Освобожденный
Шрифт:
— Доброе утро, мои прелестные маленькие леди! Я только что говорил с вашим дядей Акселем, но не волнуйтесь. Я напомнил ему, что вы никогда не будете ходить на свидания, так что уверен, он прямо сейчас говорит об этом с Нейтом.
Они продолжают смотреть на меня, и я улыбаюсь, гладя их по головкам, прежде чем приступить к нашему ритуалу. У меня уходит больше времени, чем у Мелиссы, в основном потому, что у меня нет того волшебного прикосновения, которым, кажется, обладают только матери. Я продолжаю напоминать им, что они никогда не будут ходить на свидания и останутся папочкиными маленькими девочками до конца жизни.
Только позже той ночью я думаю о новом малыше Акселя и Иззи и улыбаюсь, размышляя о шансах, что у них родится девочка. Зная Акселя и его крайнюю собственническую натуру по отношению к Иззи, будет чертовски смешно наблюдать за ним с дочерью.
— Ты готов ко сну? — Мелисса опускается рядом со мной и тянется выключить новости.
— Красавица, если ты идёшь со мной, тогда чёрт возьми, да. Насколько я понимаю, у меня есть часа два, прежде чем кто-то проснётся за новой порцией еды. Это много времени, чтобы провести между этими ногами.
Она шлёпает меня по руке, но не теряет ни секунды, вскакивая и мчась в спальню.
В ту ночь мне не досталось двух часов. Нет, мои девочки решают поспать подольше. Я провожу следующие четыре часа, поклоняясь своей жене и каждый раз вспоминая, как же мне повезло…
15 лет спустя
Коэн
— Не могу поверить, что ты уезжаешь завтра. По крайней мере, Лин и Лайла уже водят, так что будет не так уж плохо остаться без твоих поездок. — Даниэль смотрит на меня с другого конца дивана, тихонько посмеиваясь и прекрасно зная, что будет скучать не только по моей роли водителя.
Я бросаю игровой контроллер рядом с собой и смотрю на неё. Боже, она и правда прекрасна. Мне должно быть стыдно за такие мысли. Она — лучшая подруга моих младших сестёр, практически член семьи. Чёрт, её брат — мой лучший друг. Это черта, через которую мне нельзя переступать. Господи, от этого чувствуешь себя извращенцем. Кажется, в последнее время я только и делаю, что напоминаю себе: не следует желать её. Ей скоро исполнится пятнадцать, а я уезжаю на первый курс в университет Джорджии.
Но сколько ни отрицай — между нами всегда была связь, желанная или нет.
То, что я чувствую к Даниэль Рид, — ненормально.
— Так это всё, чем я для тебя был? А, Дэни? Просто перевозкой из пункта А в пункт Б?
Она краснеет, и я клянусь, что чувствую это всем телом. Мне должно быть стыдно за эти мысли. За то, как сильно я жажду эту девчонку. Мне бы следовало гулять по городу и проводить время со всеми теми, кто хочет проводить меня в колледж как следует.
Чёрт, я не святой, и от этого кажется, что я никогда не буду достаточно хорош для Дэни.
Плюс, её отец прикончит меня.
Не просто прикончит. Он убьёт меня, и моя семья никогда не найдёт тело.
Да, Аксель Рид — из тех, кто, я знал всегда, разорвёт любого, кто посмеет тронуть его дочь.
— Нет, Ко… Ты для меня больше. Намного больше. — Она снова краснеет и быстро отводит взгляд.
Э-э, что сказала?
— Дэни? Я не умею читать между строк. У меня две младшие сестры, но, к сожалению, они мало чему научили меня в том, как работает ваш женский ум.
Она смотрит на меня, её зелёные глаза яркие от эмоций. Она несколько раз прокашливается, откидывая длинные чёрные, как вороново крыло, волосы за уши, прежде чем заговорить. Я вижу, как нервозность исходит от её хрупкого тела.
— Можно, я буду с тобой честна, Коэн?
— Конечно, Дэни. Ты же знаешь.
Её глаза расширяются, когда она слышит, как мои сёстры кричат сверху. Пройдёт совсем немного времени, и они слетят вниз по лестнице в подвал, где мы сидим, как два смерча дерзости.
— Если не хочешь, чтобы эти двое подслушали, сейчас самое время, Дэни.
Она краснеет ещё сильнее.
— Я буду скучать по тебе, Коэн. Знаю, ты не смотришь на меня так, как я на тебя, но однажды ты вернёшься, а я всё ещё буду ждать тебя. Ждать, когда ты увидишь меня так, как я вижу тебя. Запомни мои слова, Коэн Кейдж. Когда-нибудь ты будешь моим. А до тех пор, пока ты не готов… я буду здесь. Я буду ждать.
Не успеваю я даже вдохнуть, чтобы ответить, как в комнату вбегают эти две юлы, говорящие бог знает о чём. Я просто застываю с разинутым ртом, не отрывая глаз от Дэни. Не успеваю опомниться, как они уже стаскивают Дэни с дивана и выбегают через заднюю дверь.
Что, чёрт возьми, только что произошло?