Чтение онлайн

– Да что ты?
– спокойно спросила я.
– Сдается мне, ты бы многое отдала, чтобы сегодня вечером на месте этой безродной шлюшки, - я провела ладонью вдоль своего тела от макушки до бедра.
– Оказалась ты. Но не волнуйся, я обязательно поделюсь с тобой впечатлениями о том, какой Воис может быть горячий. Завтра, ну, или послезавтра, все будет зависеть от того, как долго мы с МОИМ мужчиной будем утолять нашу жажду прикосновений и проникновений!
– Не желая слушать ее ядовитые ответы, я развернулась и пошла по улице дальше, победно улыбаясь. Моя сестра шла рядом.

– Ты никогда не успокоишься?- усмехнувшись, спросила Иби, когда гневные крики Каризмы уже были не слышны.

– Не я начала эту войну. Я бы ее и не трогала, если бы она не ходила рядом со мной с провокационным лицом.

– Провокационным лицом?

– Ну, как сегодня, например. Ты видела этот взгляд?! Она вызвала у меня неконтролируемый приступ бешенства!

– В один день она не выдержит, и нашлет на тебя иллюзию, от которой твои мозги расплавятся.

– Это будет интересно, такого сильного соперника у меня еще не было.

– Для тебя и это соревнование?
– удивленно спросила сестра.

– Для меня вся жизнь — соревнование, Иби. Каждый мой день это соревнование с самой собой. Я не имею права на ошибку. Я — человек, а не маг и это значит, что я должна быть достаточно сильной для того, чтобы противостоять таким, как Каризма. Если я не справлюсь с ней, - я слегка понизила голос так, чтобы меня слышала лишь моя сестра.
– Как я справлюсь тогда с Мехиларом? Она ничто в сравнении с ним, но даже простой поединок с ней, был бы опытом. Поэтому, я была бы невероятно рада, если бы хотя бы раз в городских соревнованиях приняла участие Каризма, но это ледяная ведьма слишком бережет свое высокомерное лицо.

– Так ты поэтому ее постоянно задираешь? Надеешься, что она решится в один день бросить тебе вызов?

– Да не задираю я ее, просто отвечаю ей взаимностью. Она совсем обезумела от любви к Воису, и вместо того, чтобы поговорить с ним, нападает на меня!

– Если она подойдет к нему поговорить, будет то же самое, что и с Малиоттой!
– недовольно пробурчала Иби.

– Нет. Ситуация с Малиоттой была три года назад, я все еще была влюблена в Воиса. Сейчас, ты прекрасно знаешь, что прежних чувств у меня к нему нет. Он мне дорог, я его хочу, но ничего более.

Иби хотела мне что-то ответить, но ее перебил голос Рульмины — юной внучки местного фермера эсра Тотвика.

– Здравствуйте, эс… то есть Иби и Ламара!
– девочке было четырнадцать лет, и она все еще порывалась перед нашими именами ставить уважительное обращение «эсра'». Мы с Иби настаивали, чтобы она к нам обращалась без подобных формальностей, мы были еще юны для господ.

– Привет, Рульмина, - я ответила, улыбнувшись.

– Привет, милая, как там эср Тотвик?
– поинтересовалась у нее Иби.

– Все хорошо, только вот наша кобылка Йола, видимо, захворала. Дедушка попросил, чтобы я тебя привела, как можно скорее. Я приходила к вам домой, но никто не ответил. Ваша соседка сказала мне, что вы ушли в сторону рынка, и я стала вас искать, - Рульмина произнесла это все на одном дыхании, словно заученный стих.
– Эс…то есть, Иби, пожалуйста, посмотрите, что случилось с Йолой!
– взмолилась девочка, округлив свои большие карие глаза. Ее рыжие волосы были растрепаны, пряди выбились из косы и прилипли к вспотевшему лбу. Видимо, она долго бегала по окрестностям, разыскивая нас.

Мы с сестрой переглянулись.

– Дойдешь без меня? Я пойду посмотрю, что с лошадью и потом подойду к Хольсу.

– Да, хорошо. Я тебя буду там ждать, - ответила я сестре, и, махнув рукой, попрощалась с Рульминой. Иби развернулась и ушла в обратную сторону, по пути интересуясь у девочки, как давно их лошадь стала чувствовать себя плохо, и чем лечил животное фермер.

Эср Тотвик был из отряда Шпионов — следопытом, или как их еще называют, охотником. На вид ему было не больше сорока, но на самом деле, его возраст перевалил уже за двести лет. Когда-то у него было двое сыновей и дочь. Воспитывал он их один, потому что после рождения девочки, жена его бросила и уплыла со своим любовником на остров Инадис[1]. Старший сын — Экмус, погиб в путешествии к опасному острову Свироль[2] около ста пятидесяти лет назад. Говорят, он мечтал приручить одну из смертоносных и диких птиц — дактис, кровь которых, согласно легендам, была не только способна излечить любую болезнь, даже ту, которую не в силах были излечить Целители и Травники, но и наделить способностью к полетам. Ни в Эксихоре, ни в Дамдоре не было человека с подобной магией. Единственный, когда-то ступавший на наши земли, и умевший летать, был Морспирус. Даже у Мехилара не было такой привилегии. Поэтому дактисы были так ценны и желанны, но еще ни одному не удалось их оседлать.

Я о них знала от Иби, она изучила все известные книги и записи, посвященные этим удивительным созданиям, хотя информации было не так уж и много. Она тоже мечтала, если уж не приручить дактиса, то хотя бы увидеть его. У этих огромных птиц были фиолетовые или кобальтовые глаза, железные клюв и когти, невероятно прочное красное оперение, а магии они не поддавались. Дактисы были единственными обитателями острова Свироль, но, иногда их видели на берегах острова Софиты[3]. Они никогда не нападали на людей первыми, но свою территорию оберегали с особой кровожадностью, поэтому, такой любопытный человек, как Экмус, был обречен.

Второй сын — Иянир, погиб от смертельной лихорадки[4]. Эта болезнь поражает чаще всего магов и очень редко простых людей. Если не оказать первую помощь и не применить необходимые травы и отвары, человек умирает через полчаса после первого симптома, самым мучительным и ужасным образом. Я знаю, что спасти Иянира пыталась тетя Алдора. В то время мы только переехали в Батигар вместе с Эльмионом. Как моя тетя ни старалась, но сын Тотвика был уже обречен, слишком уж поздно распознали симптомы лихорадки.

Но самая загадочная и печальная история, пожалуй, постигла дочь фермера — Мидолу. Она была молода и очень красива, но совсем не разговаривала, с рождения. Однажды, в полнолуние она исчезла, даже эср Тотвик, будучи прекрасным следопытом, ее так и не смог обнаружить. По деревне пополз слух, что Мидола сбежала в Лес Гарпий, убила себя и стала одной из них, благодаря специальному обряду. День поисков сменялся другим, и когда, спустя две недели Мидолу уже хотели объявить без вести пропавшей, Тотвик попросил желающих собраться в небольшой отряд для похода в Лес Гарпий. Он до последнего надеялся, что сможет отыскать свою дочь там. Добровольцев было немного, потому что место считалось опасным, но среди согласившихся была тетя Алдора. Она приказала нам ждать ее возвращения дома, но дух приключений нас с Иби всегда привлекал. Мы собрали небольшую дорожную сумку, в которую сложили припасы и сменную одежду, а затем незаметно прокрались в одну из телег отряд. С нами хотели увязаться Воис и Хольс, но отряд отправился раньше. Путь до Леса Гарпий занимал пять дней, тетя Алдора нас обнаружила на третий. Она была в ярости, но возвращаться назад уже времени не было.

Спустя пару дней мы вошли в очень густой и темный лес. Не было слышно ни птиц, ни зверей, только шелест огромных крыльев. Тогда Иби сообщила мне, что слышит гарпий. Им было интересно, кто мы такие и почему пришли с женщинами и двумя детьми, ведь в это место, обычно, приходили только неверные или самонадеянные мужчины.

Гарпии были прислужницами богини Отромы. Это были женщины, которые когда-то погибли насильственной смертью от рук мужчины. Не найдя покоя в своей смерти, они просили богиню подарить им шанс на отмщение, взамен на вечную службу. Отрома давала такой шанс лишь избранным девушкам. Они получали долгую жизнь, прекрасный облик, а их необычное происхождение выдавали только змеиные язык и глаза. В те моменты, когда они обращались в гарпий, их тело трансформировалось: кожа покрывалась чешуей, из спины появлялись мощные перьевые крылья, вырастал хвост, вдоль которого красовались шипы, а их прекрасные белые зубы становились железными и острыми. У гарпий было всего два условия: они не могли покидать пределы леса и не имели права влюбляться в смертного. В образе прекрасных девушек они заманивали в свои сети ветреных мужей и женихов, или тех мужчин, которые приложили руки к убийству женщины. Гарпии развлекались с ними, придавались ласкам, а, затем убивали.