Чтение онлайн

Когда она вышла из дома, я облегченно вздохнула. Проследив в окно за удаляющейся по дороге фигурой матери, я убедилась, что она не собирается сразу возвращаться. Как только она скрылась за поворотом, я тихо позвала:

– - Папа! Папа, она ушла, можешь выходить.

– - Ты уверена?
– раздался его голос откуда-то сверху.

Я подняла голову. Папа лежал на шкафчике со стеклянными дверцами, где я держала пузырьки с лекарствами.

– - Папа, что ты там делаешь?
– удивилась я.

– - Не видишь что ли, от твоей матери прячусь. Слава Единому, она не догадалась наверх посмотреть, - он попытался слезть.

– - Осторожно, не разбей стекло!
– испугалась я.

С кряхтением, лежа на животе, он пытался сползти на пол, но ничего не получалось.

– - Помоги слезть, - наконец попросил он.

Я принесла стул и подставила к шкафу с расчетом, что при спуске отец непременно встанет на него.

– - Слезай, я тебя поддержу, - обхватив его за талию, сказала я.
– И как же ты умудрился туда так быстро залезть?

– - Сам не знаю.

Через полчаса совместных мучений отцу удалось оказаться на полу без травм и увечий. Уже сидя на кухне и попивая чай из смородинного листа с мятой, он обратился ко мне:

– - Знаешь, дочка, наверное, мне будет лучше уехать. Рано или поздно твоя мать меня найдет. По моим расчетам, Алесс уже уладил все разногласия с тем типом, и мне можно смело возвращаться.

– - Может, все-таки поживешь с нами еще немного?
– умоляюще глядя, попросила я.

– - Нет, пора и честь знать, - вздохнул он.

Вечером того же дня отец уехал. Я была очень расстроена, тяжело расставаться с близким человеком. Чтобы отвлечься от печальных мыслей, я, как всегда, отправилась в аптеку и взяла книгу. Это занятие неизменно являлось для меня наилучшим лекарством на все случаи жизни. Вскоре я увлеклась и перестала замечать происходящее вокруг.

"Эльфы всегда почитали белую лилию символом чистоты, нежности и невинности. Многие уверены, что своей красотой и нежностью кожи эльфийки обязаны именно лосьону из белой лилии".

Я скептически хмыкнула, прочитав эту фразу, но не стала заострять на ней внимания и продолжила чтение.

"Данный лосьон избавляет кожу от угревой сыпи и гнойников".

Неожиданно в аптеку кто-то вошел. Я подняла глаза, на секунду оторвавшись от книги. Это был Вульф с каким-то веником в руках. Что это было, я не разглядела из-за слепившего в глаза солнца.

– - Привет, Верена.

– - Угу, - пробурчала я, снова погрузившись в чтение.

– - Это тебе, - он положил на прилавок передо мной шикарный букет белых лилий.

"В бутылку из темного стекла положить одну треть измельченных листьев и цветков белых лилий, собранных в конце цветения, когда они напитаны соком (лучше, если они собраны в начале осени)..."

Тут мой взгляд упал на подаренный букет. Какая удача!

Я проскочила мимо опешившего оборотня и через минуту с триумфальным криком вернулась с темной бутылочкой, разделочной доской и серебряным ножом, которым предпочитала пользоваться во время приготовления лекарств. Быстро распотрошив подарок, я молниеносно нарезала листья и запихала в бутыль. Оставалось еще полбукета. Пробежав ниже по тексту глазами, я увидела еще один рецепт из лилий.

"Крем из листьев и лепестков лилий позволит вашей коже оставаться белой и сохранит молодость надолго, а также избавит от уже имеющихся морщин".

Отлично, остатков цветов как раз хватит на второй рецепт!

Пока я спешно нарезала цветы, дверь аптеки опять открылась, и в аптеку вошла Иллина:

– - Верена, мне нужна твоя помощь.

– - Иллина, давай позже. Я сейчас занята, - я пробежала мимо нее, едва не столкнувшись.

– - А это тот молодой человек, который тебя на руках принес?
– заинтересовалась она моим посетителем.

– - Ага. Принесла же его нелегкая!

Она с удивлением смотрела на застывшего с непередаваемым выражением лица мужчину и мою мечущуюся по залу в поисках компонентов фигуру.

"Залить содержимое водкой и плотно закрыть, оставить в прохладном темном месте на месяц. Если лосьон получится слишком крепким, то его нужно разбавить холодной кипяченой водой".

Какая я умница, что запаслась самогоном у дяди Луки! Он как раз пригодится.

Я открыла шкафчик, достала одну из бутылочек с надписью "Осторожно, яд", вытащила пробку и понюхала содержимое. Я не ошиблась, это было то, что нужно. Теперь следовало залить самогоном нарезанные растения. Через минуту я укупорила будущий лосьон и отнесла его в заднюю комнату, надеясь позже попросить у дяди Луки разрешения воспользоваться погребом в таверне для хранения лосьона.

– - Верена, отвлекись ненадолго. Может, познакомишь нас, чаем напоишь?

– - Иллина, оставь меня в покое.

Нимало не смутившись, она обратила свое внимание на странное состояние оборотня. Замерев на одном месте, он неотрывно смотрел на растерзанные цветы, не произнося ни слова и не замечая сестрицы, машущей перед его глазами рукой. Проследив его взгляд, она правильно оценила ситуацию:

– - Ты что, пустила на свои притирки такой шикарный букет? С ума сошла! Человек за тобой ухаживает, цветы дарит, а ты...

– - Он?! Ухаживает?! Не смеши меня. Я его только второй раз в жизни вижу, - отмахнулась я.

– - Четвертый, - пробормотал оборотень.

– - Что?
– не поняла я.

– - Четвертый раз.

– - Четвертый, так четвертый, - я пожала плечами. Затем обратилась к Иллине.
– Ты прочти вот это.

Иллина посмотрела на рецепт, в который я ткнула пальцем, затем на соседний. Ее глаза загорелись азартом.

– - Верена, что ты стоишь? Давай начинай готовить, а я тебе помогу!

Теперь мы уже вдвоем терзали многострадальный букет.

"Взять равные части лепестков белых лилий, меда, сока чеснока и растопленного воска..."

– - Где у тебя мед?
– спросила Иллина, роясь в шкафчике.

– - Там где-то, - не глядя на сестрицу, ответила я.

Пока она искала мед, я нарезала остатки цветов, почистила чеснок и размолола его в кашицу.

– - Ты уверена, что крем не будет вонять чесноком?
– озабоченно поинтересовалась Иллина.

– - Угу. Разожги огонь, пожалуйста, и поставь большой котел с водой, - попросила я.