Чтение онлайн

— Видишь, — говорил он, — я беру эту щетку... теперь я начинаю чесать ею вправо: раз, два, три... и так до пятидесяти раз; теперь начну чесать влево, и тоже до пятидесяти... Ну вот, теперь со щеткой кончено... Беру этот гребень — им я должен до ста раз пройтись по волосам... Чему ты удивляешься?.. Постой, это еще не все... Погоди, погоди! За этим гребнем есть еще другой — с частыми зубьями...»

И это все, прибавляет Полонский, «при седых волосах и несмотря на то, что уже глубокие морщины бороздили лицо его».

Можно еще прибавить, что почти во всех своих письмах Тургенев сообщает друзьям о своем состоянии здоровья, о том, в каком положении его подагра, каково было его пищеварение и прочее2.

Враг рода человеческого не мог не подметить этой слабости нашей к своему немощному телу и возвел ее во всеобщий культ плоти. Заботу о теле узаконили, стали считать необходимостью в порядочном3, «культурном» обществе, придумали форму для ее развития — гигиену, спорт, моду. Кто на что клюнет.

Любящие во всем доверять науке и слушаться ее дрожат над своим плотским здоровьем паче душевного, по правилам медицины; легкомысленным же предоставляется разнообразить свое отношение к плоти по прихоти общественных вкусов и в зависимости от «духа времени». Я здесь коснусь только последнего, а именно моды, как порока в высшей степени неразумного, превращающей своих рабов и рабынь в стадо баранов. Напрасное дело неверующей науке стараться открыть тут какие-либо законы и смысл4.

До тех пор пока будет искать причину на поверхности — в социальных, экономических и тому подобных условиях, а не в глубине человеческого духа, искупленного Богом Спасителем нашим, она никакой «философии» и «психологии» не постигнет. Всегда останется нерешенным вопрос: ну, а сами-то социально-экономические и другие факторы откуда берут свои направления? Это как насчет основания земли: земля на китах, киты на слонах, слоны на черепахах... или, по нынешней терминологии: земля вертится поэтому, что всемирное тяготение существует, а тяготение существует потому, что все светила вертятся, а вертятся они потому, что... Впрочем, хотя Ньютон и открыл всемирное тяготение, но не открыл, что оно такое и откуда. И подумать только, все это круговерчение мозгов и хватание за мелочи, от которых еще Василий Великий5 просил своих слушателей отходить подальше, происходит только потому, что люди не хотят смириться перед главной Причиной — Богом и в своем грехопадении, в служении диаволу сказать единое слово: «Увы, согрешили, Господи, помилуй нас падших!»

Мода — явление допотопное6 и повсеместное7. Уже древние греки любили aoyn^ovsiv, щеголять. И все, что есть худшего и лучшего в современном костюме и обычаях женщин, перешло к нам в наследие от древних гетер, римских публичных женщин. Так, начиная с тех искусственных средств, которыми дамы пользуются для восполнения того, чем их обидела природа8, у вышеупомянутых

кокеток широко практиковались уже корсеты9, фальшивые зубы10, окрашивание

10

волос в различные цвета11, шиньоны12, разнообразные прически13, depilatio pubis14, употребление духов, румян, белил, мушек на лице, подкрашивание бровей, подводка глаз и прочее и прочее.

Не отставали от женщин и мужчины. Тип щеголя, высмеянный еще Марциалом, нисколько не видоизменился и в XX веке. И в прежнее время, до Рождества Христова, так же тщательно выскабливали бороду, как и теперь15.

Понятно после этого, как должна относиться ко всему этому Церковь.

Против безнравственности моды выступали даже такие покладистые люди, как профессор Р. Косман. «Прозрачные ткани, умышленная гладкость плотно

прилегающего платья на особенно сильно выдающихся частях тела, приспособление одежды таким образом, что кажется, будто она вот-вот свалится с обнаженных плеч, и разные другие подобные же средства придумываются женщинами, которые ставят свою гордость в возбуждении половой похоти...»16.

17

«Фишер в своей "Эстетике" , с точки зрения художественности, не находит слов, чтобы изобразить достаточно все безобразие наших модных одежд, переделанных из грубых готфских. Самую парадную нашу одежду — фрак — он представляет самою смешною и безобразнейшею из

– 56-

всех мыслимых одежд: без нужды и без цели урезанный спереди, он имеет хвост позади, и этот хвост назначен для прозаического кармана, который в средние века гораздо изящнее носили как особую привеску, на красивом ремешке или цепочке; кривая линия хвоста или разреза, идущая по бедрам, безобразным манером перерезывает органическую форму тела... Немного лучший отзыв заслуживают у него и другие принадлежности нынешнего европейского костюма. По его словам, форма, данная модой нашей одежде, такая урезанная, "жалкая, голодная, холодная и неприглядная, что самый последний нищий из народа может чувствовать побуждение подать пфеннинг, или копейку, самому богатому из нас для сооружения более приличного костюма..."»

И после всего этого, какая красота и целомудрие в духовном платье монашества!

О роскоши и сребролюбии

18

Учитель Церкви II века Климент Александрийский пишет :

«Употребление серебряных и золотых со вставленными в них драгоценными камнями кубков бесполезно и представляет собою оптический обман... Пропадите, следовательно, все вы, Терикловы бокалы и Антигоновские, и канфары, и вы, лавронии, и вы, лепасты, и все другие, тысячу иных форм имеющие, и вы, холодильные сосуды, и вы, для вина ковши разливные. Золото и серебро, состоит ли оно имуществом частным или общественным, вовсе не составляет собственности завидной, если они излишни; приобретение их сопряжено с оскудением средств, сбережение их требует забот, в ежедневном обиходе они не необходимы. И суетную склонность к шлифованным стеклянным сосудам, кои от искусной обработки становятся еще более хрупкими, художественность которых при питье из них лишь страх внушает вам, в своей благоупорядоченной жизни должны мы ограничить. Серебряные же стулья, чаши, уксусницы, тарелки и блюдечки, вообще золотая и серебряная столовая посуда, а также сосуды, назначение которых стыжусь я и назвать... равно как столики о трех ножках для безделушек, сработанные из слоновой кости, кресла, имеющие серебряные ножки с инкрустацией из слоновой кости, ларцы с крышкой, которая обложена работой из зо-

– 57-

лота и черепахи, пурпурные одеяла и <одеяла> других драгоценных цветов, все эти отменности, свидетельствующие лишь о высокомерной роскоши и составляющие предмет сластолюбивой и тупой зависти, из употребления нами должны быть изгнаны; они того не стоят, чтобы из-за обладания ими хлопотать (да и некогда об этом нам заботиться), потому что время коротко, как говорит апостол (1 Кор. 7, 29)... Посему Писание особенно прекрасно говорит в одном месте: Где князья народов и владевшие зверями земными, забавлявшиеся птицами небесными и собиравшие серебро и золото, на которые надеются люди и стяжаниям которых нет конца? Где те, которые занимались серебряными изделиями и которых изделиям нет числа? Они исчезли и сошли в ад (Варух. 3,16-19). Так карается высокомерная гордость... В вещах, в которых необходима мера, не должно быть никакой роскоши. Прошу тебя, скажи мне: столовый нож не будет резать что ли, если рукоятка его не будет обложена серебряными иглами и оправлена в слоновую кость? Между тем, идет на приготовление вещей режущих индийское железо, как если бы дело шло о вызове противника. Как? Если умывальник будет сделан из глины, то он тогда не примет что ли отмытой с рук грязи и ножной таз с ног? Не в состоянии что ли будет стол на себе держать грошевой булки, если ножки его не будут выложены слоновой костью? Светец вокруг себя света не будет распространять что ли, если он будет произведением горшечника, а не золотых дел мастера? Я очень хорошо знаю, что и весьма скромное ложе не служит причиной более дурного сна, чем кровать из слоновой кости. И далее: только из нечестивой роскоши, этой матери всех зол, грубым косматым покрывалом по причине его дешевизны пренебрегают, хотя оно совершенно удобно может служить и ложем, так что не будет нужды при этом ни в пурпуровых, ни в финикийских покрывалах. Что это за мечтательство, что за воображаемое чувство красоты! Наблюдайте! Господь ел из обыкновенного блюда и повелел Своим ученикам возлечь на земле на траве; их ноги Он омыл, подпоясавшись льняным полотенцем (Ин. 13, 4). Бог и Господь вселенной, Он смиренно, без серебряного умывальника сошел с неба; у самарянки, черпавшей из колодца глиняным сосудом, просил Он пить; и не из царского золота утолял Он жажду, но учил делать это легкими способами. Мерилом поставлял Он потребность, а не равнодушие к до-58-

бру и к лучшему... Вообще пища, одежда, домашняя утварь, короче, все в дому должно быть согласовано с законом христианской жизни, иметь отношение к лицу, возрасту, призванию и времени. Служителям Единого Бога идет к лицу, если и имущество, и вся домашняя их утварь носят на себе печать исключительно нравственной жизни и если каждый отдельный человек во всем вообще обнаруживает дышащий единством порядок жизни, соответствующий и сообразный с никого не различающею верою, этим одноформенным нравственным законом. Что не тяжело приобрести, то с легким сердцем и употребляется, то беречь легко, расставаться с тем легко; этого рода полезное есть лучшее; дешевое, следовательно, лучше, чем дорогое. Вообще богатство, дурно управляемое, есть целая укрепленная гора греха и злодеяния. Многие на него зарившиеся не могли войти в Царство Небесное (Мф. 19, 23, 24); до болезненности страстно добиваясь вещей этого мира, они потонули в своих порочных пожеланиях. К спасению же стремящиеся тотчас же должны освоиться с мыслью, что всякое имущество существует лишь ради употребления его и что удовлетворению потребности служит только то, что приобретается малым. Безумцы те, которые в своей ненасытимости сокровищами услаждаются. Кто золото собирает, говорится, тот собирает в прорванный невод (Агг. 1, 6)... Лучшее богатство есть не иметь никаких пожеланий, и истинной гордостью должна быть эта, чтобы богатством не чваниться, а им пренебрегать. Позорно гордиться домашней утварью; не следует хлопотать о приобретении вещей, которые всякий, кому угодно, может купить на рынке».

Еще сказал19: «Не должно составлять необходимости для нас также и употребление духов. Оно со стезей правых может уклонять на путь вожделения и легкомыслия, особенно по соседству с ночью... Бесчисленны сорта этих духов. Есть бренфийные духи*, есть Мегалловские**, есть духи царские***, духи Плангоновские****, есть египетские

*Название получили по одному приятно пахнущему цветку из Лидии. <3десь и далее примечания Н. Корсунского.>

**По имени изобретателя.

***Употреблялись и были любимы особенно в придворном кругу в Парфии. ****Плангон из Элиды — изобретатель их.