Основная миссия
Шрифт:
Ого! Такого варианта я даже не предполагал, хотя при детальном обдумывании он был наиболее вероятен. Действительно - зачем заморачиваться? В плен они вовсе не собирались, подстраховавшись со всех сторон, а свои люди, всяко-разно надежнее разных подозрительных наемников.
Вслух восхитившись этой гипотезой, я еще некоторое время обсуждал с Серегой возможности варианта действий гэбешников при взятии связного, но потом мы перешли к более насущному, так как вылет намечался уже через несколько часов. Я поинтересовался задачами которые будут перед нами ставиться, так как соответственно этим задачам нам надо было экипироваться. Гусев ответил просто:
– Собирайся как в глубокий рейд по тылам противника. Продукты брать не надо, а все остальное готовь, будто к немцам пойдете. Лишним не будет.
– Понял. Ну что, я к ребятам?
– Иди, а то через четыре часа уже машины подойдут.
Я встал, по уже выработанной привычке козырнул и, потопал собирать своих парней для выполнения так и не объясненной задачи.
Глава 9
– Орлы!
Народный комиссар внутренних дел, генерал-полковник Колычев отступил на шаг назад и снова окинув нас взглядом повторил:
– Орлы! Только кто вас надоумил в "мочало" вырядится, да воз оружия с собой притащить?
Прежде чем Серега смог открыть рот я, показывая на него пальцем и глядя в смеющиеся глаза Ивана Петровича быстро сказал:
– Это Гусев виноват. Берите говорит всего побольше. Особенно продуктов. Будете ваш шоколадно-ореховый разведпаек у америкосов на жевачку менять. А начнут отказываться, тут и оружие пригодится. Ствол под нос и бубльгум у нас в кармане!
Командир от такой наглости задохнулся и выпалил:
– Товарищ генерал-полковник, не так все было! Вы что, Лисова не знаете? Я ему про продукты как раз сказал - не брать! Я…
Но Колычев только махнул рукой и со словами: "Узнаю свои подчиненных, как были раздолбаями, так и остались", полез обниматься. Всю свиту он оставил за порогом, поэтому мог не стесняться в изъявлении чувств. Было видно что Иван Петрович по настоящему рад нас видеть. Пятерых "старичков" с которыми он был знаком лично, прижимал к себе так, что ребра трещали. И только остановившись перед Дауреном спросил:
– Новенький?
– Так точно, товарищ генерал-полковник! Сержант Искалиев!
– Это ты вход в колодце надоумил искать?
Жан растерянно скосил глаза на меня и когда я кивнул, вскинув подбородок и пустив "петуха" гаркнул:
– Так точно, товарищ генерал-полковник!
Иван Петрович на это уставное рвение только улыбнулся и пожав покрасневшему Жану руку, сказал:
– Молодцом! Нам толковые люди очень нужны. А смекалка твоя, без награды не останется. И не только твоя. Все поработали на совесть, поэтому группе генерал-майора Гусева объявляю благодарность!
После этих слов наша куцая шеренга моментально подравнялась и рявкнула:
– Служим Советскому Союзу!
Только Гусев слегка испортил слаженный хор тем, что захотел служить "трудовому народу". Видно еще не перестроился, хотя новый уставной ответ был введен в армии еще в начале этого года. Наверное, нечасто нашему командиру приходилось в последнее время благодарности от высшего командования получать и соответственно отвечать на них. А может просто форсит перед Колычевым, пользуясь его отношением. Нарком не обративший на этот диссонанс никакого внимания опять посмотрел на Жана, спросив:
– Давно в группе?
– Один месяц восемь дней, товарищ генерал-полковник!
– И до сих пор сержант? Ну да ничего, с такими командирами как у тебя, к концу войны наверняка офицером будешь!
Искалиев на эти слова недоуменно захлопал глазами, а мы все начали ухмыляясь, переглядываться. Правильно - Даурен новенький и насчет хитрых перипетий со званиями не в курсе. А Иван Петрович, который и так отлично знает время появление Искалиева в подразделении, этим вопросом просто решил подколоть нас всех. Оно ведь как вышло - Геку офицерские звездочки досталось после переаттестации из хитромудрых НКВДешных, в обычные армейские звания. Так что, с Пучковым все было просто.
А вот с Женькой вышло намного сложнее. В училище его посылать было совсем не с руки: ученого учить - только портить, и времени на это ушло бы столько, что война скорее закончится, прежде чем он из училища вернется. Поэтому был разработан хитрый план: старшина Козырев от щедрого на награды начальства стал получать за операции не "Красную Звезду" и не "Отечественную Войну", а "Славу". Одну он имел с незапамятных времен, вторую получил в начале зимы и последнюю - за Бальгу. А согласно статута этого солдатского ордена, полный кавалер автоматически получает внеочередное звание: сержант - старшего сержанта, старший сержант - старшину, и самый потолок, это когда старшина получает погоны младшего лейтенанта.
Так что Змей, относящийся ныне к офицерскому составу, мог теперь свободно расти хоть до маршала. Ну, это если сам захочет и Академию Генштаба закончит. Колычев же, выходит был в курсе наших задумок и теперь ненавязчиво показал что эти махинации ему известны. Ну и ладно, и пусть гордится своими знаниями. В подобных действиях ничего противозаконного нет. На всех фронтах и во всех частях так делают, чтобы достойных людей на нужные должности пропихнуть.
Иван Петрович еще несколько секунд поглядев на наши физиономии, в конце концов приказал:
– Ладно. Сейчас всем отдыхать, а завтра, то есть уже сегодня, в семь ноль-ноль Гусеву, прибыть ко мне.
Потом, слегка повысив голос, позвал своего порученца и продолжил:
– Григорий Осипович, проследите чтобы товарищей разместили и поставили на довольствие. И еще - это уже обращаясь к нам - камуфляж снять, оружие оставить в расположении. По базе передвигаться только с пистолетами, а то люди нервничают. У меня все. Все свободны.
После этих слов мы потопали за порученцем в сторону отведенной нам палатки, а я вспомнив слова наркома про "нервничающих людей", тихо хихикнул. Действительно, весело получилось. Шурующая в ожидании приезда Главкома команда Власика, всех здесь застроила, вдоль и поперек. Я имею ввиду советскую часть персонала базы. Поэтому, после появления личного охранника Сталина, народ ходил на цыпочках. А уж когда появился нарком НКВД, то бдительность и уставщина, поднялись на недосягаемую высоту.
И тут вдруг из приземлившегося ночью самолета вываливаются не представители спецгруппы ставки, а РДГ [Разведовательно-диверсионная группа] неизвестной ведомственной принадлежности, увешанная оружием с ног до головы. Они нас конечно ждали, но в более цивильном прикиде, поэтому вид здоровых мужиков одетых в "лохматку" с пулеметами, гранатометами и новейшими "Калашниковыми", которые впотьмах приняли вначале за StG-44, заставил охрану сильно напрячься. Ситуацию конечно развели в несколько минут, но видимо осадок остался… Власик, появившийся в самом конце разборок, с нами связываться не стал, только Ивану Петровичу, видно успел нажаловаться на непотребный вид новоприбывших. Ну да нам не впервой подвергаться гонениям "по одежке".