Чтение онлайн

— Контроль вероятностей. Того, кто носит этот кулон, все опасные для жизни болезни будут обходить стороной.

— Но… Зачем ты сделал это?

Она сама прекрасно понимала, что вопрос крайне глупый.

— Моя мать погибла от болезни. Больше я никогда не потеряю так никого, кто… дорог мне, — последнюю фразу ему явно пришлось выжимать из себя силой.

Лана смотрела на наивный знак симпатии одинокого чародея, и в ее душе сменяла друг друга сложная гамма эмоций. Как положительных, так и отрицательных. Она сама не могла сказать, чего тут было больше.

— Спасибо, Кили. Я очень тронута твоей заботой, правда…

— Но? — со вздохом спросил Килиан.

— Я не могу принять его. Не потому что я не ценю это: я ценю. Но жизнь даёт нам испытания, чтобы мы сами справлялись с ними. И справляясь с ними, чему-то научились. Нельзя отнимать у человека этот опыт.

— Пусть так, — заметил чародей, — Но ведь ты живёшь не в вакууме. Если с тобой что-то случится, это затронет не только тебя, но и всех, кто… кому ты не безразлична. Следовательно, ты хочешь отнять у них возможность приложить руку к преодолению испытаний.

Иоланта задумалась. С такого ракурса она этот вопрос не рассматривала. Что ж, понять позицию Килиана она могла.

Но не разделить её.

— Есть разница, — сказала девушка, — Беспокоиться за другого человека, помогать ему или жить его жизнь вместо него. Мне приятно, что ты хочешь мне помочь. Но я не позволю жить мою жизнь вместо меня. Это МОЯ жизнь.

Она протянула кулон обратно, но Килиан покачал головой:

— Оставь себе. Необязательно его носить. Решишь, что он тебе нужен — наденешь. Пусть это будет твой выбор.

— Спасибо, — искренне поблагодарила девушка, — Вот теперь действительно спасибо.

На какие-то секунды ей показалось, что Килиан смотрит на нее как-то странно. Но в тот момент она не придала этому особого значения.

Лана не привыкла в чем-то подозревать друзей.

Как и ожидал Килиан, на военный совет их позвали в тот же день. Герцог (чародей даже мысленно не желал называть его отцом) не имел привычки откладывать дела на потом, особенно — дела государственной важности. Килиан и Лана вошли в кабинет последними.

Чародей так и не смог разобраться в своем отношении к девушке. Несомненно, ему было приятно общаться с ней, хоть это порой и бывало сложно, учитывая вечно бушующие в ней бури эмоций. Временами он испытывал и жгучее сексуальное желание — которому, впрочем, никогда не давал воли и выхода. И так Лана явно чувствовала что-то в нем и после этого начинала сторониться. Наконец, как ни странно это могло показаться, ее проблемы и расстройства вселяли в него уверенность и наделяли силой выдерживать собственные. Как тогда, после неудачного разговора с Герцогом, когда только необходимость утешать ее позволила ему удержаться от слез самому. Это позволяло ему предполагать, что общение с ней просто тешит его тщеславие.

В целом, можно было назвать их друзьями. Но почему-то магу не нравился такой вариант. Может быть, просто потому что он не верил в дружбу.

А может, подсознательно понимал, что на самом деле все гораздо сложнее.

— Наконец-то все собрались, и мы можем начинать, — сказал Герцог, едва дверь за ними закрылась, — Мэтр, прошу вас.

Килиан не слишком любил, когда к нему так обращались: он был, по собственному мнению, еще слишком молод, чтобы зваться мэтром. Но официальная обстановка требовала, и он невозмутимо подошёл к широкому столу.

— Благодарю, милорд. Итак, координаты Гмундн. Всем присутствующим они уже известны, так что перейдем к расшифровке.

Герцогу непросто далось решение снять с этих координат покров тайны. Но учитывая, что маркиз выдал их врагу, тайной они уже были невеликой — или по крайней мере не настолько большой, чтобы скрывать ее от командования армии, ставя под угрозу успех военных действий.

Учёный расстелил на столе старую карту шести континентов. Несмотря на выцветшие краски, на ней ещё можно было рассмотреть границы сотен государств, разрушенных а ходе Заката.

— Первоначально координаты поставили меня в тупик, — продолжал вещать Килиан, — На знакомых мне картах координаты представлены всего четырьмя цифрами: две цифры на северную широту и две на восточную долготу. Тем не менее, в герцогской библиотеке нашлась более подробная политическая карта Дозакатных времён. Тут-то я и узнал, что помимо «градусов» широты и долготы, есть также «минуты» и «секунды».

— Давайте ближе к делу, — заметил Герцог.

— Если мои расчеты верны, то Гмундн вот здесь.

Чародей ткнул в карту чуть севернее южного побережья самого крупного материка на карте.

— Чтобы было удобнее сориентироваться: вот на этом полуострове мы живём. Полуостров западнее, тот, что походит на сапог, после Заката превратился в архипелаг. А вот этот континент юго-западнее…

— …мы зовём Черным, — закончил за него Герцог, — И оттуда приходят наши враги. Граф Ольстен, они смогут пробраться незамеченными к этому месту?

— Только если по земле, — ответил министр морских дел, — Но ведь континент покрыт Порчей. Человеку там не выжить. Да и если выживут, пешему отряду не сравниться в дальности перехода с кораблем.

— Господин Фирс?

Начальник разведки покачал головой.

— Они не собираются идти по земле. Мои люди сообщают, что халифат собирает флот в единый кулак. Они собираются ударить по Идаволлу.

— Ваша версия?

— Отвлекающий маневр, милорд. Чтобы отразить удар, нам придется свернуть преграждающую цепь. Это будет идеальный момент, чтобы провести один-два корабля к берегам континента.

— Что же такое важное в этом Гмундне, что они готовы так рисковать ради этого… — задумчиво протянула Лана.

— Не уверен до конца, — ответил Килиан, — Но очень вероятно, что именно то, что спрятано в Гмундне, должно решить исход войны. Некоторые тексты это подтверждают, но очень косвенно и неоднозначно. В любом случае, несомненно одно. Если это так важно для наших врагов, то они совершенно определенно не должны это получить.

— У вас есть конкретные идеи? — осведомился Герцог.

Для проформы осведомился, несомненно.

— Всего одна. Не сомневаюсь, вам тоже она приходила в голову, милорд, — вежливо ответил чародей, — Мы возьмём один-единственный корабль и успеем туда раньше.