Освободить 10-го
Шрифт:
Мама кивнула, принимая мой ответ, потом задала другой вопрос:
— Она когда-нибудь говорила тебе о своих чувствах?
— О каких чувствах?
— О страшных чувствах или голосах, — осторожно ответила мама. — Или может, о своих страхах?
— Что? — я покачал головой в недоумении. — Что ты имеешь в виду? — Неважно, — улыбнулась она ярко. — Мне просто нужно было это знать.
— Что происходит, мам? — спросил я, теперь уже действительно волнуясь. — С Лиззи всё в порядке?
— Да, дорогой, всё нормально, — провела мама рукой по моим волосам. — Я сказала Кэтрин, что мы рады принимать её у себя, пока она лечится, так что Лиззи, скорее всего, будет много у нас в ближайшие месяцы.
— Правда? — волнение вспыхнуло во мне, смешавшись с путаницей от разговора. — Это здорово.
— Ты хороший мальчик, Хью, и я знаю, что ты достаточно взрослый, чтобы понять это без объяснений, — мама погладила мою щёку и грустно улыбнулась. — Но, пожалуйста, присматривай за ней. Это очень хрупкая девочка, которой нужен уход.
— Обещаю, — поклялся я, взглянув через окно патио на блондинку, вертящуюся на траве в джинсовом комбинезоне. — Я буду заботиться о ней, мам, обещаю.
ПЛАВАНИЕ НА ГЛУБИНЕ
Лиззи
3 декабря 1994 года
Пресыпаясь восторгом, я держала маму за руку всю дорогу от раздевалки до бассейна. Мам всё ещё чувствовала себя плохо и не могла зайти в воду, но всё равно пришла, когда сегодня Шинейд Биггс пригласила нас. Она сказала, что это особенный подарок для всех нас. Я с нетерпением ждала, когда смогу зайти в бассейн, и видела, как мои друзья плескались в воде. Но я очень старалась быть хорошей девочкой и не допустить ошибок, потому что папа тоже был здесь, и если я буду плохо себя вести, меня больше не пустят в бассейн.
Я должна была вести себя хорошо.
Без ошибок.
— Кэтрин? — спросила Шинейд, вставая с шезлонга у бассейна, когда я подошла с мамой. — Я Шинейд Биггс. Очень приятно наконец познакомиться.
— Взаимно, — ответила мама, пожимая ей руку. — Большое спасибо, что так хорошо относитесь к Лиззи. Я вам очень благодарна. — Нисколько, — улыбнулась Шинейд и помогла маме сесть на стул рядом с собой. — Лиззи — просто прелесть. Она всегда желанный гость у нас дома.
— Мой сын воспринимает политику открытых дверей буквально, — рассмеялась другая женщина из соседнего шезлонга. — Честно, Шинейд видит Джерарда чаще, чем я. — Она наклонилась через кресла и протянула руку маме. — Я Сайв. Вы мать Кивы, верно? Она — ваша гордость, Кэтрин. Правда.
— Огромное спасибо, — мама улыбнулась и пожаловала ей руку. — И здорово наконец познакомиться с вами, дамы.
Они втроём завели разговор, а я улыбалась, радуясь за маму. Было приятно видеть её улыбающейся снова. Сайв и Шинейд не смотрели на её платок или с грустью — они относились к ней, как к своей.
Так же, как и их дети относились ко мне.
— Ты здесь! — услышала я, как Хью зовёт меня, и тут же его рука обвилась вокруг моей лодыжки. Он улыбался мне из воды. — Чего ждёшь?
Осмотревшись, я поискала папу, но не найдя, отступила назад, потом побежала и прыгнула в воду.
— Ты с ума сошла? — рассмеялся Хью, наблюдая, как я гребу к нему.
— Ты ещё не можешь прыгать в глубокую часть. Ты слишком мала.
— Если ты можешь, то и я смогу.
Он улыбнулся в ответ. — Тогда почему ты тонешь?
Я прищурилась. — Потому что никогда раньше не касалась дна.
Он засмеялся и подплыл ко мне. — Держись за меня.
Я быстро сделала так и позволила ему донести нас до края бассейна. — Вот. Используй мою руку, чтобы подтолкнуть себя вверх, — он подал мне руку и помог ногой.
Выйдя из воды, я села на край и улыбнулась ему. — У меня к тебе симпатия. По крайней мере, так Кива говорит. Я не понимала, что происходит, пока она не объяснила про бабочки в горле. Она рассмеялась и сказала, что это моя первая влюблённость.
Его щеки вспыхнули ярким румянцем. — Ты не должна так говорить, Лиз.
— А я говорю, — ответила я.
— Ну да, но… — Он оглянулся по сторонам и добавил: — Парни посмеются, если услышат, что ты так говоришь.
— И что?
— Ну… — он задумался на мгновение, потом покачал головой. — Я не знаю, что дальше после «и что».
Я улыбнулась. — У тебя тоже есть ко мне симпатия?
— Чёрт. — Краснея, он нырнул под воду и через пару секунд всплыл далеко от меня.
— Подожди! — позвала я его, снова прыгнув в воду и начав плыть. — Ты не ответил.
— Да, — крикнул он через плечо, плывя к нашим друзьям. — Мой ответ — да!
Я вскочила на ноги и схватила себя за грудь, не в силах сдержать улыбку.
Потому что он тоже был ко мне неравнодушен.
Хью Биггс нравилась я.
— Вернись за мной, — крикнула я и снова прыгнула в воду, бешено двигая ногами.
Я не испытывала страха, как другие, когда голова оказывалась под водой или вода попадала в нос. Чем сильнее было больно, тем спокойнее становился мой разум.
— Ты сумасшедшая, — засмеялся Хью, обняв меня, когда подплыл обратно. — Что бы ты сделала, если бы я не вернулся?
— Я знала, что ты вернёшься, — рассмеялась я, обвив руки вокруг его шеи, пока он плывёт к мелкой части бассейна.
— Правда? — поддразнил он, отпуская меня, когда я смогла встать. — Как?
— Потому что я тебе доверяю, — ответила я. — Ты заставляешь меня чувствовать себя в безопасности.
Он нахмурился, явно удивлённый. — Со мной, ты всегда будешь в безопасности.
— Я знаю. — Я плеснула его рукой. — Несмотря ни на что, правда? — Да, Лиз, — рассмеялся Хью и обрызгал меня. — Несмотря ни на что.
НАГЛЫЕ ПАРНИ И ХРАБРЫЕ ПАРНИ
Хьюи
17 декабря 1994 года
— Я знаю твою сестру, — это были первые слова, которые вылетели изо рта моей сестры, когда сестра Лиззи переступила порог нашего дома в последнюю субботу перед Рождеством. — Она моя лучшая подруга в школе, а Джерард — мой лучший друг дома.
— Вот как? — засмеялась Кива, позволяя Клэр утащить себя наверх смотреть её коллекцию кукол.
— Мы будем дома к половине второго, — сказала мам, нанося помаду у зеркала. — Если тебе что-то понадобится или ты расстроишься, звони Сайв, хорошо?
— Я не буду звонить Сайв, — ответила я, морща нос с отвращением.
— У неё опять какой-то мужчина ночует.
— Хью, — наставляла мама. — Это не наше дело, помнишь?
— Да, да, но Джо всё равно лучше, — буркнул я.
— Ну, ты бы так и сказал, — засмеялась она. — Он же твой крёстный, который тебя балует.