Чтение онлайн

Самые уже сборы в церковь у первых христиан были проникнуты степенностью, целомудрием, скромностью. Раннехристианский учитель Климент Александрийский50 поучал около 190 г. по Р. X. насчет этого так:

«В церковь муж и жена должны идти прилично одетые, походкой не напускной, храня молчание, пламенея к ближним нелицемерной любовью (Рим. 12, 9; 2 Кор. 6,

6), чистые телесно, чистые сердцем, настроенные к молитве. От жены в особенности желательно, чтобы она выходила из дому, совершенно закрывшись.

Это сообщает ей вид степенности, да и для высматривателеи она остается невидимой, так что никакого преткновения из этого не выйдет ни для нее самой, потому что ее глаза будут прикрыты нравственной стыдливостью и покрывалом, но и никакому постороннему мужчине собой она греха не навяжет, доколе лица не откроет. Так хочет этого Господь; для женщины прилично, чтобы она молилась с покрывалом на лице».

Первохристианские женщины имели голову покрытой, по крайней мере во время молитвы и пророчествований (ибо тогда были и пророчицы)51, по заповеди св. апостола (1 Кор. 11, 3-10). Дома же, и при том не за молитвой, а во время отдыха и обычных дел, по-видимому, позволялось снимать покрывало. Об этом говорят некоторые цитаты из -189-

первохристианских писателей52 и особенно археологические памятники (живопись), представляющие всегда первохристианских женщин на молитве покрытыми, а во время отдыха — без покрывала, с простенькой прической53. Конечно, то же самое правило, покрывать голову во время молитвы, простиралось и на девиц54. Они тоже обязаны были в церкви стоять покрытыми55.

При входе в храм, помня заповедь апостола (Евр. 10, 22), первые христиане устраивали умывальницы, обязанность умываться из которых (в алтаре) сохранена в настоящее время только за священнослужителями56. Мимоходом упомяну об оригинальной надписи, делавшейся иногда над умывальными сосудами, которую по-гречески можно читать как слева направо, так и справа налево: NWON ANOMHMATA МН MONAN OYIN — «омой прегрешения (твоя), а не только лице»57.

Меня всегда удивляло тонкое понимание нашим простым народом вещей, смысл которых не улавливает сплошь и рядом даже и его пастырь, даже если он и не только что окончивший семинарию юноша. Но удивляться, собственно, тут нечему. Народ, не критически, а простодушно настроенный, крепко держится за старину, соблюдая все мелочи, усвоенные им от отцов и дедов. Пусть теперь он не сможет объяснить, откуда произошел тот или иной обычай и что он значит, но обычай-то ценен сам по себе. В этом сила преемственности предания. Дело же ученых-богословов отделить цельное ядро от шелухи и приставшей к нему в продолжение веков грязи суеверий и личных мнений.

Вот и в данном случае — перед молитвою наш крестьянин в доброе старое время всегда вымывал руки. Это — на основании только что приведенных историко-археологических данных и собственной богослужебной практики — легко принял бы и рядовой клирик. Но для многих непонятна и неприемлема, по бедности духовного разума и по недостатку вдумчивого отношения к житиям и писаниям святых, следующая практика, укоренившаяся в среде простолюдинов и свободно ими усвоенная. Именно: если крестьянину не удается вымыть рук, прежде чем стать на молитву, то он, по крайней мере, постарается дунуть на персты своей правой руки, посредством которых он полагает на себе крестное знамение. А смысл этот глубокий, и обычай этот освящен тысячелетней древностью...58

– 190-

Благоговение к самому храму и его вещам было замечательное. Некоторые считали себя недостойными входить в святой храм обутыми, поскольку Моисею

еще в Ветхом Завете было велено иззутъ сапоги от ног своих при его приближении к Божественной Купине (Исх. 3, 5). Иные при входе в церковь лобызали в духовном восторге алтари, стены, двери и даже пороги храма59. Воины отлагали свое оружие, каждый — всякую вещь, которая может оскорбить величие и святость места (Мк. 11, 16)60.

В настоящее время церковный Устав и обычай также регламентируют известными правилами все внешнее поведение пришедшего в храм, поскольку оно необходимо и тесно связано с внутренним настроением молящегося, являясь его выражением и одновременно условием правильного совершения молитвенного делания. Кроме вышеуказанных правил в начале параграфа, приведу еще несколько.

Так, придя к церкви Божией, каждый должен перед дверьми ее оградиться крестным знамением и положить поясной поклон, воздавая этим честь жилищу Божию. По входе в церковь православный христианин обязан стать посреди ее, тут же у дверей, и положить три поясных (а в будни — земных) поклона с молитвою: «Боже, очисти мя грешнаго и помилуй мя. Создавый мя, Господи, помилуй мя. Без числа согреших, Господи, прости мя». Потом, поклонившись на обе стороны предстоящим, прося прощения, сказать мысленно: «Благословите мя, отцы, братие и сестры, и простите мя грешнаго...» Если же в храме никого еще нет, то нужно поклониться святым ангелам, присутствующим в церкви61. После этого пришедший в храм пусть идет на свое место.

Со всею отчетливостью это исполняется теперь у старообрядцев, когда они полагают так называемое начало при входе в храм. По существу дела, этот обычай остался и в наших строгих монастырях. В древней Святой Руси исполнение его умиляло Павла Алеппского и восточных гостей.

«Вот как миряне входят в церковь, — записывает он в своем дневнике, —

62

сначала каждый делает несколько земных поклонов, затем кланяется присутствующим, хотя бы и их было много, на восток и запад, север и юг. Также и дети, большие и малые, знают этот обычай и делают (земные) поклоны и кланяются присутствующим даже с боль-191-

шей ловкостью, чем мужчины. Что касается их крестного знамения, то достаточно назвать его московским: оно совершается ударом пальцев о чело и

63

плечи...

При произнесении умилительного имени Богородица64, то есть Матерь Божия, все они стукают лбами о землю65... делая поклоны по любви к умилительному имени Девы.

Точно так же, когда входят в дом, прежде всего творят крестное знамение пред иконостасом (иконами в переднем углу. — Еп. Варнава) и затем кланяются присутствующим. Так же поступают их мальчики и девочки, ибо вскормлены молоком веры и благочестия. Смотря на таковые их действия, мы удивлялись не на взрослых, а на маленьких, видя, как они своими пальчиками творят крестное знамение по-московски... А мы не умели креститься подобно им, за что они насмехались над нами, говоря: "Почему вы проводите каракули на груди, а не ударяете пальцами о чело и плечи, как мы?"»

«Какая это благословенная страна, чисто православная!» — невольно

66

вырывается у автора...

Стоя в церкви, должно иметь руки опущенными67, отнюдь не складывая их

вместе (гордая, «наполеоновская» поза только церковному отщепенцу может быть

68

свойственна), глаза также лучше опустить к земле , памятуя, что мы есть и куда пойдем (Быт. 3, 19)69. А если уж куда должны быть глаза устремлены, то только на иконы или к святому алтарю. В отдельных случаях можно бы и голову даже преклонять долу, если кто чувствует себя слишком обремененным грехами70, тем более, что относительно преклонения главы и у самой Церкви, как мы видели,

71

существуют свои особые правила .

Поклоны должно стараться класть не произвольно, а когда следует (об этом ниже), хороня от других свое чувство, по заповеди Спасителя (Мф. 6, 6).

72

«Если, стоя в церкви, — говорит Филарет, митрополит Московский , — ты делаешь поклоны тогда, когда велит это церковный Устав, то стараешься удерживать себя от поклонов тогда, когда этого не положено Уставом, чтобы не обратить на себя внимание молящихся, или сдерживаешь воздыхания, готовые исторгнуться из сердца, или слезы, готовые пролиться из очей твоих: в таком расположении ты и среди многочисленного собрания сокровенно предстоишь Отцу твоему Небесному, Иже в тайне».