Чтение онлайн

Она запнулась, посмотрев на всех них по очереди, как будто чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

– Анубиза создает армию людей-рабов с поврежденными мозгами, которые никогда в жизни не вернутся в нормальное состояние. Она играет в судоку с нашими мозгами, и кто-то должен положить этому конец.

Если только она не была актрисой, лучшей, чем Алексиос видел когда-либо на сцене, Тиернан говорила правду. Страсть и боль в ее голосе едва ли заставили ее сорваться, но в этой женщине был стержень. Сталь, закаленная в насилии, а не в огне, тем не менее, у нее был этот стальной стержень.

– Расстроенный разум можно излечить, – сказал Конлан.

Вэн посмотрел на него.

– Звезда Артемиды? Но это…

Конлан легко махнул рукой, сбивая брата с мысли.

Вэн прищурился, но послушался. Потом ударил кулаком по столу, испугав их всех.

– Всё возвращается к ней, – рявкнул он. – Как же вселенная настолько потеряла равновесие, что Посейдон лениво сидит в сторонке, позволяя вампирской богине играть в кости на будущее трех рас?

– Ты святотатствуешь, нужно отметить, хотя не могу не согласиться, – сказал Конлан.

– Может быть, сейчас нам следует сосредоточиться на том, в каком направлении нам можно участвовать в этой битве, а не сетовать на действия Богов.

Тиернан тихонько вздохнула.

– Вы говорите, что Анубиза – в самом деле богиня? А Посейдон – вы имеете в виду мифического морского бога? – она прищурилась. – Я пришла к вам с настоящей проблемой, с настоящей информацией о вашем друге, ожидая реальной помощи. Вы так понимаете шутки? Давайте покормим сказками человека?

Алексиос взмахнул рукой, указывая на комнату, в которой они стояли.

– Ты в Атлантиде, Тиернан Батлер. На мифическом потерянном континенте Атлантида, как называют его тебе подобные. Ты, правда, желаешь отрицать существование морского бога, когда находишься в этой реальности, глубоко на дне океана?

Тиернан открыла было рот, чтобы ответить. Потом резко закрыла его. Через мгновение она улыбнулась, и им довелось увидеть ту беззаботную женщину, которой она была в не такие тяжелые времена.

– Ты действительно прав.

Потом улыбка пропала.

– Твой другой друг… тот, что вроде сошел с ума в Бостоне. С ним всё в порядке?

Алексиос посмотрел на Конлана, который кивнул.

– Бреннан в порядке и не помнит о своем нехарактерном поведении. Однако мы решили, что его следует держать от тебя на расстоянии, так как что-то в тебе заставляет его реагировать… враждебно.

– Черт побери, вы ребята умеете красиво выражаться, – протянула она, внимательно глядя на них. – Враждебно реагировать. Интересно вы завернули.

– У нас нет сейчас времени рассматривать это, даже если бы мы склонны были подумать об этом, – рявкнул Вэн. – Бреннан не будет находиться поблизости от тебя. А ты останешься в Атлантиде, пока мы тебя проверяем.

Прежде, чем она успела возразить, что было ясно по ее губам, Вэн криво улыбнулся.

– Проверка фактов, проверка фактов, проверка фактов? Прямо с твоих губ ко мне в уши.

– Ладно, – ответила она. – Думаю, что соглашусь, так как другого выхода нет. Я даже не знаю, как мы здесь оказались, а дворцовые слуги не слишком-то близки к человеческой пленнице.

– Ты – наша гостья, леди Тиернан. – сказа Конлан, и снова его королевское происхождение стало ясно всем. – А не пленница.

– Но мы проявим недобросовестность, если не проверим твою историю, как ты сама понимаешь. Дай нам несколько дней, и вернешься в Бостон, чтобы продолжить свою работу.

– Если говоришь правду, – добавил Алексиос.

– Правда, всегда правда, сияющая в движущихся песках нюансов, намерений и обмана, – прошептала Тиернан, глядя вдаль. – Я говорю правду так, как вы даже не сможете представить.

По позвоночнику Алексиоса прошла дрожь. Что-то определенно было не так с Тиернан Батлер. Вероятно, им бы стоило это проверить.

Конлан наклонил голову.

– Мы надеемся, ради нас всех, что ты говоришь чистую правду. Если вампиры дошли до настоящего уничтожения мозговых процессов у людей, тогда мы должны ответить им.

Принц снова склонился над картой.

– Может быть, у тебя и будет свой Пулитцер.

Тиернан хотела было ответить, но Алексиос понял по словам Конлана, что тот отпускает девушку.

– Если ты пойдешь со мной, Тиернан, я, разумеется, найду удобную…

– С ней хочет встретиться Эрин, – прервал его Вэн. – Она в Храме и сказала, что проведет экскурсию для Тиернан.

– Храм? – глаза девушки засверкали, и Алексиос уже научился узнавать журналистское рвение. – Какой Храм?

– Храм Нереид, – ответил воин, указывая на дверь. – Еще одни мифические создания, о которых мы говорили ранее.

Пока она осыпала его вопросами, Алексиос сумел направить ее к двери. Он открыл дверь, чтобы она вышла первой, а потом повернулся к Конлану и Вэну.

– Я буду готов, что бы вы ни решили.

Они кивнули одновременно, выглядя в этот момент одинаковыми близнецами, а не просто братьями.

– Мы знаем, – сказал Конлан. – Как только Аларик вернется, мы спланируем наши следующие шаги.

– Сначала Джастис, – сказал Вэн, и решительность его голоса была похожа на клятву. – Потом Анубиза и Отступники.

Алексиос кивнул, совершенно согласившись с таким планом. Он закрыл за собой дверь и пошел спасать охрану от вопросов Тиернан, повторяя клятву про себя.

Сначала Джастис , а затем – правосудие.

Репортерше бы это понравилось. Напоминало заголовок для первой полосы.

Джастис заставил себя сделать то, против чего боролся сотни лет. Он открыл щиты в своем разуме и отпустил нереидскую половину своей души. Сначала его ответом было молчание, словно Иной насмехался над ним.

Как будто он ждал слишком долго.

Однако постепенно сила, словно жидкий огонь, закружилась в невосприимчивых уголках его разума. Жар наполнил его тело, сверкая и переливаясь по его венам и артериям, как кровь, смешанная с шампанским.

Наконец-то, наконец-то ты воззвал ко мне, и пригласил показать мою силу. Голос нереида раздался в его разуме с грохочущими ударами, словно тот исполнял триумфальный марш.

– Я воззвал к тебе, чтобы разделить твою силу, – вслух ответил Джастис. – Если мы не сможем выбраться из пещеры, то тебе это тоже ничем хорошим не светит.