Особенности национальной учебы
Шрифт:
При этом он медленно подходил к тому месту.
Двадцать шагов.
Пятнадцать.
Десять.
И тут появилась тонкая кровяная паутинка. Только по ней пошла такая сила, что Илья скривился. Словно что-то тухлое, гнилое. Захотелось выплюнуть и убежать. Ибо параллельно действие защитного амулета прекратилось.
Однако вместо того, чтобы поддаться первому желанию, он усилил давление ауры «Поглощение» до максимума. Почти сразу его словно захлестнуло потоком этого магического гноя.
Секунда.
Третья.
И что-то отчаянно заверещало. Жутко. Замогильно. И пахнуло чем-то, как от того маленького черепа недавно. Словно сама Смерть оказалась рядом. Хуже того, внимательно на него смотрит, словно заметив и изучая. Отчего у Ильи начали подкашиваться ноги. Но он не прекратил давление, лишь процедив шепотом, ибо на большее был неспособен сейчас:
— Это мои призраки.
Секунда.
Звук лопнувшей струны. И все это наваждение ушло, включая ослепление, оглушение и так далее. Сменившись чем-то странным. Иллюзией едва различимого полета довольно крупного существа там, за Вуалью.
Пара мгновений.
И Илья услышал голос одного из своих призраков:
— Спасибо.
Впрочем, ответить не смог.
Мужчину крутило.
Страшно.
Судя по всему, он нажрался какой-то дряни и получил магическое отравление. Вон — крючило не по-детски.
Белые маги, во главе с Беллой уже были рядом. Пробовали лечить, но — безрезультатно. Их усилия вообще не давали никакого эффекта.
— И как это понимать? — раздраженно спросила Нефтис.
— Что тут произошло?
— Баньши. — ответили призраки.
— Что баньши.
— Баньши — это особый путь развития призраков. Они питаются болью, страданием, смертью и так далее. Чем тяжелее и мучительнее кто-то умирает, тем для них сытнее и лучше. Здесь был очень развитый представитель их вида.
— И Илью из-за этого крючит?
— Он его прогнал. Это — плата.
— Выживет?
— Маг смерти оттого, что, по сути, укусил за бочок нежить? — хохотнул второй призрак?
— Только это не вкусно, смотрите.
Все снова повернулись к Илье, которого рвало. Только выворачивая не желудок, а что-то непонятно. Во всяком случае, маги заметили, как из него пульсирующими струями выходила магическая сила. Странная и очень дурно воняющая… смертью.
Они даже попятились все.
А земля, на которую эта мерзость попадала, словно бы умирала.
Секунд пятнадцать Илью так выворачивало, прежде чем он смог хоть как-то прийти в себя. На корячках. С совершенно охреневшим видом.
— Ну вы, блин, даете… — прохрипел он.
— Ты как себя чувствуешь? — спросила подбежавшая к нему Нефтис, ставшая помогать ему подняться.
— Отвратительно.
— Уходим?
— Да уже не надо. Эта дрянь улетела. — сказал он, снимая амулет.
— У тебя изысканный вкус, — с едкой улыбкой произнесла Гелла.
Илья скривился.
Все его зомби улыбались. Видимо, уже поняли, что произошло.
— Мне явно нужно пояснение, — медленно произнес Мхей. — Чего с ними?
— Да нежить сильную Илья пытался прогнать, попробовав сожрать. — хохотнул Леорик. — Нежить ушла, недовольная тем, что какая-то блоха ее за задницу кусает. А ему вон — не по вкусу пришлось угощение.
— А земля чего почернела, словно выжженная? — указала Нефтис на то место, куда мужчину выворачивало.
— Это же древняя тень — баньши. — усмехнулся призрак. — Илья наш вообще рисковый. Такие выходки могли и куда более печальным последствиям привести. Эта баньши могла нас атаковать и уничтожить.
— Она же призрак.
— И что?
— Чтобы она сделала?
— Души бы пожрала, мучая. Если что — нас все скрутило тут, потому как мы попали под ее силу. Она ее распустила и дремала. А он ее укусил за попку. Видели бы вы ее выражение лица! О!
— Видимо, это все тут не так просто. — кивнул под ноги Мхей, указывая на тела этих непонятных оборванцев.
— Да, симбиоз. Редкое, но не исключительное явление. Как они и договорились?
— Как все эти существа сюда попали? — задал более насущный вопрос Илья. — Вы видите, СКОЛЬКО их тут? Тысячи и тысячи. Многим костям уже полсотни лет точно.
— А вообще, где мы? — осторожно спросил Оби.
— Хороший вопрос. — согласилась Нефтис.
— В свете того, что со мной последний месяц происходило, — улыбнувшись, произнес Илья, — это не так важно. Мы живы? Мы целы? Мы не в плену? Это уже отлично. А вообще, странно, конечно.
— Что именно? — настороженно спросил Мхей.
— Среди этих костей и ни одного ездового или вьючного животного. За столько смертей — пусто. Вон — видите? Кости как глубоко в землю уходят?
— Откуда? Мы же трупы в земле не видим, — заметила Нефтис.
— Ну да… В общем — тут слой костей мне тут по пояс. И все — какие-то гуманоиды. Личных вещей нет. Артефактов тоже. В сочетании с этими клоунами, — кивнул на оборванцев мужчина, — рискну предположить здесь какой-то культ поклонения.
— Это не объясняет, куда мы попали и как, — возразил Мхей. — Есть у меня подозрение, что это не одна из точек, подходящая для учебной, практической задачи.
— Верно. — согласился Илья. — Для этого нам просто не хватает информации. Где мы — н ясно. Связи нет. Скорее всего, мы тут надолго, если не навсегда. Поэтому для начала предлагаю пойти дорогою добра.
— Чего? — удивились Мхей.
— Это как? — спросила Нефтис.
— Добро — это ценное имущество. Как следствие, идти дорогой добра, означает его стяжать. — пояснил Илья, широко улыбнувшись.
Выждал паузу.
После чего закрыл глаза.
С помощью «Ока Думата» выбрал в качестве целей тела покойных оборванцев и поднял их «Зовом». Он те свои десять дублей этого лакса объединил попарно с акцентом качества. Так что теперь мог поднимать им не только скелетов чуток получше, но и базовых зомби. Вот на них он сейчас и остановил свой выбор.
А почему?
Правильно. Зомби могли что-то помнить из прошлого. То есть, покажут дорогу — откуда они пришли и где, что ценное лежало. Ну а что? Прапорщик он или нет? Как он может пройти мимо такого злодейства, не проведя его инвентаризацию?