От имени науки. О суевериях XX века
Шрифт:
— Чем объяснить, что движение каких-то светящихся или темных пятен на небе люди сплошь и рядом описывают как маневрирование, так что сразу приходит мысль об управляемом аппарате?
— Даже если человек стремится добросовестно описать движение, сделать это нелегко, особенно при отсутствии навыка. Движение происходит в пространстве, мы же наблюдаем его в плоскости, отсюда — искажение реальной картины. Вы, наверное, видели движение спутника. Вам кажется, что он летит то медленнее, то быстрее, меняет направление своего движения. А на самом деле он движется равномерно вокруг Земли.
— Можно ли считать, что все замечаемые в небе непонятные явления — те, что остаются пока непонятными даже после тщательного изучения, — имеют одну и ту же природу?
— Нет, конечно. Это могут быть и особые формы полярных сияний, и вихри, и многое другое…
— По логике следует, что процент непонятных явлений, которые так и не удается понять, будет все время сокращаться. Достигнет ли он когда-нибудь нуля?
— Вряд ли. Познание, как известно, неисчерпаемо. Это относится и к данной области.
Стало быть, повод для разговоров о «летающих тарелках» всегда останется.
На этом наша беседа закончилась. Все это время Ажажа сидел молча. Больше он в редакции не появлялся, и я ничего о нем не слышал.
Мыслепередача Москва — Керчь
Споры о телепатии идут много лет. Время от времени газеты сообщают, будто где-то за границей получены убедительные свидетельства существования этого феномена. После, однако, об этих сообщениях забывают.
У нас тоже есть «телепаты». Одно время известность получили Юрий Каменский и Карл Николаев, которые, как утверждалось, провели ряд успешных телепатических опытов.
Вообще-то сенсацией было бы, если бы удалось доказать, что возможен обмен мыслями между двумя людьми, сидящими в соседних комнатах. Но соседние комнаты — неинтересно. Вот если бы между «телепатами» пролегли тысячи километров!… В одном из экспериментов Николаев отправился в далекий сибирский город, а Каменский остался в столице.
«Во время сеансов, — писала одна из газет в статье под названием «Мыслепередача Москва — Новосибирск», — Николаев довольно четко принял изображение гантелей и отвертки… При приеме других образов вплеталось множество ассоциативных помех. Экспериментаторы, однако, считают, что в дальнейшем при учете первого опыта эти помехи можно будет ослабить… Сеанс с картами Зенера {листы бумаги с изображением одной из пяти фигур: круга, квадрата, звезды, креста или трех волнистых линий} еще обработан не до конца. Но уже сейчас ясно, что число совпадений переданных и точно принятых изображений выше числа возможных случайных совпадений, высчитанных по теории вероятностей».
К данным эксперимента автор статьи присовокуплял и свои собственные наблюдения.
«В заключение замечу, — писал он, — что мне лично довелось проверить телепатические способности К. Н. Николаева и Ю. И. Каменского. Это заставляет меня присоединиться к мнению тех советских ученых, которые считают, что способностью к мыслепередаче обладают все люди, только в разной степени. И что эти способности поддаются тренировке».
Менее чем через год другая газета сообщила о новом опыте, на этот раз о сеансе передачи мыслей Москва — Ленинград. Новая статья отличалась от предыдущей восторженным стилем:
«Поезд-экспресс летит со скоростью 160 километров в час. Точно измерено время распространения радиоволн — 300 тысяч километров в секунду… А какова скорость мысли, с которой она преодолела путь между Москвой и Ленинградом без помощи радио и телеграфа? Именно такие эксперименты по передаче мысли между Москвой и Ленинградом были проведены…»
А вот как описывался сам эксперимент:
«В закрытые глаза Каменского бил свет. Вспышки яркой лампы следовали одна за другой. Даже сквозь закрытые веки Юрий чувствовал яркость луча. Он старался мысленным взором увидеть Николаева и передать ему свое ощущение света. Николаев увидел Каменского и зажмурил глаза. Но спрятаться от лучей было некуда…»
Это был первый этап эксперимента. Затем начался второй:
«В Москве Юрий Каменский смотрел через разные промежутки времени на пластмассовую щетку, коробку из-под папирос «Ява», еще на какой-то предмет, названия которого он сам не знал, — их принесли к началу опыта в запечатанном виде из Политехнического музея. Образы этих предметов следовало передать. Юрий раскрыл коробку «Явы» и представлял Карла, берущего папиросу из пустой коробки. В эти мгновения Карл записывал в тетрадь, еле поспевая за бегом образов: «…где-то мерещится папироса (отвлекает запись). Есть крышка, внутри пусто. Поверхность не холодная. Картон».
Наконец, третий этап:
«…На второй день пребывания в Ленинграде свершилось то, что было под силу только радио. В эфир были переданы слова».
Итак, вроде бы доказательства получены. Увы, после этих публикаций скептическое отношение большинства ученых к телепатии не изменилось. Тогда в «Литературную газету» обратилась группа энтузиастов с просьбой опубликовать статью «Парапсихология — наука будущего». Имея в виду результаты экспериментов Москва — Новосибирск и Москва — Ленинград, авторы говорили о телепатии как о чем-то абсолютно доказанном. Сюда же пристегивались телекинез, ясновидение, кожное зрение…
«Результаты парапсихологических исследований, — говорилось в статье, — представляют не только научный, теоретический интерес, но и позволяют решать ряд вопросов, имеющих прикладной характер. К ним следует отнести осуществление биотелесвязи — передачу информации помимо существующих в настоящее время технических средств связи, повышение эффективности учебных процессов, извлечение информации из глубин человеческой памяти…»
Что ж, благие намерения. Вот только существует ли биотелесвязь? По нашей просьбе авторитетные специалисты познакомились с протоколами телепатических опытов и пришли к заключению, что в этих опытах нарушался ряд методических требований, выполнение которых обязательно в такого рода экспериментах, протоколы были оформлены с грубым нарушением общепринятых правил, результаты экспериментов нельзя было истолковать однозначно.
По этой причине мы решили повременить с публикацией статьи до тех пор, пока не будут получены более убедительные доказательства существования телепатии. Мы решили провести контрольный эксперимент.
Конечно, не дело газеты заниматься научными исследованиями, но как быть, если научные учреждения не желают обращаться к этому предмету, полагая его несерьезным, а читателей он интересует?
Газетный эксперимент — дело тяжелое. Ради десятка-полутора страничек текста приходится проделать уйму организационной работы, не предусмотренной обычным редакционным распорядком. Куда легче напечатать обычную статью.