Чтение онлайн

Мэгс скрестила на груди свои мускулистые руки, и Коннор едва сдержал стон. Она угрожала ему этим с той самой ночи, когда Джаггер разоблачил его и сказал Мэгс, что мать Джаггера каждую неделю готовила для него свое фирменное блюдо, с тех пор, как он переехал в Сиэтл. Новость была воспринята не очень хорошо, поскольку Коннор почти столько же времени избегал многих блюд, связанных с шотландскими корнями Мэгс. В конце концов, он заставил себя наколоть еду на вилку, но когда попытался взять совсем маленькую порцию, Мэгс схватила вилку, хорошенько наколола на нее и протянула ему.

Это было не так уж и ужасно, но, поскольку от запаха у Коннора скрутило живот, ему пришлось заставить себя проглотить еду.

– Все хорошо, - удалось ему выдавить из себя, и улыбка, появившаяся на губах Мэгс, стоила той маленькой невинной лжи, которую он произнес.

Она крепко поцеловала его в щеку.

– Я приготовлю его, когда ты приведешь того мужчину познакомиться с Джеммой, - сказала она, хотя ударение на слове «того мужчину» означало, что она не в восторге от такой перспективы.

– Именно ты пригласила его, - пробормотал Коннор. Коннор не мог сказать, что удивило его больше – само приглашение или тот факт, что Зейн согласился на него, когда сегодня днем Мэгс вошла и увидела, как Зейн прижимает его к стойке бара, целуя на прощание.

– Я была всего лишь посыльным, - ворчливо сказала Мэгс. Коннор улыбнулся, так как знал, что приглашение, должно быть, исходило от жены Мэгс.

– Ну, это ты виновата, что рассказала ей о нем. Я же сказал тебе, мы просто друзья.

Мэгс фыркнула, а затем посмотрела на еду, которую он наколол на вилку, но еще не съел. Его спасла открывшаяся дверь, в которую вошла еще пара человек посетителей. Он быстро схватил контейнер и запихнул его за стойку, а затем сделал знак посетителям, когда Мэгс бросила на него мрачный взгляд.

– Уверен, что не нужно, чтобы я вернулась к закрытию?
– сказала она, взглянув на костыль, на который он опирался.

Это значительно усложняло его работу, но он знал, что если не даст ноге отдохнуть, то, в конечном итоге, это дорого ему обойдется. И как бы ему ни нравилось, что прошлой ночью Зейн заботился о нем, он не хотел, чтобы это стало нормой. И он определенно не хотел давать Зейну никаких оправданий для разрыва отношений даже на секунду раньше, чем тот планировал.

– Зейн заедет за мной, - сказал он.

Хотелось надеяться, что они смогут продолжить с того места, на котором остановились, прежде чем им пришлось встать с постели, чтобы Коннор успел на работу вовремя. Коннор был застигнут врасплох, когда Мэгс обхватила его лицо ладонями и долго изучала, не обращая внимания на двух мужчин, сидевших у стойки бара.

– Этот мужчина... может, он не так уж плох для тебя, - пробормотала она, прежде чем отпустить его и повернуться, чтобы вернуться в свой кабинет.

Принимая у мужчин заказы на выпивку, он понял, что ему нелегко описать, кем был для него Зейн. Но каждое слово, каждое чувство, которое у него возникало, намекало на будущее с Зейном... будущее, которого он хотел больше всего на свете, но знал, что будет бороться за него с Зейном на каждом шагу. Узнав о тяжелом детстве Зейна, Коннор получил некоторое представление о его потребности в контроле и стремлении к успеху, но это не приблизило его к пониманию того, сможет ли Зейн когда-нибудь попробовать что-то, помимо физических отношений. Коннор чуть не рассмеялся над иронией всего этого. Он, наконец-то, обрел умопомрачительную физическую связь, которую всегда считал недостижимой, но этого все равно было недостаточно. Он хотел всего, и хотел этого с Зейном.

***

Выключая компьютер, Зейн взглянул на часы на своем телефоне. У него было добрых полчаса до того, как он должен был заехать за Коннором, но поскольку за последние несколько часов он так и не смог толком поработать, решил, что не помешает просто сходить в бар и помочь Коннору закрыть заведение. Направляясь к лифту, он кивнул уборщику, убирающему офисные помещения.

К тому времени, как Зейн добрался до своей машины, он чувствовал себя так, как обычно чувствовал, когда знал, что увидит Коннора - возбужденным, нуждающимся, голодным, взволнованным. Но он также был на взводе, потому что знал, что сегодня переступил черту с Коннором, и когда Коннор узнает, это, вероятно, изменит все, что было между ними.

С тех пор как он ответил на звонок Коннору прошлой ночью, его не покидала мысль, что Джейсон Саттер продолжает мучить Коннора. И его навязчивая идея превратилась в страх, когда он понял, что даже угрозы возвращения в тюрьму для отбывания оставшегося срока за нападение на Коннора, казалось, было недостаточно, чтобы удержать этого человека. Физическое запугивание тоже не помогло, поскольку ни его, ни Джаггера избиения, казалось, совсем не изменили настроя Саттера. В лучшем случае, они его замедлили. В худшем, еще больше разозлили его, удерживая вдали от объекта его одержимости. Именно эта мысль побудила Зейна попросить Джаггера организовать встречу с Вином и Домом Барретти.

Джаггер сдержал свое слово и уже через пятнадцать минут после того, как он попросил о встрече с мужчинами, сидел в кабинете Дома. Хотя Вин был недоступен, так как был на приеме у врача со своей женой, Дом с пониманием отнесся к его просьбе, и час спустя Зейн покинул корпоративный офис «Барретти Секьюрити Груп», чувствуя себя в безопасности, зная, что менее чем через сутки Коннор будет под круглосуточной защитой. Более того, за Джейсоном Саттером тоже собирались следить, и Дом заверил его, что у них есть технологические ресурсы, чтобы раскопать факты, которые понадобятся, чтобы доказать, что именно Саттер стоял за телефонными звонками Коннору. Но, к изумлению Зейна, когда он достал свою чековую книжку, чтобы внести солидный депозит, Дом отмахнулся от него, сказав, что Коннор теперь член семьи. Он попытался возразить, но Джаггер оборвал его и сказал, что им пора уходить.

В этот момент Зейну было все равно, кто за что платит. Главное, чтобы Коннор был в безопасности. Но он также знал, что Коннор не обрадуется, узнав, что делалось за его спиной. Если он что и знал о Конноре, так это то, что тот был отчаянно независим, несмотря на трудности, с которыми сталкивался каждый день, и категорически отказывался быть обузой для кого бы то ни было. И из всех людей в его жизни, Зейну было меньше всего, что сказать по этому поводу, поскольку он не мог справиться со своим собственным дерьмом, чтобы стать тем человеком, которого заслуживал Коннор. Блядь, он даже не мог найти в себе сил оставить Коннора в покое, чтобы тот нашел парня, который ухватился бы за любую каплю нежности, предложенную Коннором.

Словно по сигналу, зазвонил его сотовый, и он улыбнулся, услышав мелодию звонка, которую поставил на Коннора. Это была та же песня, под которую Коннор крутился на кухне прошлым утром.

– Привет, - хрипло пробормотал Зейн, нажимая кнопку громкой связи на руле своей машины.

– Это Зейн?

Все тело Зейна напряглось при звуке незнакомого голоса на другом конце провода, и внутри все сжалось, когда он услышал что-то похожее на вой сирены на заднем плане. Он едва успел вспомнить, что нужно было прижать машину к обочине, прежде чем ударил по тормозам.