Чтение онлайн

–  Договорились, дорогуша? Как только устроюсь, вызову телеграммой. А что? Свежий воздух, натуральные продукты. Отдохнешь лучше, чем в самом фешенебельном санатории. Короче, закругляйся там и собирай вещички. Да ты что? Более гостеприимных людей и в мире не сыщешь. Договорились?.. Будь! Он положил телефонную трубку и с выражением вины на лице сказал, обращаясь к Скачкову: - Я использовал паузу и позвонил своей благоверной...

–  Может, не будем терять время, поедем? - предложил Скачков. - Или вы еще не кончили здесь свою работу?

–  Какая работа? - засмеялся один из членов комиссии. - После вчерашнего голова не варит.

–  Можно ехать, - не стал возражать и Удальцов; уже в машине, усевшись опять по правую руку от шофера, он продолжал: - Мы кое-что посмотрели у вас. Грустная картинка. Отчетов о режиме скважин мало. Замеры установок делались редко. Мы пришли к выводу, что документы мало что нам дадут. Надо смотреть каждую скважину. Кстати, за такой контроль над скважинами вашего главного геолога надо гнать взашей.

–  Его и слушать не хотели, гнали план, - заметил Скачков.

–  Одним словом, Михайлович, нам придется посидеть здесь не неделю и не две, - заключил Удальцов.

Сначала познакомились с городом, посмотрели, каким он был до открытия нефти. Проехали по новым улицам, построенным после того, как сюда пришли нефтяники. За городом заехали сразу же в цех переработки нефти. За бетонной стеной блестели на солнце высокие алюминиевые цилиндры, соединенные между собой выгнутыми трубами. Целые пучки труб тянулись в разных направлениях, оплетали территорию цеха, соединяя высокие белые цилиндры с огромными емкостями, что виднелись на другом краю.

–  Все ясно, - кивнул Удальцов, не вылезая из машины. - Таких цехов мы, слава богу, повидали за свою жизнь. Можем даже сказать, на сколько этот цех рассчитан. Как вы думаете, ребята, на сколько? - обратился к своим помощникам.

–  Миллиона на четыре, - ответили те в один голос.

–  Угадали, - подтвердил Скачков. - Но пока что цех работает на половину своей мощности.

–  Попутный газ? - спросил Удальцов. - Судя по факелу, нефти здесь кот наплакал.

–  Газ поступает в Зуев. Весь город на нем сидит. И заводы тоже. Даже такие крупные, как керамический. Остальной перерабатываем и продаем в хозяйства области. С Украины приезжают.

–  Молодцы, - похвалил Удальцов. - Разумно, по-хозяйски. Посмотришь, сколько его гибнет на наших нефтепромыслах, душа болит. Такими богатствами разбрасываемся! Тысячи факелов по стране. Вид, конечно, красивый. Для поэтов. А хозяева должны краснеть, глядя на такую, с позволения сказать, красоту. Валерий Михайлович, везите дальше!

У первого же насоса-качалки остановились. Удальцов спросил:

–  Есть у вас скважины, которые сами фонтанируют?

–  Были. Теперь нет. Даже новые скважины не фонтанируют. Катастрофически упало пластовое давление. Не хватает мощностей поддерживать его.

По разбитой песчаной дороге, распластавшей на две половины мелкий сосенник, проехали к следующей скважине. Дорога заняла чуть не час. Чтобы добраться до третьей скважины, времени понадобилось еще больше. Заглянули на Бобриковское месторождение, одно из самых крупных, насчитывавшее более полсотни скважин, - все не стали смотреть, - повернули к триста пятой, которую закончили бурить совсем недавно.

–  Разбросаны скважины, разбросаны, - сожалел Удальцов.

–  Очень даже, - сочувствовал ему Скачков. - Месторождения мелкие. Запасы небольшие. Каждое месторождение, каждая скважина, так сказать, со своим характером. Бывает так, что две скважины стоят рядом, а нефть в каждой из них не похожа одна на другую. По качеству. В одной, например, рыжая, а в другой чуть не прозрачная. Главное, мы не имеем никакого представления о том, сколько еще может дать каждое месторождение. Здесь много напутано. Перспективные месторождения выдохлись через год, а те, что считались бесперспективными, дают нефть и теперь. Во всем этом надо разобраться.

–  Да, ребусов немало, - задумчиво проговорил Удальцов. - Но это как раз и интересно. - И, обращаясь к своим помощникам, весело продолжал: - Правда, ребята? Это действительно исследовательская работа. Если не будете спать в шапку, поедете отсюда с диссертациями в портфелях. Я свою, кстати, написал после подобной поездки в Татарию. Под ногами у нас не только полезные ископаемые, но и ученые степени. - И громко засмеялся.

Помощники ничего не ответили. Утомленные дорогой, они сидели молча. Можно было подумать, что потеряли всякий интерес к тому, что их окружало. И когда, подъехав по шоссе к Зуеву - были уже видны дома с палисадниками, свернули вдруг на дорогу, пересекавшую зеленый луг, чуть не в один голос возмутились:

–  Опять на скважину?

–  Да, опять. Хочу показать вам еще одну, - сказал Скачков.

–  Валерий Михайлович, - не выдержал и руководитель комиссии. - Мы, конечно, согласны посмотреть еще, и обязательно посмотрим, не одну и не две, но, может, не сегодня? Признаться, нет никакого желания. - Глянул на часы. Уже пятый... Что вы? Цивилизованные люди начинают думать об ужине, а мы еще не обедали.

–  Посмотрим, - стоял на своем Скачков.

–  Ну, только одну! - наконец сдался Удальцов.

Дорога привела к зарослям кустарника, над которыми возвышалось несколько старых деревьев с порыжелыми, точно опаленными, листьями - дубы. В листьях деревьев держался, будто туман, прозрачный голубой дым. Обогнув кусты, дорога оборвалась, точно ее отрезали. Дальше был крутой, обрывистый берег.

Под дубами поблескивали алюминиевыми ножками два стола, застланных скатертями. Бросались в глаза белые тарелки, на которые успели уже нападать желтые листья, бутылки с бледно-зелеными этикетками.

Ближе к берегу над погасшим костром висело ведерко с ухой. Из ведра торчала белая облезлая голова щуки. Рядом с костром, в кастрюле, придвинутой к углям, дымились отварные цыплята.

Над углями, между красными кирпичами, жарились шашлыки. С крупно нарезанных кусков мяса стекал жир, капал на угли, вспыхивал багровым пламенем. Протько тушил то пламя, заливал его маринадом от мяса. В воздухе стоял острый дух уксуса, подгорелого лука, душистого перца и еще чего-то такого отменно-вкусного, чем всегда пахнут удавшиеся шашлыки.

Выйдя из машины, Удальцов остановился, потянул в себя носом, повертел головой:

–  Чудак у вас начальник... Вместо того чтобы везти нас сразу сюда, он заставил нас целый день дышать дорожной пылью... - И остановил свой упорный взгляд на Алле Петровне. Она была в цветистом платье, белом переднике и голубой косынке и на этом позолоченном осенью берегу Днепра казалась моложаво-красивой.

–  Алла Петровна, моя жена, - перехватив взгляд Удальцова, представил Скачков.

–  Теперь понимаю, почему вы не спешили везти нас сюда. Я вас поздравляю, Валерий Михайлович. У вас красивая жена, - не скрыл своего восхищения Удальцов и, наверное, застыдившись такой откровенности, сразу же подошел поближе к берегу, спросил тем же тоном, каким говорил об Алле Петровне: - Рыба здесь есть?