Чтение онлайн

Имя Божие — не Бог, но по вере нашей, действительно, привлекает к нам Бога. А иначе, зачем нужен и труд, чтобы, как выражаются, приобрести молитву? И какая разница была бы между совершенным, святым человеком и только что начавшим проходить молитву грешником? И тот и другой произносят ее устами одинаково, а однако у одного при этом Сам Дух Святой ее движет и присутствует в человеке (Рим. 8, 9, 26), а у другого едва ли не происходит только известное число колебаний воздуха или вибраций гортанных мускулов. Итак, если мы произносим устами имя Божие, не значит еще, что обладаем и Самим Богом, и, следовательно, безумно и даже богохульно и думать, что механическое воспроизведение слов (а механическим оно всегда будет без благодати, хотя бы в наличии находилось и умиление, и слезы, и теплота сердечная)11 делает страстного богоносцем. Худшей прелести трудно представить. Где Бог, там присутствие Его не может остаться незамеченным, а здесь, при таком понимании дела, и Бог Сам, всем Своим Существом и Бытием присутствует якобы в словах (яснее скажу, в именах Божиих) молитвы, а человек точно не замечает этого, не становится лучше, а приходит в

гордость, в любопрение, страстное, гневное раздражение и тому подобные

12

состояния! Странный результат от присутствия Божьего. Но из-за присутствия диавола он понятен...

Итак, повторяю, все равно, как бы ни молиться, лишь бы -165-

результат благодатный был. Однако святые отцы опытом дознали, что для большинства людей и особенно для немощных и слабых не всякая, без разбору принятая, молитва полезна. Не от нее вред, а от самого человека. Гораздо полезнее ему выбрать какую-нибудь одну определенную и ею заниматься. Разнообразие может быть допущено, но только в самом малом. И вот установилась и привилась, как наиболее содержательная, Иисусова молитва. В ней есть где и уму богословию поучиться («Иисусе Христе», «Сыне Божий»), есть где и сердцу выплакать свое чувство покаяния и просьбу о помощи («помилуй») и снизойти в бездну смирения («грешнаго»).

Молитва Иисусова не есть принадлежность исключительно монахов, но может читаться и мирянами. Простой народ, вообще понимающий и переживающий сердцем христианство глубже, чем интеллигенция, и в этом делании превзошел ее. По крайней мере, среди старцев и стариц из мирян нетрудно заметить творение сей молитвы, а среди интеллигенции и понятия о ней не сыщешь. Я говорю, понятно, про основную массу.

«Как бы ни проповедали Христа, притворно или искренно, — говорил некогда св. апостол Павел, — я и тому радуюсь и буду радоваться» (Флп. 1, 18).

По этой же причине и не допытываясь конкретно, как именно обстояло дело, и я привожу сейчас некое свидетельство из времен крепостного права о делании Иисусовой молитвы в доме одного помещика: «У одного из бар, у Головина, слуги

должны были все делать, творя молитву Иисусову. Перед отходом его ко сну эту молитву читали внутри дома, а извне на нее другие слуги отвечали: "Аминь", и с этим словом начинали запирать ставни»13.

Чтобы молитва — наша или приносимая за нас — была угодна Богу, надо, чтобы она и с внешней стороны выражалась так, как угодно Богу, совершалась бы по Преданию церковному, а не по нашему смышлению. Посему да примутся нами к руководству некоторые сведения из сего Предания о том, каков должен быть внешний образ

нашего поведения при молитвенном призывании Бога.

– 166-

I. Как принимать священническое благословение?

Прежде всего о нем самом. «Благословение есть препо-даяние освящения», — говорит правило 26 VI Вселенского собора и правило 27 св. Василия Великого1. Отсюда следует, что не может преподавать его тот, кто не имеет сам сего освящения2, например: диакон, запрещенный иерей, еретик (хотя бы носил и папскую тиару). «Не подобает от еретиков принимати благословения, которые суть суесловия паче, нежели благословения», — предписывает верным правило 32 Лаодикийского поместного собора3.

Благословение бывает двух родов: в первом случае благословляющий низводит на человека благодать чрез простое призывание имени Божьего4 или хотя бы и чрез крестное знамение, но на расстоянии; во втором случае мы получаем освящение посредством наложения на нас рук, чрез прикосновение перстов благословляющей руки, чрез благословленный хлеб (ср. «сухарики» преп. Серафима Саровского), воду из благодатных источников, чрез вату и масло от чудотворных икон и святых мощей. И малой, ничтожной вещицей, полученной или присланной в благословение от благодатных людей, надо дорожить, и она есть «благословение».

Так как человек двояк, состоит из тела и души, то нельзя отрицать необходимости и благословения посредством наложения рук — оно необходимо, чтобы освящалась не только душа, но и наше тело. Так благословлял и Сам Господь, подавая нам пример, а также Его пророки и апостолы (Мф. 19, 13, 15 и Лк. 24, 50; Мф. 8, 3 и Лк. 17, 12, 14; 4 Цар. 5, 10-11 и 4 Цар. 4, 34-35; Деян. 9, 40; 20, 10)5.

Церковь на пространстве своей истории сохранила обе формы благословения, но в старое время, на Святой Руси, у нас особенно любили вторую. Павел Алеппский, архидиакон, сын Антиохийского патриарха Макария, прибывший с

ним в Россию в половине XVII века, говорит про наших предков: «...благословение

6

человека архиереем издали им неизвестно; он должен их стукнуть пальцами...»

На это есть, конечно, свои основания. Припомним, что у первых христиан, в подражание Самому Христу, благословение заключалось в прикосновении и наложении рук (Мк. 10, 13, 16). Конечно, в сопровождении молитвенной формулы7. Теперь эта форма благословения сохранилась при хиротонии и хиротесии8, у священников осталась она в -167-

практике при исповеди. Сила благодати, действующей чрез

соприкосновение ее сосуда <священника> с тем, кто к нему приближается, несказанно велика. Это особенно видно на бесноватых. Ибо иное дело — просто благословить или перекрестить их, иное — положить с молитвою руку им на голову, иное — возложить на них св. крест, Евангелие, св. мощи. Древние святые, будучи великими чудотворцами, зная силу этих действий, всегда прибегали к ним. Из бесчисленных примеров довольно привести один. Св. Григорий Нисский рассказывает про знаменитого Григория Неокесарийского, по прозванию Чудотворца — ибо он имел от Бога великую благодать чудотворения, следующее.

Однажды было собрание под открытым небом. Все дивились его поучениям. Один мальчик стал взывать «к собравшимся, что учитель не от себя говорит это, но другой, стоящий близ него, произносит слова» (ср.: Деян. 16, 16-18). По роспуске собрания привели мальчика к Великому, который сказал, что тот не свободен от насилия демона. «...и тотчас же смявши с плеч своих омофор 9 и приложив к дыханию своих уст возлагает... на юношу, — передает св. Григорий Нисский. — Когда это было сделано, юноша начал биться, кричать, бросаться на землю, метаться туда и сюда — словом, испытывать все, чем страдают одержимые демонами. Когда потом святой возложил руку и прекратил его припадки, демон оставил юношу...»10

Однако, к слову сказать, сам-то св. Григорий Неокесарийский получил даже благодать священства не посредством хиротонии, то есть возложения рук, а заочно. В церковной истории этот случай является беспримерным11.

В настоящее время право благословлять издали (например на улице)

сохранилось у епископов, поскольку их благословение имеет большую силу, чем

12

благословение священников . У последних же оно действует лишь в тех случаях,

13