Освобождаясь от пут
Шрифт:
– Привет, Люпин. Я рад снова видеть тебя в сознании.
– Так это правда? – отреагировал Люпин. Грусть и горечь звучали в его голосе.
– Что? – Северус был захвачен врасплох.
– Гарри умер.
Гарри дернулся, почувствовав себя неуютно, и опустил взгляд на край кровати.
Северус кивнул.
– И я помирился с Бл… Бродягой, – тихо добавил зельевар. Он назвал Блэка кличкой, потому что тот все еще был в бегах.
Люпин неожиданно сел, открыв от удивления рот.
– Что?
– Мы были опустошены из-за его смерти, и решили не продолжать старые ссоры и старую вражду. Он живет в моем поместье с той маленькой девочкой, которую ты спас.
– О, Энни, – Люпин широко улыбнулся. – Что сказал Бродяга, когда услышал ее имя?
– МЫ были ошеломлены, Люпин, – ответил Снейп.
– Ой, – Люпин бросил извиняющийся взгляд на высокого мужчину. – Извини, я не подумал…
– Все в порядке.
Люпин только сейчас бросил задумчивый взгляд на Гарри. Тот вежливо поприветствовал своего бывшего профессора:
– Доброе утро, сэр.
– Я полагаю, это твой сын, Северус, – когда тот кивнул, он продолжил. – Он похож на твоего брата, – он повернулся к Гарри. – Ремус Люпин.
– Квайетус Снейп, сэр.
Тот побледнел.
– Это шутка, Северус?
– Нет. Он мой сын, и я хотел назвать его в честь единственного стоящего человека в моей семье, Люпин. Сейчас он ходит в Хогвартс, но давай закончим этот разговор и отправимся домой, чтобы, наконец, встретить старых друзей.
*****************************************************************************
Целый день Гарри чувствовал на себе взгляд Люпина, куда бы ни пошел. Гарри видел, что тот хотел бы поговорить с ним, и у него не было возражений против разговора, но Энни схватила его в тот момент, когда они вошли в главные ворота поместья, и после этого не оставляла его одного.
– Я посещаю здесь школу, и Сири часто сопровождает меня в виде Бродяги. Он очень милый, – Гарри только моргнул, услышав это. Сириус в виде собаки был как Грим, и вовсе не был милым. – Он даже пытался научить меня магии, но не смог. Я не ведьма, я говорила ему раньше, но он всегда говорит, что Блэк не может быть простым маглом. А ты знал, что он тоже Блэк?
Когда Гарри кивнул, она продолжила радостно щебетать. – Я говорила тебе, что у меня был пес, и он так на него похож! И он может делать много разного со своей палочкой, однажды он даже сделал мои волосы пурпурого цвета! – она захихикала. – Как однажды Эрика сделала со своим отцом, когда разозлилась на него…
– Кто это – Эрика? – Гарри как-то умудрился вставить вопрос в монолог Энни.
– О, Эрика – это девочка с той же улицы, где я жила. Она примерно твоего возраста, – она улыбнулась Гарри, – но она не такая спокойная, как ты…
– Она ведьма? – неожиданно спросил Гарри.
Энни покачала головой.
– Нет. Я думаю, она просто добавила что-то в шампунь своему отцу…
Шампунь. Упоминание Энни шампуня заставило Гарри задуматься, в то время как он слушал бесконечную речь девочки. Энни не останавливалась ни на секунду, а у Гарри не хватало духу прервать ее до самого вечера, когда Северус отправил Энни в кровать, к ее полному неудовольствию.
– Я хочу остаться с Квайетом. Он так редко бывает дома!
– Мы останемся до завтрашнего вечера, – сказал ей Гарри. – А теперь иди в постель, и будь хорошей девочкой!
Энни трагически вздохнула и вышла.
Сириус забрал Северуса к Флетчеру, чтобы внести кое-какие изменения в систему защиты поместья. Гарри остался один с любопытным Люпиным.
– Я не знал, что у Северуса есть сын, – сказал Люпин, когда они остались одни, впервые за долгий день.
– Никто не знал, сэр, – Гарри слегка пожал плечами. – Он хранил это в секрете от всех.
– Почему?
– Чтобы защитить меня.
– От Вол… Ты-Знаешь-Кого? – спросил Люпин.
– Вы можете говорить Волдеморт, сэр. Я привык к этому. И я был воспитан маглами. Так что это меня не тревожит.
– Итак, ты знаешь об отношении Северуса к Темному Лорду.
– У него нет с ним отношений, сэр, – сердито прошипел Гарри. – Особенно после этого лета.
– Я знаю, – спокойно ответил Люпин. – Я подумал о его прошлом. И его репутации.
Гарри пожал плечами.
– Мне все равно. И я скажу вам, что если бы я не знал о его репутации раньше, в первый же день в школе мне бы рассказали.
– Предубеждения?
– И выводы. И ожидания. И ненависть, в основном от поттеровских… – Гарри прервал самого себя. – Это не важно.
– Это Рональд Уизли?
Гарри кивнул.
– Ну, это не удивительно. Я подозреваю, старшие Уизли рассказали своим детям, что случилось с другой частью их семьи, и почему они хотели так много детей.
– Что? – Гарри не понял последнее предложение.
– После уничтожения семей Молли и Артура, они решили, что у них должно быть много детей, чтобы семья была большая.
Гарри устало потер лоб. Очевидно, прошлое определяло настоящее. От этого его движения Люпин стал более оживленным.
– Ты напоминаешь мне кого-то, на кого я не могу указать.
– Моего дядю? – предположил Гарри. Взрослые вокруг него почти всегда сравнивали его с отцом.
– Нет. Определенно нет. Однако, ты очень похож на него. Но твои жесты…
Очень хорошо. Гарри был благодарен, что ему не нужно оставаться с Люпиным надолго. Он был уверен, что его бывший профессор очень быстро раскроет его секрет.
– Ты учишься в Рэйвенкло, не так ли?
– Я не был сортирован, – громко ответил Гарри. «Нет. Я в Гриффиндоре», – подумал он про себя.
Люпин снова бросил на него знающий взгляд.
– Понимаю.
В тот вечер они больше не разговаривали. Гарри почему-то был уверен, что Люпин уже все узнал.
Он даже поделился с Северусом своими подозрениями.
– Он знает.
– Нет. У него только чувства и предположения, но он не знает.
Гарри снова не мог спать. Он так устал, но сон все равно не шел к нему.
– Что-то волнует тебя, – спокойно сказал Северус, после того как Гарри проворочался два часа. – У тебя был кошмар? Или что-то случилось?