Чтение онлайн

Регана умолкла.

— Не останавливайся, — потребовал Лахлан, держа в ладонях упругие груди. Регана не успела понять, что он собирается делать, когда Лахлан повернул ее к себе лицом.

— Лахлан… — пробормотала Регана, глаза ее горели желанием.

— Пой, не останавливайся.

Регана снова запела. Несколькими умелыми движениями Лахлан развязал ее корсет.

— Это больше чем-просто песня, — сказала Регана.

— Но эту песню я буду помнить до конца дней своих. — Он притронулся губами к ее груди, нежно водя языком вокруг упругого соска прямо через тоненькую рубашку. — Пой же, дорогая.

Тело Реганы вздрогнуло, когда она начала третий куплет. Она обвила руками его шею и погрузила пальцы в густые волосы.

Лахлан стянул с нее платье, и оно упало к ее ногам.

— Ты просто красавица. — Лахлан потянулся к корсету.

— Лахлан…

— Все хорошо, — произнес он.

Регана осталась в одних чулках и туфлях. Лахлан смотрел на ее золотые волосы, полные груди с острыми сосками, тонкую талию, едва сдерживая желание.

Щеки Реганы зарделись, и она рукой закрыла грудь.

— Позволь полюбоваться тобой. — Лахлан осторожно убрал ее руку с груди. — Ты такая красивая!

Лахлан опустил ее на ковер. Регана не сопротивлялась. Он быстро разделся.

Когда на Лахлане остались одни штаны, он поймал на себе взгляд Реганы. Она с любопытством рассматривала его.

— Ты такой необычный, — с восхищением сказала она.

— Я просто мужчина, — ответил он, продолжая раздеваться.

Глаза Реганы округлились.

— Я, конечно, знаю анатомию мужчин, но… такой большой…

— Шотландская кровь, что поделаешь. — Он улыбнулся и склонился над ней.

В тот момент, когда их обнаженные тела соприкоснулись, улыбка исчезла с его лица и он застонал, предчувствуя, какое наслаждение принесет ему эта прекрасная девушка.

«Она девственница», — донесся до Лахлана голос замка.

Он обнял девушку и, запечатлев поцелуй на ее губах, увел в мир любви и наслаждения.

Поцеловав Регану в лоб, Лахлан заметил на ее глазах слезы.

— Что с тобой?

— Я никогда не думала, что так будет. Мне казалось, что мы с тобой одно целое и я могу доверить тебе всю свою жизнь.

— Можешь, даже не сомневайся, — ответил Лахлан.

— Я хочу рассказать тебе что-то очень-очень важное. Поклянись, что никому не скажешь.

— Я сохраню твой секрет. — Лахлан посмотрел в ее искренние глаза и увидел те чувства, каких явно был недостоин.

— В ту ночь, когда мы встретились, я искала Авалон.

— И ты веришь, что кромлех поможет тебе найти его?

— Да. Одна песня привела нас к этому месту. Я уверена, что там спрятан ключ, который может привести нас к Авалону. Все это я делаю ради отца — ты же видел, каким счастливым он был сегодня.

— Я рад, что ты рассказала мне. — Лахлан поцеловал ее глаза.

— Ему наверняка станет лучше, если мы найдем Авалон. — Регана прильнула к его груди.

— Ты в этом уверена?

— Конечно. Я потеряла маму. Отец каким-то образом выжил, и я знаю, что он поправится.

Лахлан мог быть откровенным с ней, сказать, что очень опасно ходить к этому месту, но не хотел разбивать ее сердце. Ведь она искренне верит, что это поможет отцу.

Регана привстала и увидела шрам на бедре Лахлана, идущий до самого колена.

— Как это случилось? Расскажи, — попросила она. Лахлану не хотелось вспоминать об этом. Но он выполнил просьбу Реганы.

— Мой отец был уверен, что Куин обязательно должен научиться ездить верхом, хотя брат всегда боялся лошадей. Однажды вечером в припадке сумасшествия отец заставил его оседлать коня. Куин всеми силами пытался слезть. — Лахлан помолчал и продолжил: — Я умолял отца отпустить его. Куин орал во все горло. Но вместо этого отец стегнул коня хлыстом. Конь встал на дыбы, а Куин полетел вниз. Я держал поводья, поэтому конь обеими подковами опустился прямо на меня. Через несколько недель отца заперли.

— Мне так жаль, — произнесла Регана и поцеловала шрам.

Сердце сжалось в груди Лахлана. Никто никогда не проявлял к нему такого сочувствия.

— Иди ко мне. — Он прижал Регану к груди и вдохнул аромат ее волос.

Когда он держал ее в объятиях, все плохое уходило прочь. Но он знал, что в конце концов ему придется разбить ей сердце. Он не допустит ее к кромлеху и не позволит остаться с ним в замке. Он не может допустить, чтобы она видела, как он сходит с ума. Она слишком ему дорога.

Лахлан взял ее за подбородок и поцеловал. И тут же перестал думать о грустном.

На следующее утро Регана ощущала ноющую боль во всем теле. Она, словно ленивая кошечка, потянулась в надежде ощутить тепло Лахлана, но обнаружила лишь холодную простыню. Она приоткрыла один глаз и увидела квадратные стены, зеленую драпировку: ее комната. Одежда была аккуратно сложена на краю кровати.

Регана вздрогнула, вспомнив, как они вчера вечером занимались любовью второй раз, а потом Лахлан не покинул ее, пробравшись вместе с ней в ее комнату, и они уснули в объятиях друг друга.

Вчера Лахлан был таким нежным и внимательным. Часть Лахлана, которая так нуждалась в любви и нежности, вышла на первый план, именно она привлекала Регану.

Однако Регана не услышала слов, которых так ждала: «Я люблю тебя». Хотя в каждой его ласке она ощущала любовь. А что, если он никогда не признается ей в любви? Если ей придется довольствоваться лишь короткими свиданиями?

В дверь постучали. Она накинула халат, открыла дверь и увидела Джил-лиса.

— Хозяин желает прогуляться с вами, — в замешательстве произнес дворецкий. Джиллис наверняка знал, что вчера они занимались любовью. А если знал он, значит, знали все слуги и, конечно же, леди Маргарет.

Джиллис еще довольно долго стоял, смотрел на Регану и улыбался, что было совсем на него не похоже. Не вытерпев, Регана спросила:

— Что-нибудь еще?

— Ничего, мисс. Просто я хотел сказать, что никогда не видел хозяина таким счастливым. Спасибо вам, мисс.

— Да, было очень приятно видеть, как он улыбается. — Регана вспомнила улыбку Лахлана, когда они лежали в кровати.

— Хозяин сказал, что будет ждать вас внизу, во дворе. Я должен вас проводить.

— Я буду готова через минуту.