или отправить сограждан на верную смерть, спасая мир все от того же конца света, перспектива которого со смертью двоих кардиналов сделалась еще ближе.