Островитяне
Шрифт:
Лоуви тут же меня отпустила и принялась перебирать свою цепочку с черепашкой.
Мы все стояли в неловком молчании.
— Что будем сегодня делать? — спросил Мейсон.
Я передернул плечами.
— Мне все равно.
— Хочешь пойти на пляж? — спросила Лоуви. — Сейчас отлив, походим по берегу. Посмотрим, кого там вынесло из океана.
Я покачал головой, утер пот со лба.
— Слишком жарко. — Самому было противно, что я такой сварливый, но я ничего не мог с собой поделать.
— А может, посидим у меня дома? — предложил Мейсон. — Там прохладно. В видеоигры поиграем.
Я вспомнил, что Хани не разрешает мне играть в видеоигры — но ведь это относится к ее дому, не к дому Мейсона. И потом, ей, похоже, сейчас не до меня. Мне сегодня тоже ни до чего. Хочется в прохладное место и не думать про папу.
— Давай, — сказал я, пожимая плечами. — Чего нет-то?
Мы расселись по своим электромобилям. Черный пластмассовый руль раскалился на солнце. Мейсон показал нам дорогу к своему дому. Когда мы подъехали, я страшно удивился. Дом был огромный — гораздо больше, чем у Хани. Собственно, два дома, соединенные крытой террасой. Я поставил электромобиль в тени, подошел к поджидавшим меня Мейсону и Лоуви.
— А кто с вами живет? — спросил я Мейсона.
— В смысле? Тут я и родители.
— Но у вас же два дома!
Он оглянулся через плечо, увидел, куда я указываю. Рассмеялся.
— Да ну тебя! Это гостевой дом. Мама говорит — потом тут будет ночевать няня.
— Няня?
— Ну которая будет смотреть за ребенком. Когда он родится.
Я покачал головой.
— Вы, похоже, богатые.
Мейсон пожал плечами.
— Наверное. Я даже не знаю. Многие нас гораздо богаче.
«А многие вас гораздо беднее», — подумал я, но вслух этого не сказал. Лоуви поймала мой взгляд, мы скорчили одинаковые рожи. Да, Мейсон явно богатый.
Мейсон стукнул меня локтем по локтю.
— Я страшно голодный. Мама сегодня ездила за продуктами. Пошли поедим.
У меня заурчало в животе. Вот уж не откажусь.
Дом Мейсона оказался настоящим дворцом, спрятанным среди леса. Внутри — огромные помещения с белыми мраморными столешницами, блестящими деревянными полами. И там было чисто. Все лежало на своих местах. Даже пахло там приятно — свежевыстиранным бельем.
Мне стало завидно. Грустно было думать о том, какая грязища в доме у Хани. Да, она пытается навести порядок, я ей помогаю. Но сегодня она снова взялась за старое.
Мейсон открыл огромный холодильник из нержавеющей стали. Я стоял и таращился в изумлении. Внутри — чисто-пречисто. На полках полно фруктов, все мне знакомые, совсем свежие, а еще пакеты с молоком, апельсиновый сок, стаканчики с йогуртом — этикетки обращены наружу, прямо как в магазине.
Мейсон вытащил большой контейнер с нарезанным мясом и сыром. Я подошел поближе и стал смотреть, как он его открывает. Сыр совсем свежий. Никакой плесени. Я взял контейнер с мясом, принюхался.
— Ты чего? — с легкой обидой спросил Мейсон.
— Прости. Видимо, привычка.
Мейсон бросил на меня удивленный взгляд, поставил на стол виноград, морковные палочки, пакет шоколадного молока. Передал нам тарелки и чашки.
В животе у меня так громко заурчало, что Лоуви повернула ко мне голову и подняла брови.
— Кое-кто проголодался, — усмехнулась она.
«Знала бы она», — подумал я. И навалил себе на тарелку всего подряд. Закрыл глаза, откусил от бутерброда. Вкусно так, будто я попал в рай. Я принялся уплетать бутерброд.
— Джейк, ты будто ешь в последний раз в жизни! — заметила Лоуви.
Я налил себе полный стакан шоколадного молока и пожал плечами.
Я сделал себе второй бутерброд, а потом мы с Лоуви забрали свои тарелки и вслед за Мейсоном пошли в общую комнату. Она была огромной, как и все в этом доме. Сюда бы поместились три моих лофта. Впрочем, я бы не променял свой лофт ни на одну комнату на свете.
Я плюхнулся на бин-бэг, Мейсон сунул мне в руки игровой контроллер. Повернулся к Лоуви.
— Ты будешь играть?
Лоуви покачала головой и ушла с тарелкой на диван.
Мейсон сел на второй бин-бэг, включил телевизор.
— А где твоя мама? — удивилась Лоуви.
— Мама много лежит в постели, — объяснил Мейсон, запуская игру. — У нее уже два раза случился выкидыш, так что ей приходится беречься. Мы поэтому и перебрались сюда на лето. Тут тихо. Папа приезжает на выходные. Он нанял помощницу — она убирает, ходит за продуктами, готовит. — Мейсон нахмурился. — Папа велел мне следить за мамой. Я должен ей помогать.
— Это я понимаю. Мне велели заботиться о Хани, — сказал я и откусил кусок от своего огромного бутерброда.
— А кроме того, — продолжал Мейсон с набитым ртом, — поскольку ребеночек родится уже совсем скоро, папа хочет найти еще и медсестру. На всякий случай.
— Моя тетя Сисси — медсестра, — заметила Лоуви, закидывая в рот виноградину. — Правда, бывшая. Теперь она на пенсии. Но раньше, в больнице, она принимала роды. Может, она и согласится помочь. Хорошо, если медсестра будет прямо на острове. Мало ли что.
— Вот здорово. Обязательно скажу маме.
Лоуви спрыгнула с дивана и крикнула через плечо:
— Запишу ее телефон для твоей мамы.
Потом мы с Мейсоном целый час играли в видеоигры. Предложили Лоуви сыграть тоже, но она сказала, что этим не занимается. Вместо этого она ходила взад-вперед по комнате, прямо как зверь по клетке. Часто поглядывала на книжные полки и все время тяжело вздыхала.
Кончилось тем, что она хлопнула книгой по столу.
— Так, народ, вы долго тут собираетесь валять дурака?
Мы с Мейсоном недоуменно переглянулись.
— Мы не дурака валяем, — сказал Мейсон, сжимая в руках контроллер.
— Упс! Прохлопал, Мейсон! У меня еще одно очко. — Я-то не отводил глаз от экрана.
— Я сейчас умру от скуки! — пожаловалась Лоуви.
— Мы же тебе предлагали сыграть. Тогда бы тебе было интересно, — заметил Мейсон. — Вот тебе! — заорал он, обращаясь к какому-то персонажу.
Лоуви решительно встала перед экраном.
— Эй, ты нам мешаешь! — завопили мы оба.