Чтение онлайн

– Уже уходишь?

Киваю, стараясь не говорить лишнего. Не хватало еще ляпнуть чего-нибудь. Тем более, настроение упало ниже плинтуса от того, что согласилась на эту авантюру: поехать домой к Роберту! Но деваться некуда. Раз обещала – сделаю.

– Спасибо тебе.

Поднимаю глаза на женщину, замечаю теплоту в ее взгляде.

– За что?

– За то, что поддержала Катюшу в такой трудный момент.

– Надеюсь, ей стало немного легче.

– Она смеялась… Впервые, за столько дней… Я слышала, она уговорила тебя поехать к…

Она замолкает, понимая, что затронула болезненную тему. А я рассеянно киваю. Начинаю возиться с кроссовками, замечаю, что дрожат пальцы. Нужно относиться к этой неизбежной встрече проще, но не получается.

– Думаете, ей там будет лучше? – выпрямляюсь, задаю волнующий вопрос. Может, она не захочет отпускать девочку? Тогда и ехать не понадобится… Наверное.

– Да. Роберт очень ответственный человек.

Поднимаю брови и молчу, так как ее слова лишают меня дара речи. Ответственный? Роберт? Да ладно!

– Несмотря на то, что они с Витой развелись, он всегда исправно платил алименты. И даже больше, чем нужно. Буквально заваливал Катюшу подарками и очень стремился к общению. Но Вита запрещала.

– Почему? – вопрос сам слетает с губ. Слишком поздно понимаю, что было бестактно спрашивать, особенно в такой момент, но слово – не воробей.

– Обижалась, хотя сама во всем виновата. Наказывала его за то, что развелся с ней.

Она замолкает, а я не решаюсь продолжить расспросы. Молчание бьет по нервам, но не могу заставить себя попрощаться и уйти. Стою как истукан и перевариваю услышанное.

Значит, Роберт сам захотел развестись. А Вита виновата. Интересно, что она сделала? И почему поступила так жестоко – наговорила дочке о нем кучу гадостей и запретила встречаться? Странно.

– Я это… Письмо хотела тебе передать, – спохватывается Антонина Валерьевна и, не дожидаясь ответа, скрывается в своей комнате. Я думала, что градус моего удивления достиг предела, но ошиблась. Голова начинает болеть еще сильнее. Надоели эти тайны мадридского двора. Что за письмо? Что за секреты?

Женщина возвращается в коридор и протягивает мне бумажный прямоугольник. По почерку понимаю, что письмо от Виты, но не решаюсь его прочесть. Машинально прячу его в карман и натягиваю шапку. Антонина Валерьевна понимающе кивает:

– Дома прочитаешь, в спокойной обстановке. Только не забудь, пожалуйста, это очень важно. Вита отдала его мне лично в руки, прямо перед… – Она прерывается на полуслове и смахивает ладонью слезу. – Попыталась объяснить, почему так настаивала, чтобы ты сюда приехала. Я знаю, что ты хорошая девушка, Аня, поэтому не будешь строго ее судить.

– Хорошо, не буду, – озадаченно бормочу я и наконец открываю дверь. Как еще голова не лопнула от сегодняшних новостей! Хочется вцепиться пальцами в виски и застонать от бессилия, но держусь. Даже выдавливаю слабую улыбку.

– До свидания, – прощается женщина, – я еще позвоню. Договоримся о встрече у Роберта.

– До свидания.

Лифт занят, потому спускаюсь вниз пешком. Колени подгибаются, в глазах темнеет. Кажется, я сама загнала себя в ловушку. Не пошла бы сегодня к Кате – не обещала бы поехать с ней к этому… этому… Никак не могу подобрать в уме подходящее оскорбление. Мысли путаются. Воспоминания накатывают с новой силой. Все попытки переключиться на что-то другое бесполезны.

Набираю до боли знакомый номер, с трудом преодолевая дрожь. Начинаю жалеть, что позвонила, но уже слышу отклик Виты:

– Да?

– Алло, расскажи мне что-то про него… – голос срывается, выдавая волнение. Сердце стучит так сильно, что тяжело дышать.

– Ты сейчас серьезно?

– Он вспоминает обо мне?

Мне кажется, что молчание длится вечно. Эмоции так захлестывают, что начинаю задыхаться.

– Радуешься, что у меня его забрала? – бросаюсь словами, будто камнями. – Так навсегда его забирай! Слышишь! Пусть он будет счастлив с тобой!

Бросаю трубку и рыдаю. Прощаюсь. Я достигла того предела, когда человек уже ничего не хочет, когда кажется, что нет смысла жить дальше. Страшное состояние безысходности. Ты погружаешься в него, как в морскую воду. Ныряешь и осознанно идешь ко дну…

Закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной. Хватаюсь за виски и сильно сжимаю их, изгоняя из головы мучительные воспоминания. Ощущаю, как меня заполняет злость. И на Роберта. И за мысли эти. И за поступки глупые и собственную слабость. Это он виноват. Роберт Северский. Это он заставляет меня прокручивать в голове кошмарное прошлое. Снова и снова. Погружаться во все это все глубже и глубже.

Мне нужно собраться. Взять себя в руки и перестать на нем зацикливаться. Представить, будто его не существует. Его нет. Не замечать. Не реагировать.

Это просто и одновременно очень сложно.

Но другого выхода у меня нет.

Чиркнув зажигалкой, смотрю на огонь. Теплый, яркий, таинственный. Подношу к нему письмо… и убираю в последнюю секунду, не позволив пламени сжечь темно-синие буквы.

Мне не нравится затея со всеми этими письмами. Вита умерла, но никак не желает меня отпустить. Почему?

Любопытство берет вверх, и я, усаживаясь на стул, все же разворачиваю письмо.

«Аня, я понимаю, тебе не нравится вся эта идея с письмами…» – начинаю читать и ошеломленно останавливаюсь. Такое ощущение, что Вита где-то поблизости и каким-то удивительным образом слышит мои мысли. Даже суеверно осматриваюсь. Пусто. Только из приоткрытого окна доносится городской шум, нарушая тишину.

Вздохнув, продолжаю читать:

«…Но я не смогла бы рассказать тебе все это лично. Не хватило бы смелости. Да и ты, я знаю, ни за что бы на свете не согласилась выслушать меня. Поэтому я не нашла ничего лучше, чем написать тебе. Пока еще в состоянии сделать это.

Прости, я солгала тебе в первом письме, когда написала про детдом. Это нужно было для того, чтобы разжечь в тебе любопытство и беспокойство. Еще раз прости. Но так было нужно. Иначе ты бы никуда не пошла. А у меня была одна цель – помирить вас с Робертом».

Сказать, что я потрясена – ничего не сказать. Я просто в ужасе. Зачем? Уж она как никто другой знает, насколько роковой для меня оказалась эта связь с Робертом! С трудом пересиливаю себя и читаю дальше:

«Что бы ты там себе ни думала, вам надо поговорить. Тогда получилось очень некрасиво. Все получилось в спешке, он надумал себе одно, ты – другое, а я стала яблоком раздора. Просто ослепла от любви и наплевала на все. Ты же знаешь меня: я очень импульсивна, сначала делаю, потом думаю. Тогда я его очень сильно настроила против тебя… Пыталась удержать любыми способами, хотя знала, что на самом деле он любит тебя, а не меня. Но новость о том, что у нас будет ребенок, заставила его сделать выбор…