Чтение онлайн

Посмотрела на сироп.

На сей раз он действительно зарычал, и первобытная дикость этого звука выпустила примитивные желания Кили. Жидкий жар разлился от центра ее тела, ей пришлось постараться, чтобы не дергаться на месте. Внезапно ее трусики стали слишком тугими, а кружево ее лифчика невыносимо терлось о чувствительные соски.

Если он мог сделать такое с ней, лишь зарычав, то если он окажется обнаженным, она пропала.

– Сконцентрируйся, – выдохнула она, решив смотреть на стол. Или на пол. На что угодно. – Я не знаю, что за безумное влечение у нас с тобой, но нам нужно сконцентрироваться. Я не хочу также усугублять твою… проблему.

Он застыл, а потом осторожно сел, скрестив ноги, на разумном расстоянии от нее. Кили глубоко вздохнула, подняла подбородок, и готова была прямо рассмотреть их проблему. Логически ее обсудить.

Но его опасная улыбка и чисто мужская надменность, сияющая в его глазах, разрушила ее намерения.

– Значит, ты это признаешь, – спокойно сказал он. – Влечение. Как ты это назвала, хотя я бы сказал, что это еще мягко сказано. Это не имеет никакого отношения к Иному внутри меня, Кили. Это желание поднимается, как приливная волна, лишь между предназначенными друг другу.

Она затаила дыхание от жара, содержащегося в его словах.

– Я стала бы дурочкой или лгуньей, отрицая подобное. По крайней мере, то, что касается желания. Но это просто реакция на стрессовую ситуацию. Гормональная реакция на выброс адреналина.

Он скептически посмотрел на нее, и эти удивительные, изменчивые глаза превратились из черных в бледно–зеленые.

– Я так не думаю, моя Кили, и я это тебе докажу. Рассчитывай на это.

Пытаясь не обращать внимания на жар, охвативший ее от его провокационных слов, она спросила то, что ее волновало уже какое-то время.

– Твои глаза. Лайам тоже так делал, изменял цвет глаз. Цвет глаз атлантийцев связан с их эмоциями? Как кольцо настроения?

Он долго смотрел на нее до того, как ответить.

– Возможно. Какие цвета ты видела в моих глазах?

Она пожала плечами.

– Я вообще-то список не составляла, но они переходили от черного до полуночно синего, потом до сияющего зеленовато-голубого, а теперь они прекрасного бледно-зеленого оттенка, напоминающего мне о весне. О, и иногда в черном цвете появляется крохотный сине-зеленый огонек в центре зрачков.

Его рот широко открылся, а потом закрылся, став узкой линией. Его зрачки стали черными, пока она смотрела, словно ночь внезапно наступила, сменив замечательный весенний день. Она едва не улыбнулась собственной причуде. Может быть, ей стоило побольше ходить на уроки поэзии. Она могла бы написать «Оду глазам атлантийца».

– Вот сейчас, например, – заметила она, пытаясь сдержать улыбку, – они поменялись с ярко-зеленого до черного, когда я сказала про огоньки.

– Ну, только не паникуй, не прыгай и не броди по пещере, прошу, но, кажется, что на тебя заявили права обе мои половины, Кили, – ответил он, медленно выговаривая слова. Словно она вытягивала их из него. – Ты можешь оказаться в большей опасности, чем я думал.

Она открыла рот, собираясь сделать остроумное замечание, но потом поняла, что он вовсе не шутил. По позвоночнику поползли мурашки, что совсем не способствовало фокусировке.

– Две половинки твоей натуры. То есть это имеет отношение к тому, почему ты говоришь «мы», имея в виду себя и Нереида?

Прежде чем он ответил, она покачала головой.

– Нет. Не сейчас. Когда мы выберемся отсюда, я обещаю тебе, что мы обо всём этом поговорим. Я не убегу со всех ног еще часок-другой.

Его лицо помрачнело, он прищурился.

– Ты не убежишь от меня, Кили, – властно сказал Джастис. – Нет такого места, куда я не последую за тобой. Знай это.

– Да, значит, тебе тоже не мешало бы знать, что я очень плохо воспринимаю приказы, – заметила она в ответ. – Вместо того чтобы спорить, почему бы не сделать что-то более продуктивное? Например, выбраться?

Она выбрала один из самых больших сапфиров и подняла его, чтобы показать Джастису.

– Я думаю, что у меня есть план.

Осторожно положив драгоценный камень на скатерть, она решила, что время пришло.

– Есть кое-что, чем я бы хотела поделиться с тобой. О том ведении, когда я коснулась сапфира Лайама.

– Лайам? – одно это слово содержало в себе множество опасного. Внезапно он снова превратился в дикого хищника, и она не знала, почему. Вероятно, между ними была кровная вражда. Но сейчас не было времени углубляться в детали.

– Да, Лайам, но не он тут важен. Тебе нужно узнать о моем видении. Я была в комнате с Верховным жрецом Нереем и его женой, Зелией, когда они обсуждали Звезду Артемиды.

– Это невозможно. Должно быть, твое видение было ошибочным. Я знаю это имя, Нерей, но он не мог быть женат. Посейдон постановил, что его верховные жрецы не могут жениться. Если они не соблюдают целибат, то теряют слишком много своих сил. Нерей был одним из самых могущественных верховных жрецов в истории, так что он не мог быть женат.

Она пожала плечами.

– Может быть, записи о браке потерялись. Я живу с этими видениями с детства, и они никогда не были ошибочными. Нерей был женат на Зелии.

Она рассказала историю своего видения о Нерее и Зелии и то, что они говорили о Звезде Артемиды. Когда она закончила свой рассказ, ее заинтересовала важная подробность.

– Джастис, они говорили, что у этого предмета есть способности исцелять поврежденный рассудок. Может быть. Ты бы мог…

Испугавшись того, что чуть было не сказала, она замолчала на полуслове. У нее не было права. Совсем не было права.

Джастис сжал руки в кулаки и удерживал их у своих бедер. Когда он заговорил, то вовсе не сказал ей не совать свой нос не в свое дело, как она ожидала, и, если честно, именно этого заслуживала.

– Он знал? Лайам знал, что это видение причинить тебе вред и всё же отправил тебя в него без предупреждения? – тон его голоса изменился, став смертельно опасным.

– Ну, нет, он…

– Он – покойник, – просто сказал Джастис. – Он попадет в ад.

Мурашки побежали по ее позвоночнику от его слов, которые были скорее не угрозой, а простой констатацией факта. Кили внезапно почувствовала сочувствие к Лайаму.

– Да. Это очень поэтично, но совсем нечестно. Он понятия не имел, что видение так сильно на меня повлияет.