Чтение онлайн

С другой стороны…

А мне ведь легче! Да, с укола прошло около часа, пока я бежал, пока разбирался с «Крыльями», пока шел сюда. Но меня уже не трясет, не лихорадит. Неужели вакцина все-таки работает?

– Надеюсь, ты ничего не перепутал, – проговорил он и вытащил шприц из своей шеи, после чего отбросил его в сторону. Открыл второй контейнер и сделал укол уже Нано.

Я же повернулся и вышел из комнаты, открыл вторую и увидел три тела, накрытые какими-то старыми простынями. Подошел к ближайшему, поднял и увидел Шугар.

Девчонка была мертва, у нее во лбу было аккуратное входное отверстие. Лицо мертвенно бледное, а кожа вокруг рта измазана кровью. Она кого-то укусила. Обратилась и ее пристрелили.

Поднял вторую простыню и увидел Рину. Тоже мертва, как и следовало ожидать. Но из шеи у нее был вырван огромный кусок плоти так, что было видно сосуды. И вся одежда ниже оказалась буквально пропитана кровью, уже успевшей засохнуть и побуреть. И тоже дырка в голове, но уже в виске.

Под третьей был оперативник «Биотики». У него не было части лица – отгрызли, обглодали. Но его не достреливали, ему перерезали горло. Я оценил разрез, он был ровный и очень профессионально сделанный. Кто бы его не добивал бы, он умел обращаться с ножом.

Что ж. Хотелось бы мне узнать, что тут произошло.

– Шугар отошла в другую комнату, прилечь, – проговорил рвач за моей спиной. А я даже и не услышал, как он подошел. – Сказала, что ей душно. Рина пошла ее проведать, и та перегрызла ей горло. Сам видишь.

– А дальше что? – мрачно спросил я.

– Потом она поднялась и вломилась в нашу комнату. Споткнулась и упала на парня, укусила его за лицо. Мы ее застрелили. Этот кричал, что у него иммунитет, что он не обратится, но я решил добить и его. Оказывать ему помощь времени не было. А ты Лесю не видел?

– А что с Лесей? – решил я не раскрывать сразу все карты.

– А ты ее не встречал? – вопросом на вопрос ответил рвач. – Она сказала, что тебя пойдет искать.

Что ж, похоже, что они в этой ситуации не замешаны. Хотя… Нано точно не предал бы, это однозначно. Уж кто-кто, а не он. Он ведь мне еще до этого жизнь спасал. Ему я верил.

Доктору… Доктору, пожалуй, нет. С другой стороны, он не сбежал, а честно пытался помочь Нано. Да и куда ему бежать, вакцина-то только в одном месте в городе. Так что пока что он, наверное с нами.

– Горин все? – полуутвердительно проговорил он.

– Горина нет, – ответил я. – Нас трое. Пошли, будем думать, что делать дальше. Кстати, а где Джек?

– Сбежал, – ответил он.

Все ясно. Даже пес понял, что нам конец, вот и решил покинуть нас. Я не мог его винить, да и, если честно, так даже лучше, чем если бы он остался с нами.

Я вышел в коридор и двинул в соседнюю комнату. Нано оставался без сознания, но дыхание у него было ровным, а лицо постепенно розовело, мертвенная бледность постепенно спадала с него. Вакцина работала. Значит, мы с Гориным не зря прорывались сквозь этот ад. И он пожертвовал собой не напрасно.

Усевшись на диван, я откинулся на его спинку и запрокинул голову. Башка гудела от переизбытка информации, да и недавнее сотрясение все еще давало о себе знать. Препараты препаратами, но я ведь после этого бегал, прыгал, дрался. Впрочем, это не так уж и важно.

Леся оказалась предательницей. Альма мертва. Горин мертв. Шугар, Рина, даже тот боец из «Биотики» – все сдохли.

А я выполнил то, за чем сюда пришел. Все четверо главарей Новомосковских банд, которые поехали на шоу, рассчитывая на амнистию, отправились в переработку. Я должен был радоваться? Я должен был чувствовать облегчение?Нет, внутри было пусто. Может быть, выпить какую-нибудь таблетку от головы? Хотя черт с ней, и так слишком много препаратов за последние сутки. Нужно держаться самому.

– Что теперь? – спросил рвач, усаживаясь на пол у стены.

Я кивнул на Нано.

– Ждем, пока он очнется. Он нам нужен, у него голова варит.

Доктор потер лицо, сжал виски. Было видно, что он держится из последних сил. До этого такой спокойный был, даже отстраненный, но теперь ломается. У каждого есть своя точка кипения, свой предел прочности.

– Знаешь, я понятия не имею, на что мы надеемся, – проговорил он. – Мы обречены.

Я не ответил. Просто закрыл глаза.

Обречены? Может быть. Но пока мы живы, пока способны идти, держать ствол и стрелять… Мы будем двигаться дальше.

Я так и не уснул. Раньше я был способен спать даже в летящем вертолете перед высадкой. Но, похоже, те времена прошли. Может быть, сказались остатки вируса, а возможно нервное напряжение последних дел. Я ведь тоже не железный, я тоже могу в конце концов сломаться. Оставалось надеяться, что до этого далеко.

Я думал о своей семье. О Ваньке и об Алисе. Когда я воевал в Африке, у меня в шлеме всегда хранилась распечатанная их фотография. Просто чтобы помнить, зачем я там. Не ради долга, не ради чести – этого ничто не имеет значения, когда ты – контрактор частной армии. Я там был для того, чтобы содержать семью. И этого было достаточно.

Сейчас же… Все иначе. Я веду войну, которая на самом деле не имеет особого смысла. Даже эта история с шоу: ну не пошел бы я сюда, и тогда конец этих ублюдков все равно был бы один. Перемочили бы друг друга тупо или загнулись от вируса, как те, кому в отличие от нас не повезло достать вакцину.

А если бы кто-то и выжил бы, да получил амнистию, я бы пришил его позже. В Новой Москве укрыться от меня было невозможно, с помощью Шерлока мы могли найти кого угодно и где угодно.

И Нано… Он ведь соврал. Он пошел в шоу после меня и, скорее всего, именно для того, чтобы поддержать меня. Не знаю, Шерлок это его надоумил, или он сам так решил. И он поступил умнее: подготовился. Так что теперь я за него несу ответственность.

И тут в моей голове что-то щелкнуло и встало на место. В тот момент до меня дошло, что в моей жизни снова появился смысл.

Мне уже приходилось влезать в программы корпоратов, как это было с «Армагеддоном», вирусом, который может уничтожить весь город, и как получилось с тем боевым стимулятором «Биотики», главу разработки которого я завалил. Но то, что творится теперь.

Разумные морфы не должны покинуть Крым. И технологию их производства никто не должен получить для изучения. Это будет катастрофа. И хрен с ними, с нашими жизнями, мы должны этому помешать.

Услышав тихий стон, я открыл глаза и повернул голову. Нано приподнялся, моргну, с трудом сфокусировал взгляд.

– Черт… – прохрипел он, посмотрев на меня мутными глазами. – Я жив?

– Нет, – ответил я. – Мы все сдохли. Сам видишь, ад не сильно-то отличается от того места, где мы были до этого.

Хакер провел рукой по лицу, сел ровнее. Доктор молча протянул ему флягу, и Нано присосался к ней, сделав несколько глубоких глотков и только после этого оторвался. Вытер губы тыльной стороной ладони.