Чтение онлайн

— Я понял твой посыл, Ева, — он уклонился от ответа. — Можешь воспользоваться ванной, если есть такая необходимость. Я отправил помощника, чтобы купил тебе вещи. Также в ванной есть халат, он чистый. Встретимся в гостиной. Нас ждет сложный разговор, — сказал, двигаясь к выходу.

— Вещи? В это время? Магазины уже закрыты, — изумилась я.

— Ради тебя, можно пойти на многое, — обвел взглядом и не дожидаясь ответа, Соболевский покинул комнату. Я закрыла глаза, простояв какое-то время. Его признания сбивали с толку, как и поступки.

Затем принялась осматривать обстановку, и взгляд упал на дисплей гаджета.

Высветился снимок супруги Наума — Вероника.

Бороться с собой неимоверно сложно, с чувствами тем более. Сплошная боль жила внутри, от столь жестокой реальности.

Ева, какого черта ты здесь делаешь? А если его жена заявится?

Миллион вопросов и ни одного ответа.

Набрала маме, и сообщила о вынужденной задержке на празднике.

Осторожно наводила вопросы касаемо детей, и в целом прощупывала домашнюю обстановку.

Дома все спокойно, значит, Северин не забил тревогу и не бросился на мои поиски.

Что ж, не придётся извиняться за исчезновение. Открыла дверь, которую ранее приметила.

Шикарная, прямоугольная ванная, преимущественно теплых и оливковых тонов.

Мраморная раковина, панно из керамической плитки и потолок, в виде купола, сплетались в интересную связку с классикой. И конечно, релаксирующая джакузи — главная изюминка комнаты.

А в напольном зеркале я увидела себя. Черт. Вид ужасный. Это еще мягко сказано.

Избавилась от так называемого платья, и чтобы хоть как-то согреться встала под лейку душа.

Горячая вода расслабляла, в голове невольно включился анализ.

Ужин оказался утомительным во всех смыслах. Тёмный, пробирающий взгляд Наума не отпускал.

Все время хотелось встать и убежать.

Красивая жена Наума — она же богиня. Забирала все внимание себе и без умолку, что-то рассказывала.

Пока, я сгорала от стыда.

Архип, умоляющий утром о прощении, вечером оказался воплощением пьяни с отменным матом — я его не узнавала.

Странное поведение Соболевского добило.

На комоде нашла аккуратно сложенный махровый халат.

Плотно укутавшись, вернулась в спальню. Меня разморило и не смогла перебороть желание прилечь на кровать.

На белом покрывале, и мягкой подушке, почувствовала навалившуюся усталость.

Сутки без сна, взвинченные нервы, из меня будто высосали все силы. Я уснула моментально, надеясь, что пакет вещей, привезут до прибытия Вероники Соболевской.

Даже во сне меня не оставляли кошмары. Плавно сменившиеся эротическим сном.

Снилась мужская рука, развязавшая пояс, открывая полы халата.

Широкая ладонь стиснула грудь, и я выгнулась дугой, когда кончик языка коснулся розового соска. Мне раздвинули ноги, раскрывая полностью и не было стеснения.

Я задышала слишком часто. Извивалась под мужчиной, пока требовательные губы скользили по телу, оставляя укусы у пупка. Я охнула, ощутив, как развели складочки, вторгаясь в плоть горячим языком.

Он жадно ласкал меня, замедлял и ускорял движения, а я содрогалась и подавалась вперед, не в силах выдержать наливающийся жар между ног.

С трудом разлепив веки в приглушенном свете ночника, не сразу поняла, что погрузила пальцы в мягкие волосы и нежно гладила затылок, подмахивая бедрами и хныча от остроты ощущений.

Я застонала, и до моего сознания дошло, все происходило в действительности.

— Наум.

— Да. Ева.

— Это сон?

— Сладкая реальность.

Хотела сдвинуться, но крепкие руки стиснули бедра, и влажный язык продолжал совершать свой танец. Прошелся по складкам, проникал в истекающее лоно и беспощадно терзал промежность.

Предательское тело откликнулось на мучителя, и каждый нерв свербел от желания. Его палец скользнул в естество и без каких-либо вариантов потерялась в неге наслаждения. Разум в отключке, инстинкты тоже, и черт знает зачем, пыталась остановить умопомрачение.

— Наум. Достаточно, — всё тщетно, меня игнорировали. Его губы прикусили чувственную точку, а затем подули слегка, и тело пронзило ударами тока, а в глазах прошел парад яркого салюта. — Ахх, — шумно выдохнув, не удержала стон.

— Еще, Ева? — он жестоко остановился.

— Прошу.

— Уверена? — Проникновение во влажную плоть пальцев и языка довели до мощного звездопада. Голова металась на подушках, низ живота под натиском колючих спазмов подрагивал. — Скажи, мне прекратить?

— Наум. Пожалуйста, — в изнеможении просила.

— Я выполню все, что ты попросишь, детка. Но, я с тебя не слезу, девочка, — хрипом озвучил угрозу, и с жадностью хищника накинулся на мое начало, сжимая ладонями ягодицы. Дразнящими движениями языка провел от ануса до клитора. Прикусил жемчужину для полного взрыва фейерверка.

Я улетела.

Рассыпалась на атомы. И мужчина иссушил мой оргазм.

Тело содрогалось в конвульсиях. Смяв покрывало в руках, потрясенная, заглатывала воздух. Меня подбрасывало, словно на батуте.

Наум поднялся, и склонившись, притянул к себе плотнее. Мрак, что сочился из горящих глаз, буквально плавил. Облизнулся.

— Я не наелся, — склонился к шее, оставляя жгучие укусы на изгибах горла.

— Тебе всегда и всего мало.

— Всегда нужно брать большое, — провел языком по губам, и толкнулся в мой рот глубоко. Он разорвал поцелуй, когда кулачком забила по плечу, оставшись с пустыми легкими. — И ты хорошо знакома с моим темпераментом.

— Я не буду с тобой спать, Наум. Ты женат.

— Не надоело? Ева, посмотри на меня, — ладонью обхватил скулы. Но я упрямо отказывалась выполнять просьбу, тогда он нагнувшись к уху прошептал. — Свое актерское мастерство оставь для долбоебов. Минуту назад, я трахал тебя языком и нравственности не заметил.

— Ты же знаешь, Соболевский! Это лишь физиология. И, я по-прежнему, тебя ненавижу, — он вошел на всю длину до упора, обрывая на полуслове и, я вскрикнула. Каждая вена его крупного органа, слишком ощутима. Слишком запредельна.