Чтение онлайн

Ах ты ж чёрт! А ведь и правда. Это он для себя что-то там решил. А её не додумался поставить в известность!

— Что будет? – задумчиво перекатил на языке.

— Ага. В мире и… в целом. — В голубоватом свечении, идущем от телевизора, глаза Агаты манили таинственной глубиной.

— Что касается мира, я понятия не имею, не буду врать… А в целом — будем ты и я.

— Ты в Эмиратах, а я — здесь?

— Нет. Где угодно — вместе.

Агата затаилась в его руках. И только её пальцы сжались, комкая на животе Ильи футболку.

— Ты передумал уезжать?

— Послушай, давай так… Мне и сейчас это решение кажется наиболее разумным. И правильным. Но! Я ведь почему хотел это сделать?

— Потому что ты не поддерживаешь то, что происходит. Как и я.

— Вот именно. Но ещё и потому, что здесь не будет нормальной жизни…

— И что же изменилось с тех пор? — голос Агаты окончательно скатился в шепот.

— Я понял, что нормальной жизни у меня не будет без тебя. Ты, кажется, с самой первой нашей встречи уже её неотъемлемая часть. — От чувств, что переполняли грудь и подпирали глотку, голос Стужина сел. — Я… понимаешь, мне кажется… Хотя — к чёрту! Нет, я уверен, что просто тупо без тебя не смогу. И даже если твои родители считают меня не самой лучшей для тебя партией — мне плевать. Я никому не позволю нас разлучить. И ничему.

— Никто и не собирается нас разлучать, — Агата мягко улыбнулась и провела по его щеке дрожащими пальцами. — Они, напротив, хотят узнать тебя получше. И вообще мечтают о внуках.

— Это они зря. Сейчас плодятся только идиоты. К счастью, у нас есть большая коробка резинок. Ты же не забыла купить?ГЛАВА 20

— Точно ничего не забыли? Потому что потом как передать — бог знает! — в который раз одно и то же повторила Агата, комкая в ладонях шёлковый шарфик.

— Ничего, Агатик, не паникуй. У нас было время собраться.

— Ладно. Вылет, кажется, по расписанию. Не забудь мне позвонить, когда приземлитесь в Стамбуле. И когда прилетите на место. А потом, когда устроитесь… — Агата запнулась, прерванная коротким ласковым:

— Дочь…

— Что? — обернулась.

— Ты повторяешь одно и то же по двадцатому разу. Я, конечно, не молодею, но и до маразма мне ещё далеко, — улыбнулась Оливия. — Я позвоню, слышишь? Всё будет хорошо.

— Конечно. — Чтобы позорно не разреветься, Агата уткнулась в рюкзачок, якобы что-то там хотела найти. Провела ладошкой по волосам Ксюшки, которую они с Ильёй были вынуждены притащить с собой в аэропорт — няня для неё всё не находилась. Повезло ещё, что у малышки был хороший день. Шум и чужие люди как будто её даже не беспокоили. Она внимательно разглядывала покрытие пола и ковыряла пальчиком шов на своей сумочке с Хеллоу Китти.

— Агатик, ну ты чего? Ладно бы ты одна осталась, так нет же! У тебя вон — Илья, Ксюшка. Новая жизнь. Да и мы всегда будем рядом.

Да уж. Рядом — по меркам современного мира. Но не настолько рядом, чтобы приезжать к родителям каждые выходные. Не настолько рядом, чтобы спонтанно выбраться с ними в театр или какой-нибудь ресторан… Не настолько рядом, чтобы обнять, когда хочется поговорить не через экран монитора, а взяв за руку или приобняв.

Чувствуя, как подкатывает тошнота, Агата сглотнула.

— Конечно.

— Кстати, он мне страшно понравился.

— Только папе не говорить? — Агата шмыгнула носом, а Оливия Генриховна рассмеялась:

— Говори! Это не секрет. Я ему уже и сама это озвучивала. Хороший он парень — твой Илья. А красавец какой? Мечта! Вы очень хорошо смотритесь вместе.

Обе женщины синхронно повернули головы туда, где в нескольких десятках метров их мужчины о чём-то переговаривались, стоя возле упаковочной машины. Один родительский чемодан был уже затянут в плёнку. Двум другим это только предстояло. Оставшееся у них время Агата отсчитывала вот такими простыми действиями — ещё два чемодана запаковать, выпить кофе, выстоять очередь… Родители ещё не улетели, а ей уже было тоскливо. И к этой тоске примешивалась тоска по Илье. Который никуда улетать не собирался, но — вот ведь какая штука! — теперь уж Агата не была уверена, что ему стоит здесь оставаться. В своём эгоизме она совершенно упустила из виду, что потом его могут просто не выпустить. Как она будет жить, если с ним что-то случится? Она же никогда себя не простит! Никогда… Уж лучше пусть он будет вдали от неё, может быть, с другой даже будет, чем… его не будет совсем.

— Агатик, ты хорошо себя чувствуешь? Ты что-то бледная очень.

— Всё нормально, мам. Может, выпьем кофе?

— Давай, почему бы не выпить? — они подхватили ручную кладь и двинулись к небольшой кафешке. Обычно всегда забитая под завязку, та была полупустой. Агата помахала рукой, чтобы привлечь внимание Ильи. Завидев её, Стужин широко улыбнулся. — Никогда не видела тебя такой влюблённой.

Агата не знала, как прокомментировать эти слова, поэтому лишь передёрнула плечами, подсовывая Ксюше меню.

— Как насчёт молочного коктейля? Я думаю взять. Смотри, здесь есть даже маршмеллоу. Будешь?

Ксюша кивнула, не отрывая взгляда от ярких картинок. Заказ пришлось подождать. Напитки подали как раз к тому моменту, как мужчины освободились, но времени уже оставалось впритык. Все нервничали, поэтому расслабиться за чашкой кофе, как это планировалось, никому не удалось. Наспех выпили и шумной толпой подались к стойке. Прощались, с трудом сдерживая слёзы. Чувствуя общее напряжение, Ксюша не стала говорить свое коронное «пока», хотя пока из её уст это слово можно было услышать чаще всего. За этим самым словом Агата будто слышала другие: «Ну, слава богу, наконец я могу вернуться в себя и забыть о вашей долбаной социализации и важности коммуникации».

— Ну вот и проводили мы наш философский пароход1. — вздохнул Илья, нежно обнимая Агату за плечи. — Ты как?

Врать ему не хотелось. Агата потёрлась носом о тонкую куртку Стужина, наполняя лёгкие успокаивающим ароматом его сильного тела:

— Не очень.

— Ничего. Это поначалу. Потом привыкнешь — и станет легче.

Агата кивнула, но не слишком-то в это поверила.

— О чём вы говорили с папой?

Они вышли из аэропорта, перешли многополосное шоссе, чтобы попасть на стоянку.

— Да так, обо всём на свете. Хороший он у тебя мужик. Пригрозил оторвать мне яйца, если я тебя с какого-то перепугу обижу.

Агата округлила глаза:

— Да нет… Папа не мог! — выпалила, не сумев скрыть сомнения в голосе.

— Мог. Ещё как. И ты это знаешь. Но я не в обиде. Ксюш, давай забирайся, я тебя пристегну.

Расселись по местам.

— Домой?

Агата засомневалась:

— Слушай, а можешь отвезти меня на дачу? Я… Кажется, там будет легче.

— Да без проблем. Здесь вроде рядом, да?

— Угу. Ничего, что Ксюша с нами? Она не закапризничает?

— Понятия не имею. Мы ж ненадолго?

— Вы всегда можете уехать, оставив меня там.

— Я не хочу тебя нигде оставлять. И вообще, нам что-то надо решать! Мы вместе почти неделю. А за это время виделись всего несколько раз.

— И что ты предлагаешь?

— Предлагаю съехаться.

— Ты серьёзно?

— А что? Ты когда презервативы купила? А пачка до сих пор не распечатана!

— Кто о чем, а вшивый о бане, — засмеялась Агата, несмотря на одолевающую её грусть.