Чтение онлайн

— Короче, — брезгливо бросил Леандр.

— Он уже здесь, мой господин. Он ждет вас.

«Кто — он?» — хотела спросить Лана, но не стала перебивать Герцога. Того же, видимо, этот вопрос не интересовал. Или он уже знал на него ответ.

— Почему он еще не в темнице? — спросил Леандр и, не дожидаясь ответа, направился в особняк губернатора.

Вскоре оба вопроса получили свои ответы. В приемной ожидал тот самый колдун, с которым Иоланта сражалась во время покушения. Теперь она могла рассмотреть его получше.

Как и пленный, он отличался от людей: та же коричневая кожа, тот же характерный нос… Но все же Лана решила, что он человек. Просто другой. В конце концов, люди же могут иметь разный цвет волос или глаз (хотя у коренного населения Полуострова и волосы, и глаза чаще бывали черными), почему бы им не иметь разный цвет кожи?..

Глаза у колдуна, кстати, были очень светлыми; не то серыми, не то голубыми. На вид ему было лет сорок с небольшим. Массивная квадратная челюсть придавала ему воинственный вид. Уши были прижаты к голове, что тоже намекало на обширный боевой опыт. Да и ростом он из присутствующих уступал только Тэрлу. Уничтоженный во время боя золотой браслет уже был заменен новым, но это не имело значения.

Потому что образ колдуна был полупрозрачным.

— Это нечто вроде иллюзии или голограммы, — сообщил Килиан.

— Я понял, — не отрывая взгляда от образа, ответил Леандр, после чего добавил:

— Я буду говорить с тобой, когда ты придешь лично.

Колдун рассмеялся и ответил, слегка искажая идаволльскую речь:

— Для этого время еще не пришло. Однажды ты узришь мощь Лефевра и склонишься предо мной. Но это будет чуть позже. Я — халиф Мустафа, Первый адепт, властитель Черного Континента. Я держу в руках жизнь твоего сына и дочери твоего союзника. Пойдешь против меня — и они умрут.

— Ты блефуешь! — негодующе воскликнула Лана и хотела было добавить, что Амброус нужен ему, чтобы узнать координаты Гмундн, но наткнулась на предостерегающий жест Килиана.

Чародейка постаралась настроиться на волну разума «коллеги», чтобы узнать, в чем дело. Разум его походил на кристальный грот. Повторяющиеся геометрические узоры, красивые, но холодные. Абсолютное торжество порядка над хаосом.

Она знала, что ее собственный разум напоминал цветущий сад.

«В чем дело?» — спросила она, — «Ему ведь нужны эти координаты. Значит, он не убьет Амброуса»

Против ее воли к мыслеречи добавилась эманация надежды. Да, она очень надеялась, что жизнь маркиза вне опасности.

«Я знаю», — ответил парень, — «Но он не знает, что мы знаем. Он не знает, что нам успел рассказать его человек, прежде чем умереть. И пусть так остается. Чем меньше он знает о нас, тем сложнее ему предсказывать наши действия»

Этот обмен репликами занял всего секунду, на протяжении которой колдун смотрел на девушку с изумлением и негодованием. Кажется, если бы заговорила ближайшая стена, он и то был бы менее удивлен.

— Ты позволяешь своей женщине перебивать меня?! — воскликнул он, обращаясь к Герцогу, — Заткни ее. Немедленно. Или я сделаю это сам.

Ни один мускул не дрогнул на лице Леандра.

— Я буду поступать так, как решу сам. Мы здесь не для того, чтобы обсуждать, где чья женщина. Итак, чего ты хочешь?

Чернокожий, кажется, слегка успокоился.

— Мой флот контролирует все твои порты. До тех пор, пока я не разрешу, ни один из твоих кораблей не выйдет в море. В противном случае сперва умрет проклятая, а затем — твой сын.

— Ты просишь меня полностью прекратить морскую торговлю? — поднял бровь Леандр.

— Я не прошу. Ты сделаешь это. Если не хочешь получить своего сына по частям.

Видимо, колдун сказал все, что хотел. Еще до того, как он закончил последнее слово, образ растаял. Секунды три Герцог еще смотрел туда, где он только что находился, а потом вздохнул:

— Неприятная ситуация. Ладно, давайте пойдем в кабинет. Поговорим без лишних ушей.

От изобилия золота в кабинете губернатора рябило в глазах. Килиан никогда не жаловался на слабый вестибулярный аппарат, но казалось, что от блеска его сейчас затошнит.

Впрочем, возможно, дело было не в этом? Возможно, его подсознание просто искало повод, чтобы покинуть эту комнату. Зная то, что знал он, находиться рядом с Герцогом Леандром Идаволльским было чисто психологически тяжело. И как ни странно, чем меньше народу оставалось вокруг, тем мучительнее это было, — даром что нахождение в толпе всегда было именно тем, что чародей ненавидел больше всего на свете.

Ученый поторопился взять себя в руки. Он хозяин своего подсознания, а не наоборот. Он постарался переключить свои мысли в иное русло. Вот, например, сколько энергии он получил бы, сотворив ритуал Повышения со всем золотом в этой комнате? Он не был точно уверен, но подозревал, что такое количество убило бы его на месте. Да и не любил он работать с золотом. Свинец гораздо лучше: он и выход энергии дает больший, и мук жадности от него меньше. Жаль, что тогда, в Солене, у местных торговцев не нашлось ни одного изделия из свинца. Пришлось работать с золотом, а процесс его получения привлек к нему нездоровое внимание Инквизиции. И хотя он спасся, пустив разряд молнии прямо по решетке, это был след, по которому его можно вычислить…

Чуть успокоившись, чародей вернулся в настоящее. Хотя они засели в кабинете губернатора, самого губернатора там не было. Правильное решение, на взгляд Килиана: человеку, способному ТАК обставить кабинет, нельзя доверять секреты. Кроме него самого, в кабинете были только Леандр, Роган, Лана и Тэрл. Отсутствие лишних ушей обеспечивали двое стражников снаружи.

— Итак, что вы скажете? — осведомился Герцог, когда дверь закрылась.

— Лана права, — немедленно откликнулся Тэрл, — Он блефует. Маркизу, он, может, и убьет, но маркиза — не раньше, чем получит информацию.

В общем-то, это не было секретом ни для кого из присутствующих. Но понятно было, почему это не хотят озвучивать иллирийцы.

— И я надеюсь, вы понимаете, что Иллирия не пойдет на эту жертву, — заметил Роган.

— Понимаю. И я не стану требовать ее от вас до тех пор, пока у нас сохраняются варианты, как в обозримые сроки спасти обоих.

Леандр в упор посмотрел сначала на Рогана, потом на Лану. Но высказался следующим Килиан.

— Он косвенно подтвердил, что маркиз на островах. Если бы его уже удалось переправить на материк, его не волновал бы выход кораблей в море: на материке они были бы на своей территории. Тем более его бы это не волновало, будь у него база на полуострове.

Чародей язвительно усмехнулся.

— Осталось лишь найти способ попасть на острова без помощи кораблей. Всего-то.

Герцог кинул на него угрожающий взгляд, в котором можно было при внимательном рассмотрении различить сдерживаемый гнев. Килиан почувствовал, что ходит по тонкому льду, и ему вдруг стало страшно. Но вместе с тем, помимо страха он ощутил также и некое извращенное удовольствие. Зная то, что знал он, чародей хотел, чтобы Герцог на него злился. Хоть и понимал, что тот может и голову отрубить. Герцог все-таки.