Чтение онлайн

Поужинав, Миша присоединился к нашему чаепитию и еще с час мы пили чай уже втроем. Потом Тамара Петровна распрощалась и ушла. Я принялась мыть посуду, а Миша, проводив маму до двери, вернулся донельзя довольный.

– Ты мою маму просто очаровала. Как и меня, - он подошел ко мне сзади и обнял, зарываясь носом в волосы.
– Я тебя люблю.

Он не ждал от меня отклика, зная, что я еще к не готова ответить, и давая мне время.

В следующие выходные мы поехали к моим родителям. Маму я заранее по телефону предупредила о нашем визите. Если она и удивилась, то не подала вида. За ужином все мило беседовали, папа расспрашивал парня об учебе и его дальнейших планах. Мои родители приняли Михаила, не задавая вопросов. Лишь после ужина, отведя меня в сторону, мама спросила:

– Ты знаешь, что свадьбы не было?

Не было нужды объяснять, какой свадьбы. Я равнодушно пожала плечами - не было зимой, значит, перенесли на лето. Он вычеркнул меня из своей жизни, почему же мне нельзя закрыть эту страницу и идти дальше? Я с таким трудом заперла чувства к нему на несколько замков, как и воспоминания о нем. И я всё еще училась жить без него.

– Я с Мишей.
– Этих слов маме оказалось достаточно, и больше эту тему мы не поднимали.

Так что с родителями у Михаила проблем не возникло. Собственно, другого я и не ожидала. А папа, узнав, что его растила одна мама, вообще проникся к нему ярой симпатией. У них сразу нашлись общие темы. И провожая нас на вокзале, родители настойчиво приглашали приехать к ним снова.

Меньше чем через три недели началась сессия. Сначала зачеты, потом и экзамены. Легкую тошноту по утрам я списала на волнение из-за экзаменов. После последнего мы решили устроить 'ночь бурной страсти' как назвал её Михаил. За зубрежкой и нервотрепкой было как-то не до плотских утех, хотя каждую ночь мы проводили в одной кровати. Но и даже просто засыпать в его объятиях было приятно. Вместе приготовив ужин, немного посидели за столом, а потом Михаил включил легкую музыку и пригласил меня на танец. И почти сразу начал целовать, одежда полетела на пол, а мы незаметно оказались на кровати. Нависая надо мной, его горячие губы начали прокладывать дорожку по шее к груди. Вдруг парень остановился.

– У тебя скоро эти дни?

Мой затуманенный желанием мозг не сразу понял смысл вопроса.

– Да. Нет. Не знаю.

Я задумалась. С моего дня рождения 'этих', как сказал Михаил, дней у меня не было. Такое бывало со мной и раньше в моменты сильных волнений. Один раз нет, на другой будут. По срокам выходило, что другой раз должен быть через пару дней.

– Дня через два-три. Почему ты спрашиваешь?

– Ну понимаешь, - он как-то немного смутился, - я где-то слышал, что перед такими днями у женщин грудь набухает и становится более чувствительной. Твоя точно набухла. Раньше в ладонь хорошо помещалась, а теперь нет.

Михаил сложил ладонь ковшиком и обхватил грудь, демонстрируя свои наблюдения. А когда чуть шершавая кожа коснулась вершинки, меня словно током дернуло. Я застонала.

– Что-то не так?
– Михаил обеспокоенно посмотрел мне в глаза, отдернув руку.

– Всё даже слишком так, - я вернула его руку обратно, и, приподнявшись, потянулась за поцелуем.

Той ночью мне показалось, что не только грудь, а вся моя кожа стала более чувствительной. Даже от легкого касания тело мгновенно загоралось. Я непроизвольно выгибалась, царапалась и, кажется, кусалась, не в силах сдерживать сжигающее меня пламя. Мы выжали друг друга досуха, уснув лишь под утро, окончательно лишившись сил.

На следующий день мы уехали к моим родителям, у которых планировали пожить неделю. А потом нас ждало море. Как-то в разговоре я обмолвилась, что никогда не была там, Михаил это запомнил, и по окончанию сессии предложил туда поехать. Билеты уж были у нас в кармане, оставалось собрать вещи и сесть в поезд. Но не через два, и не через три, и даже четыре дня мои 'критические' дни не начались. Пришлось позвать маму на кухню и во всем признаться.

– Тошнит?
– она серьезно посмотрела на меня.
– Живот тянет? Какие-то неприятные ощущения?

Я отрицательно покачала головой. Ничего такого я за собой не наблюдала.

– Завтра к врачу пойдем. Похоже, я всё же стану бабушкой раньше чем надо. Михаилу сказала?

– Нет. Еще же ничего не ясно.

– Скажи. Прямо сейчас пойди и скажи, - мама ушла, а я еще некоторое время сидела, задумавшись и высчитывая сроки. Мы всегда предохранялись, кроме той первой ночи.

'Будь, что будет', - решила я и вернулась в свою комнату. Миша сидел на диване и листал каналы на телевизоре. Я села рядом, но не касаясь. Он обернулся, и его взгляд вмиг стал серьезным. У него всегда получалось читать меня как открытую книгу.

– Миш...
– я не знала, как начать.

– Да говори уж прямо.

– Я с мамой иду завтра в женскую консультацию. У меня с моего дня рождения нет критических дней, - выпалила я одним словом.

– Я иду с вами, - он не задавал уточняющих вопросов.
– А потом идем подавать заявление.

– Какое заявление? Куда?
– меня удивляла его такая спокойная реакция

– Как куда? В ЗАГС. Это мой ребенок и теперь я вас точно не отпущу.

– А если нет ребенка? Может это просто сбой?

– Всё равно пойдем. Я давно хотел тебе предложить, но давал время привыкнуть ко мне.
– Михаил придвинулся ко мне, обнимая, кладя мою голову на свое плечо.
– Ты знаешь, я тебя люблю и твое согласие сделает меня самым счастливым. Да и мама надоела вопросом, когда же мы поженимся.

Он помолчал, давая мне подумать.

И я решила. А почему бы нет? Мы уже живем вместе, да еще и если будет ребенок. Что-то шевельнулось в душе и именно в этот миг я поняла - не если. А тем более, раз у нас будет ребенок. Рука сама легла на живот.

– А ты кого хочешь?
– до этого момента мы не разговаривали о будущем, живя сегодняшним днем.

– Девочку. Чтоб на тебя была похожа, - я не видела, но по голосу чувствовала, что он улыбается, принимая мой вопрос за согласие. Впрочем, так оно и было.

И Миша действительно пошел с нами в консультацию. Сидел в очереди к врачу, держа меня за руку. Девушки помоложе завистливо поглядывали в мою сторону. Дамы постарше кривили губы в презрительной усмешке, как бы говоря - наслаждайся пока можешь. А я краснела, смущенная его присутствием.

В сам кабинет его не пустили. И когда, минут через сорок, мы вышли по его бледному виду были видны все его тревоги и волнения.

– Да?
– он всматривался в мои глаза, читая ответ там: - Да!

Михаил так обрадовался, словно состояние в лотерею выиграл. Подбежав к нам, расцеловал сначала меня, а потом, в порыве чувств и маму.

– Жаль, моря я в этом году так и не увижу. Врач не разрешила. Мне еще нужно будет сдать анализы и пройти обследования, - Михаил внимательно меня выслушал, подробно все выспрашивая.