Чтение онлайн

— Есть, товарищ капитан! Я готов!

— Отлично! Начали!

… И ничего не стало…

Было тепло, даже жарко, и очень уютно, чувствовался запах свежескошенной травы, и сквозь легкую дрему слышалось щебетание птиц, и… Николай Исаев открыл глаза.

Он сидел на удобной скамейке, а перед ним был смешанный лес, в котором были и хвойные и лиственные деревья. Хотя, какой же это лес, если не видно ни одной сухой ветки, лежащей на земле, а трава аккуратно скошена, и влево и вправо простирается дорожка, выложенная красивым, желтым кирпичом. Вдоль этой дорожки, как заметил Николай, стояли такие же удобные скамейки, сделанные из неизвестного материала, но, явно, не из дерева. На скамейках и на дорожке никого нет.

Значит, это парк, и не просто парк, а лесопарк, созданный наступающим городом в естественном лесу так, чтобы сохранить его природу и его обитателей. Точно — вон с ветки на ветку шмыгнула белка, а из-под скамейки, на которой сидел Николай, вылез чем-то недовольный ёжик, фыркнул и потопал по своим делам.

— «Так, значит, это место стыка», — подумал Николай, — «которое подобрал любознательный, изучающий человеческие эмоции Иван Иванович капитана Неустроева. Интересно, в каком географическом месте, и в каком времени находится это место? Но все это не имеет никакого значения, так как я должен ждать его агента, который снимет с меня наручники. Эх, поскорей бы!»

Ему почему-то вспомнилось, что в последний раз он ел только пирожок с картошкой, которым угостил его милицейский сержант, когда они приехали в Няндому, и тотчас ощутил сильный голод и жажду. Даже язык и губы пересохли так, что ими было трудно шевелить. В сумке, так и висящей на боку, почувствовалась какое-то движение, и Николай, своими скованными руками вытащил из нее большой пирожок и бутылку из прозрачного материала с водой. Несомненно, это было действие Ивана Ивановича, который в очередной раз отправил так ему нужную посылку (молодец он, этот ИИ). Послав в ответ ментальное спасибо, Николай быстро использовал полученные продукты по назначению, и снова задремал, правда, совсем чуть-чуть.

Сквозь легкую дрему слева послышалось цоканье: цок-цок-цок, и, посмотрев, Николай увидел идущую по дорожке девушку. Нет, не девушку — это было виденье. Сначала ему показалось, что на ней только набедренная повязка, но присмотревшись, он понял, что эта юбка. Нет, не юбка — юбчонка, выше, намного выше коленок загорелых ног. И кроме этой юбчонки была еще кофтюлька, изготовленная из мизерного кусочка ткани, да и ее расцветка напоминала цвет человеческого тела. Дополняли этот облик распущенные ниже плеч, как у ведьмы из сказок, волосы, которые развевал легкий ветерок.

Она шла пританцовывающей походкой, держа в левой руке небольшой предмет, на который постоянно смотрела, а правой рукой как бы дирижировала. На ее боку, на тоненьком ремешке, висела маленькая сумочка, в которую, можно было положить, разве что, только этот предмет или небольшую записную книжку.

— «Да моя Галя ни за что на свете не вышла бы на улицу в такой одежде!» — подумал Николай. И в этот момент ему показалось, что ему в сердце воткнули трехгранный штык от трехлинейки. Ведь с тех пор, как он оказался в Каргополе, он ни разу, ни на секунду не вспомнил о своей невесте Гале, которая ждет его там, на Урале, а он здесь сидит и пялится на полуголых девушек.

Единственное оправдание, которое пришло ему в голову, заключалась в том, что в его реальном времени прошло всего несколько минут, и ему нужно действовать именно для того, чтоб выбраться отсюда — как раз для встречи с Галей. И возможно, эта вульгарная девица является как раз агентом капитана.

Когда он подошла ближе, Николай понял, что предмет в ее руке, оснащенный светящимся экраном, напомнил ему о похожем устройстве связи, которое он видел у капитана Неустроева, когда они вместе отражали атаку фашистских танков там, в его времени. А это устройство в комплекте с небольшой «штучкой», вставленной в ухо девушки, означало, что он видит технику далекого для него будущего, и, следовательно, место «стыка», и он сам находится в этом далеком будущем.

Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что встреться на пути этой девицы какая-нибудь кочка, она непременно за нее запнется, так как ее взор был полностью поглощен устройством, находящимся в ее руке. Но нет, она ловко вела наблюдение своим боковым зрением, и, когда приблизилась к сидящему Николаю, посмотрела на него.

— О, мужчинка! — воскликнула она. — Ничей! И чего ты так сидишь с пустыми руками? А, вижу, вижу, у тебя кандалы, точнее, наручники.

Говорила она, как подумал Николай, довольно странно — задавала вопрос, и сама же на него отвечала. — Жесть! А ты откуда сбежал, с зоны, из СИЗО или из КПЗ? — продемонстрировала она знание темы.

— Репетирую! — ответил Николай, — вживаюсь в роль!

— О, крипово! — восхитилась девица. — А ты из какого сериала? А, догадываюсь, догадываюсь! Это, наверняка, «След». Значит, сбегаешь от Галины Николаевны, от ФЭС?

— ФЭС? — переспросил ошеломленный Николай.

— Ну, да, конечно, ФЭС! — подтвердила девица. — Федеральная Экспертная Служба, все же знают. Клёво, повезло, надо сделать селфи, если ты не возражаешь, конечно. А чего тебе возражать-то!

И девица, неожиданно для опешившего Николая, уселась рядом с ним на скамейку, прижалась к нему и, прислонив голову к его плечу, выставила перед собой свое устройство и ловко подвигала по нему своими пальчиками.

— Посмотри! Огонь! — воскликнула она, показывая Николаю устройство, на котором он увидел свое фото с прижавшейся к нему девицей, а потом — второе, на котором были ее обнаженные ноги и рядом с ними — его руки с наручниками.

— «О времена, о нравы!» — подумал Николай. — «Прав был товарищ Цицерон, произнеся это крылатое выражение! Неужели моя Галя смогла бы себя так вести? Да она скорее умерла бы от стыда, чтобы вот так прижиматься к неизвестному человеку, мужчине. И если бы она увидела эти фотки, мне бы не жить!»

А девица продолжала свои активные действия. — Надо срочно загрузить и разослать! — воскликнула она и начала быстро и ловко двигать своими пальчиками по устройству, да так быстро, что у Николая в глазах зарябило. — Класс! — продолжила она, — уже лайки посыпались, слэй!

Николай уже давно понял, что эта девица никакой ни агент, и ему хотелось, чтобы она поскорее ушла, чтобы не помешать встрече с настоящим агентом, но она, похоже, даже не собиралась этого делать.

— Я — Лалаж! — представилась она, слегка отодвинувшись от Николая, — а тебя как зовут?

Николай подумал, что он ослышался, так как хорошо помнил, что Лалаж — это название астероида.

— Я — Гермоген ответил он, не желая называть себя, — только я не понял, почему ты багаж? Ты — чей-то багаж? Так не бывает!

— Да не Багаж, а Лалаж, глупенький, это имя такое, правда, красивое?! А Гермоген — имя тоже красивое!

— Это имя такое? — удивился Николай. — Как-то странно! Обычные имена у девушек и женщин: Галя, Валя, Вера, Нина… но чтобы Багаж или Лалаж…

— Да не Багаж вовсе! — снова поправила его девица. — А такие имена, которые ты сейчас назвал, были у них в далекой древности, я точно знаю, учила, когда проходили историю. Они были крепостными, работали на полях в кандалах, а эти… стакановцы следили за ними с бичами и заставляли делать по несколько норм. Трэш! И еще заставляли надевать платочки на голову и заплетать косы, вот глупости! А у современных девушек другие имена, модерновые! А вообще-то я понимаю, что у тебя роль очень хорошо получается, ты Галину Николаевну на допросе точно запутаешь.