Чтение онлайн

Первый позитивизм много сделал для пропаганды научных знаний. Его критика натурфилософии способствовала становлению философии науки, ориентированной на решение реальных методологических проблем, выдвигаемых развитием естественных и социальных наук. В какой-то степени стремление отделить науку от метафизики могло сыграть положительную роль в процессах конструктирования новых дисциплин, отпочковывающихся от философии. В частности, это относится к становлению социологии.

Если в первом позитивизме основное внимание уделялось проблемам систематизации научного знания и классификации наук, то на этапе второго позитивизма (эмпириокритицизма) особое значение приобретал вопрос об онтологическом статусе фундаментальных понятий, принципов науки, т. е. проблема их отождествления с самой исследуемой реальностью.

Если создатели первого позитивизма были не профессиональными учеными, то второй позитивизм, напротив, характеризуется более тесной связью с наукой. Одним из лидеров этого направления был Эрнст Мах, внесший вклад в разработку целого ряда направлений физики (теоретической и экспериментальной механики, оптики, акустики и др.). Другим видным представителем второго позитивизма был Рихард Авенариус, также сочетавший занятия философией с разработкой конкретных наук – биологии и психологии.

На рубеже XIX–XX вв. ряд открытий в естествознании привел к падению стройного здания физической теории, созданной в XIX в. Эпоха революционных преобразований в естествознании была начата двумя важными открытиями в биологии и физике: генов как носителей наследственности, изменивших прежнюю систему представлений о живой природе, и делимости и сложности атома, которое привело к отказу от прежних представлений об атоме как неделимом и простейшем «первокирпичике» материи. Первый позитивизм исходил из наивного убеждения в окончательном характере открытий естествознания. Вместе с падением старого естествознания пришла к упадку и первая форма позитивизма. Второй позитивизм (эмпириокритицизм) обратил внимание на факт относительности научного знания и сделал отсюда вывод о том , что наука не дает подлинной картины реальности, а доставляет лишь символы, знаки, отметки для практики. Эмпириокритики видели задачу философии в установлении принципов упорядочения явлений в сознании.

В общем, второй позитивизм наследовал антиметафизическую установку позитивизма Конта, Спенсера и Милля, внеся в нее, однако, весьма существенные коррективы. Если первый позитивизм предлагал просто-напросто отбросить всякую «метафизику» с пути научного познания и заменить ее совокупностью наиболее важных достижений конкретных, позитивных наук (физикой в широком смысле слова), то второй позитивизм попытался рационально и навсегда избавить науку от опасности любых «метафических болезней». Для этого, по их мнению, нужно было обнаружить источники метафизических заблуждений, содержащиеся в реальном познавательном процессе (гносеологические корни метафизики), а затем «очистить» научное знание от всего того, что этими источниками питается. В своей работе представители второго позитивизма стремились опереться на достижения тогда еще молодой и столь же претенциозной положительной науки о человеческом сознании – психологии.

В качестве критической программы второй позитивизм предлагал продемонстрировать наличие в философских научных построениях, не основанных на опыте утверждений, а также «скачков мысли», разрывов в рассуждении, которые недопустимы для подлинно, хорошо устроенной, позитивной науки; устранив подобные утверждения и ликвидировав эти разрывы мысли, по их мнению, можно было бы и очистить науку от метафизических домыслов, и навсегда устранить возможность «метафизики».

Третьей позитивистской концепцией философии науки следует считать неопозитивизм. Между эмпириокритицизмом и неопозитивизмом была прямая преемственность. Неопозитивизм предложил особый подход к обоснованию фундаментальных понятий и принципов науки. Он сосредоточил внимание на анализе языка науки. Логика и язык выдвигаются на первый план в силу ряда обстоятельств. Укажем два главных. Во-первых, это трудности, с которыми имели дело математики в начале XIX в. В науке образцом строгости считалась математика. Но довольно неожиданно математики стали все чаще встречаться с различного рода парадоксами, противоречиями. Возникло убеждение, что корни затруднений скрыты в основаниях математики, а основаниями математики являются логика, некоторый искусственный язык и философия. Известные специалисты в области математики и логики – Г. Фреге и Б. Рассел, пришли к выводу, что прежняя философия устарела. Во-вторых, аналитизм (аналитическая философия) вытесняет термин неопозитивизм, причем внутри аналитической философии выделяются два течения: философия логического анализа и лингвистическая философия. В аналитической философии мы в очередной раз встречаемся со стремлением к ясной философии. Ясность философии связывалась прежде всего с языком. В отличие от мыслей и чувств, в истинности языковых описаний внешних для человека фактов может убедится каждый. Задача философии стала мыслиться как задача прояснения языка.

Если местом становления аналитического направления в философии можно считать Англию (Кембридж), где работали Мур, Рассел и Витгенштейн, то позднее центр движения переместился в Вену. Представителями «Венского кружка» были Карпан, Шлик, Гемпель, Нейрат. Общим для данных философов было отрицание философии как учения о первых принципах. По мнению Карнапа, истинность философских предложений невозможно обосновать. Поэтому от философии следует отказаться в пользу науки, лишь она представляет собой обоснованное знание. Логические позитивисты считали, что все предложения науки являются либо аналитическими, либо синтетическими. Истинность синтетических предложений устанавливается эмпирическим путем, т. е. опытом, экспериментальными данными. Принцип верификации (проверяемости) именно предполагал, что все синтетические предложения проверяются в эксперименте. Сложный текст надо разложить на элементарные, протокольные предложения, а их уже проверять фактически, т. е. путем соответствия наблюдаемой действительности. В основе науки лежат протокольные предложения, выражающие переживания субъекта. Истинность этих предложений абсолютно достоверна и несомненна. Совокупность истинных протокольных предложений образует твердый эмпирический базис науки. Для методологической концепции логического позитивизма характерно резкое разграничение эмпирического и теоретического уровней знания.

С точки зрения логического позитивизма, деятельность ученого в основном должна сводиться к двум процедурам: 1) установление новых протокольных предложений; 2) изобретение способов объединения и обобщения этих предложений. Научная теория мыслилась в виде пирамиды, в вершине которой находятся основные понятия, определения и постулаты; ниже располагаются предложения, выводимые из аксиом; вся пирамида опирается на совокупность протокольных предложений, обобщением которых она является.

Прогресс науки выражается в построении таких пирамид и в последующем слиянии небольших пирамид, построенных в некоторой конкретной области науки, в более крупные пирамиды, которые в свою очередь сливаются в еще более крупные и т. д., до тех пор пока все научные теории и области не сольются в одну громадную систему – в единую унифицированную науку.

В связи с выделением аналитических и синтетических предложений неопозитивисты полагали, что все науки можно разделить на экспериментальные (физика, химия, история, социология и др.) и не экспериментальные (логика и математика).

С ослаблением влияния логического позитивизма большой вес приобрело течение английских аналитиков, последователей Джона Мура и позднего Витгенштейна – так называемая лингвистическая философия. Последняя отвергает логическую формализацию как основной метод анализа и занимается исследованием типов употребления выражений в естественном, обыденном языке. В то время как философия логического анализа считает себя философией науки и представляет линию сциентизма, сторонники философии лингвистического анализа выступают против какого-либо культа научного знания и отстаивают «естественное» отношение к миру, выраженное в обыденном языке. В отличие от сторонников философии логического анализа, представители лингвистической философии усматривают задачу философа-аналитика не в том, чтобы реформировать язык в соответствии с некой логической нормой, а в детальном анализе фактического употребления естественного разговорного языка с тем, чтобы устранять недоразумения, возникающие вследствие его неправильного употребления.

Постпозитивистская концепция философии науки представлена различными направлениями. Все они возникли как попытки преодолеть недостатки позитивизма. Наиболее яркими представителями постпозитивизма принято считать К. Поппера, И. Лакатоса, Т. Фейерабенда.

К. Поппер начиная с 30-х гг. XX в. был в оппозиции к неопозитивизму. Его взгляды получили широкое признание после выхода в 1959 г. (второе издание, первое было в 1935 г.) в Лондоне его основного труда «Логика научного исследования», в котором была сформулирована новая методологическая концепция. Важнейшей особенностью этой концепции был интерес к вопросам, связанным с развитием научного знания. Методологическая концепция Поппера получила название «фальсификационизма», так как ее основным принципом является принцип фальсифицируемости. Согласно принципу фальсификации, к научным теориям относятся только такие системы знаний, для которых можно найти потенциальные фальсификаторы, т. е. противоречащие теориям положения, истинность которых устанавливается путем экспериментальных процедур. Идеи фальсификационизма Поппер связывал с представлениями о росте научного знания. Он отстаивал точку зрения, что наука изучает реальный мир и стремится получить истинное описание мира. Но сразу и окончательно такое знание получить невозможно, путь к нему лежит через выдвижение гипотез, построение теорий, нахождение их опровержений, движение к новым теориям. Прогресс науки состоит в последовательности сменяющих друг друга теорий путем их опровержения и выдвижения новых проблем.

Процесс роста знаний Поппер включает в более широкий контекст взаимодействия человеческого сознания и мира. Он рассматривает три мира реальности, взаимодействие которых определяет развитие науки. Первый мир – это мир физических сущностей; второй мир – духовные состояния человека, включающие его сознательное и бессознательное; третий мир – это мир продуктов человеческого духа, который включает в себя средства познания, научные теории, научные проблемы. Порождение новых идей, гипотез и теорий является результатом взаимодействия всех трех миров.

Существенный вклад в разработку постпозитивистской концепции философии науки внес Т. Кун своей теорией научных революций. Главным понятием концепции научных революций у Т. Куна является понятие парадигмы. Парадигма – это признаваемая большинством ученых совокупность теорий, идей, гипотез, научных достижений, которые служат для сообщества ученых моделью постановки научных проблем и их решения. Парадигма, можно сказать, выступает и как общепринятый в науке способ видения проблем, способ мышления соответствующего научного сообщества, общепринятая система понятий и категорий.

Понятие парадигма совпадает, в концепции науки Т. Куна, с понятием нормальная наука. Можно сказать ,что так называемая нормальная наука есть эволюционная стадия в развитии науки, характеризующаяся наличием совокупности теорий, подтвержденных фактами. Создавать нормальную науку – означает разгадывать «головоломку», т. е. определенные парадигмой, выросшие из нее и вернувшиеся в нее вновь. Неудачное решение головоломки есть не провал парадигмы, а неумение найти правильное решение. Но все же возникают существенные ошибки из-за возрастающей вширь информации развития нормальной науки. В результате из-за возникающих ошибок возникают аномалии, с которыми на определенном этапе сталкиваются научные сообщество. После серии атак на основные тезисы парадигмы и попыток их отразить возникает кризисная ситуация в науке.