Чтение онлайн

В проекте Балтийской АЭС вообще игнорируется влияние радиационных выбросов АЭС на население в режиме безаварийной эксплуатации. Декларируемый разработчиками проекта «пренебрежимый уровень» облучения не подтвержден результатами сравнительных исследований состояния здоровья населения, живущего рядом с АЭС и в районах, свободных от подобных предприятий. В то же время разработчиками проекта АЭС проигнорированы многочисленные данные о негативном воздействии работы атомных станций на заболеваемость определенных групп населения в этих местностях. Например, согласно результатам исследований, проведенных по заданию Федерального ведомства радиационной безопасности Германии (Bundesamt ftir Strahlenschutz), заболевания лейкемией среди детей в возрасте до пяти лет встречаются тем чаще, чем ближе они проживают к действующим АЭС. Исследования проводились Институтом медицинской статистики, эпидемиологии и информатики в сотрудничестве с Клиническим центром университета Майнца с 2003 года [30] . Похожие результаты есть у ученых в других странах, однако ни одно из подобных исследований не учтено в проекте Балтийской АЭС. Впрочем, не трудно понять, почему это произошло – при признании подобного влияния АЭС на население оставалось бы только навсегда отказаться от атомной энергетики, как это сделано в Германии после аварии на АЭС «Фукусима– Дайчи».

Речь должна идти не только о выбросах в атмосферу, но и жидких сбросах с АЭС, и, конечно, оценка воздействия сброса жидких радиоактивных отходов, поступления радионуклидов в водоемы также отсутствует. Хотя данные об обращении с жидкими радиоактивными отходами в проекте приводятся, их негативное воздействие не рассматривается. О большой значимости этого вопроса можно судить даже по проектам других российских АЭС. Например, в ОВОС проекта Тверской АЭС, общественные слушания по которому также прошли в 2009 году (см. ниже), утверждается: «Все категории сбросных вод КАЭС содержат тритий (период полураспада 12,5 лет), который поступает в озера-охладители, минуя очистные барьеры. Величина удельной активности трития в озерах-охладителях и р. Съежа примерно в 50 раз выше средних значений содержания трития в открытых водоемах России, что связано со сбросами и выбросами Калининской АЭС» [31] . А вот выписка из Предписания № 801-07 (от 26 ноября 2007 года) от территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Тверской области: «В питьевой воде г. Удомля отмечено превышение ПДК по суммарной альфа-радиоактивности в 2 раза. Употребление питьевой воды, не соответствующей гигиеническим нормативам по радиологическим показателям, может оказать негативное влияние на организм человека и привести к необратимым последствиям». Среди необратимых последствий имеются в виду и генетические нарушения, которые может вызвать тритий в организме человека. Тем не менее в случае с ОВОС проекта Балтийской АЭС вопрос о вреде радиационного загрязнения воды проигнорирован.

Проект Балтийской АЭС, пожалуй, самый некачественный, судя по документации, из тех, что реализуются в России. В погоне за экономической прибылью, которую сулит продажа электроэнергии в Европейский союз, атомная промышленность игнорирует важнейшие вопросы безопасности и радиационного влияния на природу и человека.

4 сентября 2009 года прошли общественные слушания по проекту строительства атомной станции в Навашино Нижегородской области, примерно в 20 км от города Муром и границы с Владимирской областью. Опрос общественного мнения в Нижегородской области выявил, что 62 % населения относятся к строительству АЭС негативно и лишь около 24 % его поддерживают. С точки зрения жителей Нижегородской области, в приоритетном порядке необходимо развивать возобновляемые, экологически чистые источники энергии. За это высказалось 49 % опрошенных. Развивать в приоритетном порядке гидроэнергетику хотели бы 36 %. Развитию газовой энергетики отдают предпочтение 14 %, у нефти и угля количество сторонников 7 и 4 %соответственно. Около 14 % хотели бы, чтобы в первую очередь строились АЭС [32] . Опрос в Муроме выявил, что свыше 90 % горожан категорически против строительства атомной станции в 20 км от города [33] . В течение 2009 года в Нижнем Новгороде неоднократно проходили различные акции протеста. В Муроме состоялось несколько митингов, крупнейший из которых 1 сентября 2009 года собрал около 5000 участников.

Перед слушаниями местная милиция задержала представителей экологической группы «Экозащита!», которые приехали в Навашино, чтобы принять участие в слушаниях и обнародовать претензии к довольно спорному проекту АЭС. Размноженный текст комментариев к проекту был изъят сотрудниками милиции. По окончании слушаний милиционеры экологов отпустили, так и не предъявив никаких обвинений и не составив документов о задержании. Заявления о незаконном задержании, составленные в тот же вечер и переданные в службу внутренней безопасности милиции, были проигнорированы – проведенное расследование не обнаружило состава преступления в действиях милиционеров.

Зал, арендованный для проведения слушаний, не смог вместить всех желающих высказаться. В связи с этим, а также и с тем, что мнение жителей соседнего региона, Владимирской области, открыто игнорируется, позднее прошли еще одни общественные слушания в городе Муром. Несмотря на то, что местные власти заблаговременно направили в «Росатом» приглашение, представители атомной промышленности проигнорировали эти слушания. Кроме того, свыше 50 тыс. подписей жителей Мурома против строительства Нижегородской АЭС были направлены в Администрацию президента РФ. Пока какой-либо значимой реакции на эти обращения граждане не получили.

При анализе проекта Нижегородской АЭС опасения местных жителей становятся более понятными, ведь он недалеко ушел от крайне сырого проекта Балтийской АЭС. Также отсутствует анализ запроектной аварии с разрушением реактора. Катастрофа, которая будет развиваться по сценарию, не учтенному разработчиками, приведет к последствиям, сравнимым с Чернобылем. Запроектная авария не исключена в проекте на 100 %, а ведь каждая крупная ядерная авария, случившаяся в истории, характеризовалась именно таким развитием событий, которое не было предусмотрено даже в качественно разработанных проектах.

Особенностью проекта Нижегородской АЭС является его сомнительное расположение, вернее, геологические особенности площадки, выбранной для строительства. На подстилающем глиняную толщу гипсовом карсте АЭС в России еще не строили. Атомная станция дает гораздо большую статическую нагрузку на грунт, чем другие сооружения. Работа турбин добавляет к этому вибродинамическую нагрузку, что неизбежно усилит карстовые процессы на этом участке. На прилегающих территориях известны случаи образования крупных провалов на весьма больших глубинах, что создает риск провала АЭС под землю. Нет никаких расчетов, связанных с тем, что подъездные пути и коммуникации (связь, электроснабжение и т. п.) также располагаются на карстоопасных территориях. Необходимо рассмотреть случаи потенциальных аварий, связанных с этим, например, образования карстового провала при вывозе ОЯТ или провала под линией электропередачи в момент максимальной нагрузки на станции.

Местные специалисты указывают на то, что в прошлом в Нижегородской области уже бывали случаи провала зданий и сооружений под землю на карстовых участках, однако лишь на условиях анонимности. В регионе сегодня трудно найти специалиста, который согласился бы открыто об этом говорить из-за опасений потерять работу. Для крупных проектирующих организаций важны государственные заказы, а открытое оппонирование государственной корпорации по атомной энергии, очевидно, может уменьшить шансы таких заказов.

Есть и другие причины для озабоченности. В проектной документации, представленной для общественного обсуждения, отсутствует информация о воздействии на окружающую среду в случае преднамеренной попытки создания аварийной ситуации (террористическая атака, военные действия и т. п.). Если сравнивать этот проект с западными аналогами, то анализ подобных ситуаций стал обязательным для любых новых проектов с атомными реакторами во всех развитых странах. Ссылки на защитную оболочку реактора, выдерживающую падение самолета весом в 20 т, о которой любят говорить разработчики проекта Нижегородской АЭС, явно недостаточно, потому что подавляющее большинство пассажирских самолетов весит существенно больше. Кроме того, хранилище ОЯТ не выдержит падения даже небольшого самолета, а последствия его взрыва могут быть весьма масштабными, ведь в отработанном ядерном топливе содержится гигантское количество радиации. Если внутри реактора есть одна загрузка ядерного топлива, то в хранилище использованного топлива этого материала с очень высоким уровнем радиоактивности намного больше. Те же проблемы, впрочем, свойственны и проекту Балтийской АЭС.

Многие недостатки проекта Балтийской станции повторяются и здесь. В проекте отсутствуют оценки воздействия на окружающую среду последствий возможных аварий с радиоактивными отходами и ОЯТ (транспортные аварии, разгерметизация контейнеров, протечки бассейнов выдержки, неисправности системы охлаждения). Та же ситуация и с отсутствием информации о ликвидации (демонтаже) по окончании эксплуатации реакторов.

При Нижегородской АЭС будет построено хранилище радиоактивных отходов, рассчитанное на срок работы станции (50 лет). В ОВОС отсутствует информация о дальнейшей судьбе этого хранилища: что с ним будет, кто и за счет каких средств должен дальше обеспечивать безопасность этого хранилища, какие при этом применяются технологии и технические решения.

В проекте Нижегородской АЭС отсутствуют расчеты по выбросам радиоактивного трития и радиоактивного углерода (С14), как будто их и вовсе нет. Вместе с тем хорошо известно, в том числе и из проектов других российских АЭС, что с реактора типа ВВЭР подобные выбросы обязательно будут. Об опасности этих радионуклидов в условиях попадания их в человеческий организм уже говорилось выше.

Вызывают недоумение разные требования по удаленности объекта от мест проживания населения и персонала АЭС. Требование размещать поселок энергетиков с наветренной стороны от станции на расстоянии не менее 8 км, в то время как в проектной документации указывается, что санитарно-защитная зона совпадает с периметром станции, удивляет. Получается, что для местных жителей 8-километрового удаления не требуется, а для сотрудников АЭС оно необходимо.