Чтение онлайн

– А, Маша, привет, - он равнодушно скользнул по мне, и снова уставился на Марину.

Отодвинув меня в сторону, опять притянул её к себе. На меня словно ушат ледяной воды вылили.

– Леша, я не понимаю!
– мне пришлось почти кричать, что бы заглушить музыку.
– Выйдем - поговорим!

– Нам не о чем говорить, - Алексей склонился к моему уху.
– Я давно люблю Марину. И на зимних каникулах мы поженимся.

Он отвернулся от меня, словно от пустого места, снова приклеившись к ней.

– А как же я? Я тебя люблю!

Слезы застилали глаза, я не понимала, почему так. Когда он успел? Его предновогоднее письмо пришло меньше 5 дней назад, и в нем он ехал встречать Новый год ко мне. Оно было таким же, как всегда: Алексей писал как скучает, как ждет этой встречи, строя планы на эту ночь и потом на каникулы.

Услышав мои слова, он повернул голову в мою сторону. В его глазах на какую-то долю секунды мелькнуло что-то... любовь? Но тут же исчезло, сменяясь равнодушием. Взгляд вернулся к Марине, зажигаясь радостью. Раньше таким взглядом он смотрел только на меня. Уже не стараясь сдерживать слезы, я вылетела из зала и пошла одеваться в гардероб. И не видела, как сначала Ира кричала что-то Алексею, а он лишь пожимал плечами, а потом Павел, ничего не говоря, молча подошел и ударил когда-то лучшего друга. Я не помню, как одевалась, и как друзья проводили меня до дома. Они хотели остаться со мной, но я не позволила. Зачем портить новогоднюю ночь еще и им.

Родители уже ушли, так что моей компанией в эту новогоднюю ночь стали одиночество и диван в моей комнате, где я и свернулась калачиком. Я уже даже не плакала - сердце, да как и всё тело, словно покрылось ледяной коркой не желая ничего чувствовать. Мысли перескакивали с одного на другое, крутясь вокруг одного вопроса - как? Как он так быстро разлюбил меня... Как сошелся с ней... Да еще и эти его слова о свадьбе... Мы встречались почти два года и то в наших планах она фигурировала не раньше, чем после четвертого курса. А тут, какие-то десять дней и вот. Думать о том, что он обманывал меня в письмах, не хотелось. Нет, даже мысли такой я не могла допустить. И тут меня озарило - Маринка беременна! Видимо, уж не знаю где и как, они пересеклись. Хотя Алексей говорил, что не ходит в увольнительные, объясняя, что ему нечего делать 'на свободе' без меня. Значит, когда-то он вышел, она его нашла и соблазнила. И теперь ему приходится жениться. Но и эта версия не объясняла, почему Алексей ничего мне не объясняя, так себя повел. И этот его радостный любящий взгляд, так знакомый мне... Перед глазами снова и снова появлялась картинка, где он обнимает её. Уснуть я так и не смогла.

Утром, мне пришлось рассказать о случившемся маме. Она никак не стала это комментировать, и я была ей благодарна за это. Выслушав меня, просто обняла. Мне было это нужно. И хотя первый экзамен у меня был только шестого числа, первого после обеда я уехала в общагу. Мысли с трудом фокусировались на знаниях, снова и снова возвращаясь к Лешке. Пожалуй, до этого момента я не понимала насколько сильны были мои чувства. Да я скучала, мне нравились его поцелуи, прикосновения, когда мы были рядом - я была счастлива. А теперь словно пропала частичка моей души. Она больше не была целой и болела незаживающей раной. Сердце заледенело и не хотело ничего чувствовать.

Глава 13

Как мне удалось не завалить ни одного экзамена - не понятно до сих пор. Поехать домой на каникулы я не решилась - просто не знала, как ходить по одному городу с ним. И с ней. И с их счастливой семьей. По негласному уговору, тема Алексея стала для меня закрытой - и Ира, и родители, да и все остальные перестали её поднимать в наших разговорах. Каникулы я провела в студенческом лагере. Каталась на лыжах и коньках. Каким-то непостижимым для меня образом туда же попал и Михаил. Его молчаливая поддержка очень помогла мне в то время. Ни о чем не спрашивая, просто был рядом, отдавая себя, не требуя ничего взамен. Он стал глотком свежего воздуха, которого мне так не хватало. Именно благодаря ему я вошла в новый семестр почти живым человеком. Сердце все так же ощущалось куском льда, но хотя бы давало спать. Я регулярно звонила домой, и эти разговоры все заканчивались одинаково.

– Ты опять не приедешь, - скорее утвердительно, чем вопросительно говорила мама.

– Прости, мам...
– перед глазами сразу вставало довольное лицо Людмилы Александровны, каким оно бы стало, если бы мы встретились. Мы даже с Ирой как-то отдалились друг от друга.

В начале апреля мне вдруг пришло письмо от Алексея. Я смотрела на конверт, подписанный таким знакомым почерком, и не знала что думать. Что он хочет этим сказать? Объяснить почему так всё сложилось? Или снова уколоть меня, рассказав, как они счастливы? Я так и не решилась открыть конверт. Вложила его в новый и отправила обратно.

Первый раз приехать домой я смогла в середине апреля. И мне повезло не встретить никого знакомых. Но все равно, дома воспоминания навалились на меня. Даже в своей комнате мне виделось прошлое - как мы сидели здесь, разговаривали, целовались. И прошедшие месяцы не смогли растопить тот кусок льда, что образовался в моем сердце.

Второе письмо пришло как раз в день моего рождения. Судя по плотности конверта, это была открытка. Я с горечью вспоминала, как в прошлом году огорчалась её отсутствию. И как радовалась живому сюрпризу. Михаил, с начала года взявший привычку встречать и провожать меня каждый день на учебу и домой, сначала с удивлением смотрел, как я кручу в руках бумажный прямоугольник, но не вскрываю его. Наверное, и без слов всё было понятно по моему лицу. Он просто забрал у меня его из рук, и как я позже узнала, сам отправил обратно. А вечером был поход в клуб по поводу моего дня рождения. Мы собрались там с одногруппниками, Ира тоже приехала с Павлом, ну и Михаил, куда же без него. Это он занял нам столик и всячески пытался меня развеселить. Я же, в этот вечер, отпустила все тормоза. Мне, редко употреблявшей спиртное, хватило буквально пары бокалов мартини, чтобы кровь забурлила в венах. Я отрывалась на танцполе, пытаясь избавиться от скопившегося негатива. А Михаил помогал мне в этом, обнимая, прижимаясь, и кажется, целуя. Я плохо помню тот вечер, алкоголь туманил голову, убирая все мысли.

Проснулась я от того, что мне было невыносимо жарко. Новое утро встретило меня туманом в голове и сухостью во рту. Я открыла глаза, и стало ясно, что вокруг точно не моя комната в общаге. Оглядевшись, поняла что, точнее кто был причиной жара, окружившего меня. Я лежала на руке у Михаила, тесно к нему прижавшись, а он полубоком обнимал меня, еще и закинув на меня ногу. Одежды на мне не было. Совсем. Пришлось напрячь извилины, вспоминая, как я тут оказалась. Судя по всему - мы у него дома. Как мне было известно, парень жил один, в квартире, оставленной ему бабушкой. Воспоминания приходили урывками - клуб, поцелуи, такси, квартира. Дорожка из одежды на полу подтверждала эти кадры. Я пошевелилась, пытаясь отодвинуться. Похоже, что и на нем ничего не одето. Ночь вспоминалась совсем плохо, но тело приятно ныло, значит всё прошло не так уж плохо. Мои попытки вырваться разбудили и Михаила. Он открыл глаза и с довольной улыбкой посмотрел на меня. Приподнялся на локте и чмокнул меня в губы.

– Привет, - его глаза просто лучились счастьем.

– Миш..., - я смутилась, - между нами что-то было? Как я тут оказалась?

Его улыбка поблекла, а во взгляде появилась тревога.

– Ты не помнишь?
– он пресек мои попытки отодвинуться, еще теснее прижимая меня к себе.
– Ты сказала, что хочешь, чтобы я любил тебя.

Перед глазами появилась картинка - где-то в середине вечера, спиртное 'сорвало краны'. Насмотревшись на обнимающиеся парочки, мне стало невыносимо грустно. Я присела за столик, пытаясь скрыть навернувшиеся слезы. А Михаил оказался рядом.

– Что во мне не так? Я не заслуживаю быть любимой?
– конечно, это не был вопрос конкретно к нему.

Но вместо ответа он подхватил меня на руки и закружил по залу, целуя.

– Ты самая лучшая и я люблю тебя. И буду любить, пока ты мне позволишь.

И я отогревалась в его руках, плавилась от его губ. Слезы и грусть отступили, освобождая место для чего-то большего. Я вспомнила, как просила увести меня туда, где будем только мы двое. Да, не так и не с тем я хотела впервые познать радость телесной любви, с трудом вспоминая, как же это было.

– Я влюбился в тебя с первого взгляда, еще на вступительных экзаменах. Мы сидели рядом, но ты, конечно, этого не помнишь, - с ноткой грусти начал Михаил.
– Ты не замечала парней вокруг себя, и я завидовал тому, кто был причиной этого. Ты принимала меня рядом с собой, и я был рад даже этому. А вчера ты сделала меня самым счастливым человеком на земле. Я тебя люблю и хочу быть с тобой. Я прошу тебя, дай нам шанс. Моей любви хватит на нас обоих.

В его глазах читалось всё то, о чем он говорил и даже больше - желание, надежда, боязнь отказа. Я прислушалась к себе - не приятных ощущений не было, негатива к Михаилу тоже не чувствовалось. А любовь в его глазах приятно согревала. Даже если у нас ничего не выйдет - льду в моем сердце не будет больно. И тогда я решилась.