Чтение онлайн

Когда мы спускались вниз, к причалу, – она в одном такси, я – в другом, – я понял, что не смогу оставаться безучастным, не смогу оставить эту юную девушку одну противостоять Лауре и Беллини. До сегодняшнего дня я думал только о себе. Но теперь понял: расстройство планов Лауры – не конец игры, она не откажется от своего плана: убить Бруно. Сам-то я смогу выпутаться из этого клубка, но Валерия окажется в еще большей опасности. Лаура будет пытаться осуществить свой план, она легко не сдастся. Так размышляя, я понял, что на мою голову свалилась еще одна проблема.

Мы приехали на причал. Водители такси и я перетащили чемоданы на катер. Валерия стояла в тени, наблюдая за нами. Уложив чемоданы, я расплатился с водителями, и Валерия зашла на катер.

– Благодарю вас, – сказала она. – Не представляю, что бы я без вас делала. Можно я сама поведу катер? Я хорошо вожу катер. Отец всегда хвалил меня!

– Пожалуйста! Я встал за ее спиной.

Она маневрировала, выводя катер из бухты, как заправский яхтсмен, потом прибавила скорость, и мы понеслись через озеро.

– Как прекрасно возвращаться! – воскликнула Валерия, полуобернувшись ко мне. – Разве здесь не великолепное место? Мне кажется, на земле нет места красивее!

– Да, здесь очень красиво. – Я посмотрел вокруг. – Мне жаль уезжать отсюда.

Сказав это, я понял, что теперь, с приездом этой девушки, мне будет еще тяжелее уезжать из этих прекрасных мест.

– Как, разве вы уезжаете?

– Да, в понедельник. Я предупредил синьору Фанчини, и она подыскивает человека на мое место.

– А вы хотите уехать?

– У меня есть другая работа, – уклонился я от ответа.

– Но почему? Мария писала мне, что вы читаете отцу вслух и с вашим приходом его состояние значительно улучшилось.

Я вспомнил, как Бруно смотрел на меня сегодня утром, и подумал, я сделаю для него еще кое-что хорошее, но через несколько дней, не сейчас.

– Мне нужно работать над своей книгой.

– О-о, – разочарованно протянула Валерия. – А я думала, что вы мне почитаете отрывки из вашей книги. Я прочитала много книг о соборах, я помогала отцу, когда он работал в министерстве культуры.

– Вот как? – удивился я и изменил тему, начав расспрашивать ее о том, как она жила в Париже.

Весь путь до виллы она болтала не переставая, и я как дурак слушал и не мог оторвать от нее взгляда, и то, что мы врезались в пирс, было только моей ошибкой.

– Как же вы перенесете все чемоданы в дом? – спросила Валерия, выпрыгивая на пирс.

– Отведу катер дальше до деревни и попрошу у Биччи грузовик, он же мне и поможет.

– О, Биччи! Он все еще живет в деревне? Несколько лет назад я была его самой любимой девушкой, – рассмеялась она. – Передайте, что я зайду к нему, как только будет свободное время, и скажите, что я его люблю! Спасибо, что встретили меня и помогли с багажом.

Я смотрел ей вслед: она легко взбегала по лестнице, коротенькая юбочка задралась вверх под дуновением легкого ветерка, ее длинные, стройные ноги перескакивали через ступеньку, а то и через две. Я медленно и глубоко вздохнул.

Видение этой девушки стояло перед моими глазами даже тогда, когда я уже вернулся на катере из деревни к пирсу и выбрался на берег.

Я заканчивал перетаскивать багаж Валерии и вернулся к грузовику, когда увидел, что ко мне идет доктор Перелли.

– Что произошло с тех пор, как я в последний раз был здесь? – взволнованно спросил он, и черные бусинки его глаз впились в мое лицо.

– Ничего необычного, синьор, – ответил я.

– Вы заметили, как изменился синьор Фанчини? Вы видели его сегодня утром?

– Синьора Фанчини сказала, что он перевозбужден и ждет приезда дочери.

– Черт! Что-то произошло! Он почти на грани безумия. Разве вы этого не заметили?

– Я подумал, что это результат депрессии, – осторожно заметил я.

– Нет. У меня сложилось впечатление, что он пытается сказать что-то очень важное. Я уверен: он перенес какое-то огромное потрясение.

– Может быть, возбуждение…

– Чушь! Здесь что-то другое. Ну, если вы ничего не знаете, то не о чем и говорить, – Он сел в машину. – Я приеду завтра утром. Его нельзя тревожить. Вы поняли?

– Да, синьор.

– Вы абсолютно уверены, что не знаете, чем он так расстроен?

– Почти уверен.

Он посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, потом включил зажигание, переключил скорость и уехал. А я вернулся на виллу, занятый своими мыслями. Когда я подходил к веранде, появилась Лаура.

– Доктор Перелли обеспокоен состоянием Бруно, – сказала она, и я заметил, что она взволнованна. – Я думаю, ему не о чем особенно беспокоиться, но он оставил инструкции, что Бруно нужен отдых и полный покой. Он сказал об этом вам?

– Да.

– Его состояние расстроило Валерию, но что делать? Я попросила Валерию после ленча съездить в Палланцу, нужно сделать кое-какие покупки. Было бы хорошо, если бы вы ее проводили, – я не хочу, чтобы она ездила одна.

Я вспомнил, как ночью она сказала Беллини:

"Мы ничего не можем сделать до пятницы. Мы не имеем права на ошибку. Кроме того, Дэвид должен поближе познакомиться с Валерией. Это сейчас важнее всего остального”.

Очевидно, Лаура приступила к выполнению своего плана и не собиралась тратить время впустую. Мы отошли к перилам веранды.

– Хорошо, – сказал я. – Ты тоже уходишь?

– Нет. На меня столько дел свалилось! – Она посмотрела на меня с любопытством. – Как тебе Валерия? Что ты о ней думаешь?

– Что я должен думать?

– Ты не находишь, что она довольно-таки миленькая?

– Нахожу.

Ее взгляд похолодел.

– Ты говоришь это без особого энтузиазма, Дэвид. А я-то думала, что все американские мужчины падки на хорошеньких девушек!

– Вот как! Весьма любопытное мнение! С тем же основанием можно сказать, что итальянские женщины падки на мужчин, курящих сигары, но я не уверен, что это правильно! – Я обошел ее и вышел на дорожку, направляясь к грузовику.

Я надеялся, что смогу рассказать Бруно о том, что я подслушал разговор Лауры прошлой ночью, и успокоить его, что с Валерией в пятницу ничего не случится, но мне никак не удавалось остаться с ним наедине.