Чтение онлайн

Отец всегда учил меня быть учтивым с женщинами, да и я никогда не слышал, чтобы он повышал голос на мать, поэтому наш с Зарой разговор становится настоящим испытанием для моих нервов и моего воспитания.

Видимо, для нее это было нормой, я не раз слышал, как Тагир общался со своей женой, это были диалоги на уровне «Заткнись. Знай свое место».

А ведь поначалу Зара казалась мне более адекватной. Я тогда удивился, что у Тагира есть дочь, умеющая сострадать и так яро противостоявшая отцу.

Выходит, я ошибался.

Тяжело признаться самому себе, но… ошибок я наделал очень много. И теперь нужно было как-то разгребать это все.

И начну я, пожалуй, с Ками. Точнее, уже начал. Ведь Динар не подведет, да?

Глава 12

ПОЛИНА

— Поль, я все объясню.

— Да уж, пожалуйста. — Чувствую, как злость вытесняет все эмоции, не могу ни о чем думать — только об этом инциденте.

А это и есть инцидент, ни больше ни меньше!

Васька семенит следом за мной, пытаясь не отстать.

Вот ведь, учудила!

Как только ума хватило повестись на Багрянцева! Хотя скорее, наоборот, не хватило мозгов держаться от него подальше.

Да по этому Артёму сразу видно, что у него на уме. Сдалась ему Васька.

Нет, сестренка у меня умная, красивая, худенькая, хрупкая, точно фарфоровый цветочек, но… таким, как Артём, нужны другие девушки. Более доступные, вот.

А я же знаю, что моя Васька, она… Да она даже целоваться толком не умеет. Не умела. Я не знаю, возможно, этот гаденыш украл у нее первый поцелуй.

Дальше что? Сорвет этот хрупкий цветочек и потом растопчет ее за ненадобностью?

Знаем, знаем, проходили.

— Поль, подожди меня, пожалуйста.

Только сейчас понимаю, что за мыслями не заметила, как ускорила шаг.

— Мы уже на нейтральной территории, поэтому… выкладывай. Что у тебя с ним?

— С кем?

— Дурочку не включай, Вась, ладно? С Багрянцевым что у тебя?

— Ааа… Так с ним у нас… спор.

— Спор?! Какой еще спор?

— Ну так это… Мы просто в одну игру играли всем классом, и я проспорила ему поцелуй.

Нет, ну надо же до такого додуматься! Я сейчас с ума сойду, честно.

— Только поцелуй?

— Да. — Васька хлопает глазами и краснеет.

— А если бы он не только поцелуй потребовал?

— Я об этом не подумала как-то, Поль.

Стоит алая, точно маков цвет. Не подумала она, ну-ну!

В такие моменты в первую очередь нужно голову включать, а не наоборот.

— Васька, Васька, — вздыхаю я устало, понимая, что воспитатель из меня фиговый. — Ты, что же, девочка моя, хочешь, оказаться в той же ситуации, что и я?

Молчит дурочка моя, только глазки тупит и носком ботинка подтаявший снег.

— Не смей терять голову. Поняла меня?

— Поняла.

— У тебя такое будущее впереди, столько всего еще нужно увидеть, узнать, сделать. Не лишай себя этой возможности, чтобы не пожалеть. Такие, как он, — киваю в сторону школы, — не влюбляются в хороших девочек.

— Да мне и не нужна его любовь.

Задирает подбородок, в глазах читается вызов.

Дай бог, чтобы это было так, как она говорит. Дай бог, чтобы не успела напридумывать себе невесть чего за время поцелуя и влюбиться.

— Вот и отлично. Пойдем.

Всю оставшуюся дорогу до дома мы молчим, каждая утопая в своих мыслях.

Ваське я все объяснила, хоть и была немного жестковатой в некоторых моментах, но без этого просто никак.

Нечего наступать на одни и те же грабли.

И кстати, с Багрянцевым я тоже поговорю с глазу на глаз. Пусть только попробует Ваське мозги запудрить и приблизиться еще хоть на сантиметр.

Я ему вместо английского, на нашем чистом русском поясню, если придется.

Когда мы с Васей приходим домой, нас встречает какая-то странно взбудораженная Ульяна.

Нет, она, конечно, всегда была тем еще энерджайзером, но что-то в ней изменилось. Еще вчера подруга была похожа на привидение, а сегодня… уже и румянец здоровый на щеках появился, и глазки заблестели, несмотря на фингал…

— Соболева, ты чего такая довольная, словно кошка, объевшаяся сметанки? Или Каришка спала все время, пока меня не было?

— Вот еще, чего ей дрыхнуть. Рядом такая тетка. — Первый мой вопрос, естественно, пропускает мимо ушей.

— Эка лиса, давай, выкладывай. Сейчас только руки помою, — забегаю в ванную, на ходу скинув с себя куртку.

Преображение подруги любопытно и радует, однако первым делом я тянусь к дочери, по которой успела жутко соскучиться.

Такая она крошка, кнопка, маленькая моя. Когда прижимаю ее к себе, чувствую, что становлюсь… целостной, что ли. Так мне хорошо, когда Каришка рядом со мной.

— Ну так что там?

Только сейчас замечаю на столе коробку вкусных восточных сладостей и жестяную баночку с детскими печеньками.

— Вы, что, и на улицу с Кариной выходили? — задаю следом второй вопрос.

Ульяна делает глоток чая, прежде чем ответить.

Ой, иногда она бывает невыносимой интриганкой! Вот, как прямо сейчас!

— К тебе тут мужчина приходил…

— Да что ты говоришь… — протягиваю удивленно, а в голове тут же проносится образ… Османа.

Глупое сердце!

— Но это не тот, о ком ты думаешь.

— Мало ли, о ком я думаю.

От чего-то становится обидно, что я такая предсказуемая.

— Он приходил не один, а с дочкой.

Хлопаю глазами, чувствуя, как медленно ломается мой мозг. Мужчина с печеньками и сладостями, и… с дочкой?

— Правда, я сначала подумала, что он мошенник или решала… Ну такие парни часто у Бори водились, я их за версту вижу.

— И что, кем в итоге оказался наш гость?

— Назаром. — Ульяна улыбается и краешком зуба откусывает орешек.

Фыркаю, наконец, понимая, о ком идет речь. Ну конечно! Назар! Мой новый знакомый, тот, что представился Олегом.

— А чего это вы, Ульяна Сергеевна, такая довольная?

— Я? Довольная? С чего ты взяла? Лучше расскажи мне, что между вами?

— Между нами история, которая чуть не стоила мне дочери, — прижимаю к себе свое чудо, которое умудрилось схватить со стола фантик и теперь играло с ним, точно маленький котенок.