Особенные дети
Шрифт:
– Ты дура, что ли? – я так разозлился, что едва соображал. – Никуда я теперь не пойду!
Я развернулся и как мог быстро стал идти к выходу.
– Даниэль! Стой! Я это специально! Чтобы тебя разозлить! Сегодня же такая сцена!
Она точно ёбнутая. Вслед мне летели ещё какие-то крики, но я не слушал. Тупая баба. У неё точно критические дни. Услышав топот ног за собой, я поспешил скрыться в туалете. В мужской туалет она не сунется. Ходить с этой хренью в заднице не было сил. Я думал, что к этому можно будет привыкнуть, но она отдавалась при каждом моём движении. Неприятно отдавалась. Будто бы толкая изнутри. И как такое может нравиться?
– Даниэль? – услышал я голос Руслана и резко развернулся.
Злость не прошла. И она жаждала выхода.
– Тебя она подослала?
– Иди на репетицию, - спокойно сказал он.
– Никуда я не пойду!
– Иди.
– Нет.
– Ты забываешься, - я пропустил тот момент, когда воздух в туалете опасно сгустился.
– Я никуда не пойду.
– Когда я тебе говорю, то ты делаешь сказанное.
– Не в этом случае. Нет.
– Нет?
Я никак не ожидал, что он окажется рядом и легко меня встряхнёт. Так. Для профилактики. А затем развернёт к себе спиной, надавит на поясницу, вынуждая лечь на подоконник грудью. Жаркий шёпот в ухо заставил мурашки пробежать по всему телу:
– Даниэль, малыш, ты сам согласился. Ты моя собственность. И я могу делать с тобой всё, что хочу. Например, так, - его рука нащупала пробку у меня в заднице, и надавила на неё. Я глухо взвыл, не ожидая такой подлости. Было больно. Очень. Будто бы внутри всё опухло, а он ещё и надавил на повреждённые стенки. – Так что, ты поменял своё мнение?
Одной рукой он перехватил меня поперёк груди, а другой поглаживал часть пробки, которая не была во мне. То сильней нажимая, то отпуская. Я прикусил губу, сжимаясь и делая только хуже. Вместе с тем я чувствовал, как в животе свернулось что-то в тугой рулон, посылая импульсы, граничащие с приязнью, по всему телу. Всё это происходило в школьном туалете, что только добавляло остроты и обостряло нервы.
– Ну, же, маленький, что-нибудь решил?
– Да. Я пойду, - хрипло ответил я.
– Этого не достаточно, - Руслан чуть прикусил моё ухо, всё ещё наваливаясь на меня. Правда, руку с задницы убрал. Зато сразу положил её на мою ширинку.
– Что ещё?..
– Проси прощения. Ты очень непочтителен.
В коридоре раздались голоса и громкий смех. Я с ужасом узнал Витаса и Дениса. Я резко дёрнулся от ужаса, что они сейчас зайдут и увидят меня в таком положении, но Руслан лишь прижал меня сильней к подоконнику.
– Прости меня, пожалуйста. Я всё понял. Прости.
Руслан отпустил меня тут же. К счастью, мои друзья прошли мимо. Но я был белым от страха, потому что мой хозяин бросил прежде, чем вышел:
– Дверь была закрыта. Успокойся.
***
Хоть Таня и извинилась, я поменял к ней своё отношение. Она не имела права так обращаться со мной. Даже ради роли. Особенно ради какой-то роли. Вечером, болтая с Витасом по телефону, я рассказал ему о произошедшем, но друг лишь ещё больше восхитился этой стервой, говоря, что все великие режиссёры вынуждены идти на такие жертвы, чтобы добиться хоть чего-то от бездарных актёров.
– Это ты меня сейчас бездарным назвал? – не поверил я.
– Нет-нет! – затараторил он, - я, в общем, ты что, я так не думаю!
Но как-то и он мне подпортил настроение.
Вернувшись домой, я первым делом достал из себя эту херню, не смотря на то, что никаких распоряжений на этот счёт от Руслана не поступало. Да пошёл он. Эта штука в заднице доставляла только боль. Из-за неё я даже есть ничего не мог, боясь, что запустится процесс пищеварения. И, вообще, что за странное такое наказание? Может, я ничего не понимаю?
Поздно вечером пришла смс: «Не опаздывай завтра». Я пообещал себе, что не опоздаю.
***
Я опоздал. На двадцать три минуты. Руслан без разговоров протянул мне чёрный пакет в котором была втулка больших размеров. Какой предусмотрительный… Вчерашнюю я, конечно, оставил дома, решив закосить под дурака. И снова полдня мучений и стыда.
***
Я опоздал. Пятнадцать минут. Явный прогресс, но Руслан лишь покачал головой, сказав, что это последнее предупреждение. Втулок не было. И именно это напугало меня больше всего. Я дал себе зарок не опаздывать. Завтра точно приду вовремя.
***
Блять. Блять! Ну как я мог снова опоздать? Вроде и проснулся вовремя, вроде и позавтракал быстро… Как-то получилось, что рубашку сразу не мог найти, а потом ещё гладить её пришлось.
В школу я забежал в восемь часов двадцать минут.
Руслан ждал меня в раздевалке. По его, не предвещающему ничего хорошего выражению лица, я понял, что сегодня будет хуже, чем вчера.
В туалете он запер дверь и повернулся ко мне, скрестив руки на груди:
– Первое. Ты ни разу не спросил разрешения достать из себя пробку.
Так как он ждал моих комментариев, пришлось сказать:
– Я… Забыл.
– Блять, Даниэль, тебе не три года. Что за глупые отмазки? Я знаю, что как только ты приходил домой, то сразу её вытаскивал. Хоть я и не разрешал. Так?
Не знаю, я старался выглядеть максимально честно, но, по ходу, его не обманешь.
– Второе. Ты опять опоздал. Ты опаздываешь четвёртый раз на этой неделе. Каждый день. Не смотря на мои слова.
– Просто…
– Я понял. Наказания оказались для тебя не достаточно сильными. Так что после уроков я жду тебя у себя.
Это мне совсем не понравилось. Как и отстранённость Руслана. Он был раздражён и взвинчен. Впервые мне не хотелось идти. Словно было предчувствие чего-то нехорошего.
Меня вызвали к доске на физике. С подсказками всего класса я вроде как даже решил задачу. Получил заветную четвёрку. Круто. Даже это меня не обрадовало.