Чтение онлайн

Госпожа Тратр переехала в твой дом вместе со своими детьми, как только тебя увезли, и была не рада моему приходу, как и моей позиции относительно твоего благополучия. Я считаю, что тебя не нужно было увозить из родного дома. Но, по-моему, она уже считает этот дом своим. Мне это не нравится. К сожалению, до твоего совершеннолетия она твой опекун, и у меня связаны руки.

Но осталось подождать всего несколько месяцев, и ты сама сможешь решать, как и где тебе жить.

Твой отец был моим самым близким другом. Он был мне как брат. А ты для меня всегда останешься его самым драгоценным сокровищем. И я чувствую вину перед ним, что в такой трудный и тяжёлый для тебя момент меня не было рядом.

Я понимаю, что не могу заменить тебе родителей, но я люблю тебя как родную племянницу, и надеюсь стать для тебя верным другом, соратником, дядей. Как ты захочешь. Обязательно пиши мне.

После твоего дня рождения я навещу тебя. Раньше не могу. Прости. Твоя тётя запретила, сославшись на горькие воспоминания о прошлом. Ведь я был так близок с твоим отцом. Но, по-моему, это всё полная чушь! Я не доверяю ей. Будь осторожна, Ирэн.

Твой друг — Ветргоф."

— Очень интересно, — задумчиво произнесла я. — А ты случайно не знаешь, когда у Ирэн день рождения?

— 24-ого июля.

— А сейчас случайно не 9-ое?

— Да.

Так я и думала.

— И сколько мне исполнится?

— Двадцать.

— И я стану совершеннолетней?

— Да.

Я громко втянула воздух от волнения.

— Ты чего?

— Мотив!

— Мотив? — не понимая ход моих мыслей, повторила Джули.

— Да. Зачем было убивать Ирэн? Мы так заострили внимание на том, кто и как мог это сделать, что совсем не подумали для чего. Но вот он ответ.

— Где?

— В письме! — и для пущей наглядности помахала листом перед её лицом. — Или ты думала у вас завёлся маньяк, который убивает просто для собственного удовольствия?

— Нет, конечно, — возмутилась она. — Но причём тут письмо?

— Ты что-нибудь понимаешь в расследованиях преступлений?

— Не-е-е-ет, — протянула подруга.

Мне не сиделось на месте, и, встав с кровати, я стала расхаживать по комнате и живо жестикулировать.

— Я, конечно, тоже не специалист, но видела много фильмов на эту тему и прочла кучу книг в том же жанре.

— Фильмы? — не поняла она.

— Это потом.

— Ладно.

— И почти в каждом случае дело было в деньгах. А Ирэн богата. Ведь после смерти родителей она становится наследницей папиного завода? Я права?

— Да. Она же единственный ребёнок в семье.

— Именно. А если Ирэн умрёт, все её имущество перейдёт к ближайшему родственнику, то есть к тётке.

— Да, — с пониманием ответила Джули. — Или нет, — вдруг затормозила она. — Тётя Ирэн далеко. Даже не приезжала сюда ни разу. Как она могла это сделать?

— Не она, — покачав головой, с хищной улыбкой ответила я. — Я делаю ставку на Хитроуста.

— Нет, — уверенно ответила она. — Она с ним не встречалась. Не в газете же она объявление дала.

— Ну, может, они давно знакомы, — предположила я. — И то, что она не виделась с ним здесь, не значит, что она не видела его вообще. Но в целом я с тобой согласна. Думаю, она договаривалась с директором.

— Мария, по-моему, ты перегибаешь. Господин Жаднир хороший человек. Он много делает для этого места. Не могу представить его убийцей.

Я пожала плечами.

— У преступников на лице не написано, что они преступники. Хитроуст вообще тут многим нравится, а нам нет. И если тебе он не нравится внешне, мне не нравятся его манипуляции с разумом. Ну не верю я, что просто задремала и всё. Сон этот жуткий ещё. Не просто так он мне приснился.

— Давай всё же не будем спешить с выводами, — попыталась успокоить меня подруга.

— Ладно. Ты права, — сдалась я. — Делать скоропостижные выводы действительно неправильно. Но я всё равно им не доверяю.

— Дневник? — взяв его в руки и помахав им, спросила Джули.

— Давай, — я вернулась на своё место.

Стоило начать читать, как мы уже не смогли остановится. Из Ирэн вышел бы отличный автор. Она изливала душу страницам, словно говорила с близким другом. Но насколько интересно было читать, настолько было и тяжело это делать. Ирэн было плохо. Сначала просто из-за смерти родителей, потом от безмерного одиночества и тоски по любимым. Её дневник невозможно было читать без слёз.

Но за всей этой печалью, я не забывала не на минуту, зачем вообще открыла блокнот. И довольно быстро нашла кое-что интересное.

"Уверена, госпожа Сонда искренне хочет мне помочь, но у неё ничего не выходит. Сколько бы мы с ней не беседовали, легче не становится, а дурные сны продолжают сниться. Например, сегодня я проснулась с чувством невероятной тоски. Мне снилось, как мы с мамой рисовали наш сад. Для меня это воспоминание всегда было одним из самых счастливых, самым ценным. Но это наяву. А во сне я видела нас с ней со стороны, с огромным чувством надвигающегося несчастья. Я кричала им до хрипоты, махала руками, била об невидимую стену, разделяющую нас, надеясь привлечь к себе внимание, но они продолжали рисовать и улыбаться. Я так и не смогла их предупредить, и проснулась с чувством безысходности.

Госпожа Сонда каждый раз говорит, что мне нужен друг, с кем я могу поделиться своими мыслями. Мне не хочется, но, может, стоит попробовать? Тем более, что я познакомилась с одной милой девушкой. Её зовут Джули. Она немного навязчива, но, думаю, ей просто так же, как и мне одиноко. Сегодня я попробую поговорить с ней."

У меня не было возможности полноценно наблюдать за реакцией Джули на слова Ирэн, но, мне кажется, эти строки немного задели её самолюбие. Но спустя пару страниц мы прочитали то, что Джули должно было растрогать.

"Мне нравится проводить время с Джули. Мне пока сложно открыться ей и говорить так же легко, как это делает она, но рядом с ней мне становится легче, мир перестаёт быть для меня таким мрачным и серым"

Я не удержалась и приобняла Джули за плечи одной рукой. Хотелось её поддержать.

"Сегодня я впервые рассказала Джули о своём кошмаре. Она поддержала и приободрила меня. И мне стало легче. Госпожа Сонда, кажется, была права."

Пока я читала эти строки, в душе возникло лёгкое разочарование и недоумение. Разочарование, потому что мои подозрения расходились с реальностью. Ирэн и до Хитроуста снились кошмары. Я не знаю, могут ли маги в этом мире влиять на разум, но думала, что, может, психоцелитель навязывает ей эти сны. Но раз она ещё даже не ходила к нему, значит он был не при чём.