Чтение онлайн

Что же касается недоумения, то мне было непонятно, почему с Ирэн произошла трагедия, если по началу ей становилось лучше. Хотелось как можно скорее дочитать до конца.

"Стоит мне порадоваться, что становится легче, как меня начали одолевать дурные сны. Нет, мне не снились мама с папой. Я всего лишь видела тех, кто окружает меня в пансионате. И иногда мою тётю Нору. Но сны были ужасны. Те, кто в реальности был ко мне добр, улыбался, во сне приводили в ужас, пугали, говорили гадости и даже пытались убить. Из-за этого мне стало трудно общаться с ними наяву. Даже Госпожа Сонда снилась. Как увижу её, сразу вспоминаются жуки и тараканы, бегающие по её рукам, которые она тянула ко мне. Фу-у-у. Даже вспоминать мерзко.

Господин Жаднир сказал вчера, что, если сегодня мне не станет легче, со мной будет проводить сеансы новый психоцелитель. "

В следующий раз меня привлекло следующее:

"Господин Хитроуст сначала мне не очень понравился. От него не веет аурой добродетели, как от других психоцелителей. Но уже после первой беседы я поняла, что ошибалась. Мне впервые было так хорошо во время сеанса. Я даже не заметила, как задремала у него в кресле. Было так стыдно, но господин Хитроуст не рассердился и, закончив пораньше, отправил отдыхать. Глаза и вправду слипаются. Пишу из последних сил."

Следующее она написала уже на следующий день.

"Меня переполняют эмоции, что, только открыв глаза, схватилась за дневник. Впервые с момента смерти родителей мне приснился хороший, волшебный сон. Я видела место, где была счастлива.

Каждый год, когда желуди созревали и падали на землю, мы всей семьёй ездили на луг, где как раз рос один толстый дуб. В тени его ветвей мы устраивали пикник и любовались закатом. В эту ночь мне снилось, как я бегу к этому дереву, в надежде увидеть маму и папу. И каким было моё счастье, обойдя его, найти их на том же самом месте, что и всегда, живых и весёлых. Они улыбались мне, звали присоединиться к ним, говорили, как сильно скучают по мне. А я стояла, как завороженная, и смотрела на них, плача от счастья.

Хоть это и хороший сон, он причиняет боль куда сильнее всех моих кошмаров. Как же я по ним скучаю!"

На странице было несколько круглых разводов от высохших слёз. Бедняжка плакала, пока писала эти строки.

"Не буду больше ничего говорить Джули. Стоит мне открыться ей, как ночью она тут же мне снится. И каждый раз какая-нибудь гадость. Сегодня, например, во сне я открыла свой шкаф, а она как выскочит на меня с ножом. Волосы дыбом, глаза красные, жуткие оскал. Проснулась я в тот момент, когда она воткнула лезвие мне в грудь.

После этого уснуть так и не смогла. Сняла платок с шара, подставила кресло к дверце шкафа и не сводила с него глаз до самого утра. Только когда услышала шум голосов на улице, меня отпустило, и я задремала. В итоге завтрак пропущен, обед только через час, а я голодная и разбитая.

Джули приходила ко мне, но я не открыла. Не могу её сегодня видеть."

— Я помню тот день. Она меня тогда избегала. А я занималась самокопанием, прокручивая в голове все наши встречи и разговоры, и не могла понять, чем так обидела её. Но теперь мне всё понятно.

— А ты спрашивала у неё тогда, почему она избегала тебя?

— Спросила, но она равнодушно ответила, что не избегает, и я не стала дальше развивать эту тему. Но с того дня она закрылась от меня. Была рядом, но только по моей инициативе, и о себе больше ничего не говорила.

"Сегодня ночью мне приснился очередной кошмар. Девушка, катающаяся на качелях на картине напротив кровати, ожила и пыталась выбраться из своей рамы в мою комнаты. Я так испугалась, что, проснувшись, сняла все картины и бросила с балкона подальше от себя. Как мне быть? Я даже в собственной комнате не чувствую себя в безопасности! Надо посоветоваться с господином Хитроустом. Может, он поможет мне"

Джули перелистнула страницу.

"Господин Хитроуст настоящий волшебник! С того момента, как он начал проводить со мной свои сеансы, я видела маму и папу и всегда счастливых. Единственное, что омрачало этот сон, что я не могла к ним подойти. Всегда смотрела со стороны. Но они говорили со мной, улыбались, звали к себе. Сейчас это мои самые драгоценные мгновения в жизни. Больше ничего меня не радует. Я бы даже сказала, что мир стал враждебен. Если кошмар, то обязательно о тех, кого я вижу в течение дня. Но я всё равно с нетерпением ждала ночи, в надежде увидеть родителей.

Последнее время они зовут меня плавать. Но я не умею. Так и не научилась в детстве. Но они всё равно продолжают, из-за чего я стало последнее время часто гулять у реки.

Мне так плохо без них. Я никому не нужна и такую меня никто никогда не полюбит. Я больше не хочу жить. Я хочу к ним. Хочу снова быть рядом с мамой и папой. Я знаю. Они ждут меня!"

Вот оно! Ей всё же снились навязчивые сны после встречи с Хитроустом. Да, они были хорошими, но от этого не менее опасными. Родители звали её к себе. Каждый раз. И если я права, то и мне сон приснился не просто так. Да, там были мои родные мама и папа, но психоцелитель ведь не знает, что я не Ирэн. Например, создал сон с недовольными родителями, что так долго ждут своё дитя.

Я понимала, что мысль притянута за уши, но интуиция кричала мне, что она верна. По крайней мере, я надеялась, что это интуиция, а не простая мнительность, и желание видеть подвох там, где его нет.

Вслух свои подозрения я не озвучила. Джули явно нужно было помолчать.

— Пойдём поедим?

Подруга ничего не сказала, только кивнула. Слёзы на её щеках уже высохли, но взгляд продолжал оставаться отрешенным.

Спрятав блокнот за часами, мы привели себя в порядок и пошли есть.

В столовой тоже ели молча. Мне очень хотелось обсудить дневник и расспросить Джули о её жизни, но терпела. Хотела дождаться, когда она заговорит сама. А она не спешила. Ела медленно, без особого аппетита. Когда я уже расправилась со своим десертом, Джули съела всего одну котлету.

— Тебе бы выпить.

— Ты что! Нам нельзя!

Совсем забыла, что мы несовершеннолетние и под присмотром.

— Ну и что?

Мои слова немного отвлекли Джули от её мыслей. Видимо, раньше ей такое никто и не предлагал. Эх, какие они тут правильные все.

— А никак нельзя достать?

— Нет.

— Жаль.

— Тогда, может, сходить к госпоже Добре и попросить что-нибудь успокаивающее?

— Нет. Не надо, — немного подумав, ответила Джули. — Нужна ясная голова. Я ведь прекрасно понимаю, что нам надо поговорить. Но только не здесь.

— А пойдём к тебе? — неожиданно пришло мне в голову. — Ты ведь тоже одна живёшь?

— Одна.

Джули выглядела немного потрясённой.

— Я что-то не то предложила? — осторожно спросила её.