Основная миссия
Шрифт:
Я согласно кивнул и выгребя из кармана золотые кругляши, ссыпал их к остальной мелочевке. Про то, что душу вынут - это Марат правильно сказал. В СССР охота за валютой шла ежедневная и безостановочная. А если учесть, что золотой запас с начала войны сильно поистощился, то и вообще…
Кстати, про запас. А сколько тут всего складировано? Если грубо считать каждый ящик по сотне килограммов? Быстро произведя вычисления в уме, я офигел. Это же почти одиннадцать с половинной тонн золота! И если переводить в те же баксы, то получаются… получаются… получаются просто сумасшедшие деньги!
После эпопеи с обручальным колечком для Хелен, когда с меня вычли его стоимость, я от нечего делать заинтересовался, а сколько оно может стоить реально? Соответственно узнал и стоимость золота на мировом рынке. И теперь лихорадочно шевеля губами пытался перевести унции в килограммы и тонны. В конце концов, безбожно округляя, получил цифру в пятнадцать с половиной миллионов долларов. Вот это прибыток! Двадцать пять процентов, как за находку клада нам конечно не светит, но вот благодарность получим наверняка. А может даже и на ордена не поскупятся…
Над головой что-то зашуршало и с потолка свалилась половинка кирпича, вырвав меня из сладких грез. Глядя на шлепнувшийся в ручей обломок, я чертыхнулся и скомандовал:
– Так мужики - сваливаем. Я не знаю, что за идиот спрятал золото в таком ненадежном месте, но его надо срочно вытаскивать, пока тут все не обвалилось и не затопилось.
Змей, окинув взглядом штабеля, представил перспективы и передернувшись всем телом, робко поинтересовался:
– Нам вытаскивать?
– Щаз! Ты что, за грузчика меня держишь? Выходим наверх, связываемся с командованием и пусть оно быстренько начинает шевелиться.
Окрыленный моими словами Женька тут же, пока я не передумал рванул в коридор. Пришлось даже несколько умерить его прыть:
– Ты не очень торопись. Кто нас подсаживать будет? Сам то уже мокрый, поэтому тебе терять нечего. А мы сухие и почти чистые, так что пойдешь последним.
– Есть!
Когда я выбрался в верхний коридор, то застал ту же картину что и была перед спуском. Пленный с очень мрачным видом сидел на полу между моими ребятами, а Гек, что-то поучительно выговаривал Искалиеву. Увидев меня, он замолчал и спросил:
– Ну как там?
– "Там" все просто замечательно, но нам сейчас надо торопиться.
И перейдя на немецкий, обратился к "языку":
– Феликс, выход на Фридрихштрассе, далеко отсюда?
Гильдебрандт несколько секунд молчал и когда я уже хотел дать ему затрещину, наконец выпал из мрачных дум, ответив:
– Полчаса ходу от того блока, где вы меня взяли.
– Он не заминирован?
– Нет. Мы ведь именно через него на поверхность попадали…
Понятненько… Дождавшись когда из пролома вылезут остальные, обращаясь к ним сказал:
– Будем выходить возле гаражей. Через ту паутину которую мы прошли, раненного не протащить. Да и тралить ее тоже не очень хочется… Там бабахнет, а здесь может все обвалиться. Понимаю, место минирования далеко, но лучше перебдеть. Поэтому, Жан…
– Я!
Вытянувшийся по стойке смирно Даурен, ел командира глазами и я усмехнувшись продолжил:
– Вольно, блин… В общем так Жан - возвращаешься обратно, только через закладку осторожно проходи. Когда вернешься в замковый двор, берешь за хобот Одинцова с машинами и следуете к гаражам на Фридрихштрассе. Я не знаю где они находятся, но старлей должен быть в курсе. Там и встретимся. Название улицы не забудешь?
Видно было что мой вопрос обидел Искалиева, поэтому потемнев лицом он вытянувшись еще больше, коротко ответил:
– Никак нет! На память не жалуюсь!
– Да ты не злись! Название то нерусские, поэтому не хотелось чтобы транспорт нас ждал на какой-нибудь Франкштрассе…
– Фридрихштрассе названа в честь прусского короля из династии Гогенцоллернов поэтому спутать тяжело.
Удивленный тем, что сержант без запинки произнес неудобоваримое название старинной династии, я только крякнул и ответил:
– Понял… Все предыдущие претензии снимаются. А сейчас Даурен давай - бегом!
– и обращаясь к остальным добавил - Подъем! Мы тоже выдвигаемся.
Гек, поправив автомат поинтересовался:
– Часовых оставлять не будем?
– Зачем? Чтобы это все вытащить хотя бы в верхний коридор, взвод полдня пахать должен. Так что - оно здесь неизвестно сколько лежало, поэтому еще пару часов полежит без проблем. А нам еще раненого на себе тащить. Поэтому - шагом марш!
И мы, подхватив закряхтевшего Гильдебрандта быстрым шагом двинули в темноту коридоров.
Та- та-та-тах! Фьють, фьють!
Очередь, пройдя над головой, выбила кирпичную крошку из стены гаража, заставив меня нырнуть обратно за дверь. Не понял юмора…Это что за херня? Ни "здрасте" ни "до свидания", а просто молча, сразу начали садить на поражение. Интересно - кто там такой умный?
Вообще, пока мы топали подземными коридорами, таща на себе вовсе не легонького фрица, я прикидывал разные варианты встречи с поверхностью, но на подобное совершенно не рассчитывал. В лучшем случае, первым нас встретил бы Одинцов. Он все-таки на колесах и доехать до этих гаражей должен был быстрее, чем мы дойти пехом. Присутствовал и второй вариант - по каким-то причинам старлей задерживается, а мы натыкаемся на патруль. Тоже ничего страшного - документы и пропуска у нас в порядке, так что встреча с патрулем не грозила долгими разбирательствами.
Поэтому, когда наша компания дошла до тупика, заканчивающегося короткой лестницей ведущей вверх, я, в самом радужном настроении обернулся на немца, взглядом спрашивая, что делать дальше. Феликс, висящий на плечах Шарафутдинова понял меня правильно и стирая со лба испарину, ответил:
– Вон, справа два рычага. Синий - расстопаривает дверь. Красный с цифрой "два" - открывает проход.
Подойдя к рычагам находившимся в неглубокой нише, я на несколько секунд замер, оглядывая их в поисках "сюрпризов", но потом подумал, что фрицы не полные же параноики, чтобы постоянно используемый ход минировать. Да и Гильдебрандт на самоубийцу совершенно не похож. Поэтому смело потянул за синюю металлическую ручку напротив которой красовалась цифра "1". Что-то глухо "бумкнуло" и больше ничего не произошло. А когда потянул за второй, над головой практически бесшумно, распахнулся небольшой квадратный люк. Уважительно хмыкнув в ответ на эту демонстрацию немецкой техники, я быстро поднявшись по лесенке, с интересом огляделся. Хм… похоже в бокс попали. Осветив четыре стоящих в помещении ГаЗона, вдохнул свежего, пусть и пахнущего бензином воздуха, и повернувшись к проему скомандовал:
– Выходи, приехали.
А потом, дождавшись когда вылезут остальные, прошел вперед, к калитке находящейся в здоровенной ангарной двери. Перед ней помедлил, соображая, что если в боксе стоят грузовики с военными номерами, то в этом гараже расположилась какая-то наша часть. Скорее всего - автобат или авторота, уж больно место для них подходящее. И это значит, что территория охраняется часовыми.
То есть изображать из себя крадущегося диверсанта вовсе не следует, а самым лучшим вариантом будет выйти наружу и сразу начать вопить о том что я - свой. Руки тоже лучше поднять вверх, а то часовые - народ пугливый. Решив так и действовать, я распахнул калитку, сделав шаг наружу. В серых, предрассветных сумерках, увидел несколько грузовиков стоящих на площадке перед боксами, легковушку и стеллаж ящиков накрытых брезентом. Боковым зрением даже успел заметить неясную тень шагах в двадцати справа, но обозначить себя уже не успел. Тень, не говоря худого слова, расцвела вспышками выстрелов, а я кубарем метнулся обратно.