Чтение онлайн

Разумеется, Ловлас не собирается после этого бросить Клариссу на произвол судьбы. Ему нужно, чтобы oнa и ее отец униженно просили его взять Клариссу в жены. Читатели романа ждали женитьбы, как естественного и счастливого конца, помня о страсти молодых людей, прощая им их ошибки.

Но Ричардсон закончил роман по-другому. Его Кларисса — гордая и чистая натура. Она презирает Ловласа и не может стать его женой. Кларисса бежит от него, после чего тяжело заболевает. Раскаявшийся Ловлас умоляет ее стать его женой, но она его отвергает. Вскоре она умирает, не в силах перенести потрясения и горького разочарования в любимом человеке. Ловлас покидает Англию, уезжает в Италию; но его терзают угрызения совести, он не может забыть Клариссу. Перед смертью на дуэли он видит ее призрак; Ловласа убивает двоюрдный брат Клариссы.

Имя Ловласа стало нарицательным, обозначая развратного и легкомысленного человека. Именно таким — развратным аристократом — и задумал его Ричардсон, но создал образ противоречивый и сложный. В Ловласе сочетаются эгоизм и развращенность аристократа с блестящим остроумием, глубокой страстью к Клариссе (силу этого чувства он долго не понимает), известным обаянием. Читательницы влюблялись в этого опасного героя, к великому огорчению автора.

Роман выходил по частям, и вся Англия ждала с нетерпением продолжения и благополучного поворота в судьбе Клариссы и Ловласа. Какой-то молодой офицер пытался вызвать шестидесятилетнего Ричардсона на дуэль: его невеста горько оплакивала судьбу Клариссы и сказала, что вообще не выйдет замуж, если мисс Кларисса умрет. Горькие упреки родных и знакомых сыпались на Ричардсона за то, что он обрек своих героев на гибель, вместо того чтобы благополучно поженить их.

Ричардсон был огорчен, что его отрицательный герой оказался всеобщим любимцем. Он видел в этом какую-то свою ошибку и решил исправить ее — создать подлинно добродетельного героя, который вытеснил бы Ловласа из сердец читательниц. Так появился «бесподобный Грандисон, который нам наводит сон» (по выражению Пушкина).

Сэр Чарльз Грандисон — добродетельный молодой дворянин. Он совершает множество подвигов и добрых дел; некоторые из них, как и сам образ Грандисона, воскрешают в памяти рыцарские романы. Лишенный недостатков и страстей, Грандисон превратился в безжизненную фигуру. Читателю даже не ясно, кого он любит — англичанку Гарриет Байрон или итальянку Клементину. В конце концов он сочетается браком с мисс Гарриет Байрон.

Роман о Грандисоне тоже имел успех (главным образом, среди молодых девушек), но более серьезные критики отнеслись к нему с оттенком иронии.

Творчество Ричардсона с присущим ему вниманием к человеческим чувствам и некоторой слезливой чувствительностью во многом предваряло новое литературное направление второй половины XVIII века — сентиментализм. Его крупнейшие представители: Л. Стерн — в Англии, Ж. Ж. Руссо — во Франции, Н. М. Карамзин — в России. В знаменитом романе Руссо «Новая Элоиза» (1761) влияние Ричардсона проявляется и в форме (это тоже роман в письмах), и в сюжете (суровая непреклонность отца, решившего выдать свою дочь за нелюбимого человека), и в крайней чувствительности героев.

В повести Карамзина «Бедная Лиза» (1792) история поселянки, погибающей по вине легкомысленного дворянина, созвучна романам Ричардсона о Памеле и Клариссе.

Но при всем значении творчества Ричардсона для развития литературы интерес к нему постепенно угас, образы его героев потускнели в памяти потомков. Созданный им жанр семейно-бытового, любовно-психологического романа развивался с такой быстротой, достиг уже в начале XIX века таких вершин, что за блеском новых шедевров забылся скромный первооткрыватель и его многотомные истории в письмах. Эпистолярная форма тоже скоро изжила себя, хотя писатели до сих пор любят включать письма героев в ткань романа.

Ричардсона и его романы иронически оценивал Пушкин. Но он отлично представлял его влияние на умы, его значение для русской читающей публики начала XIX века. Именно поэтому одной из любимых героинь Татьяны Лариной оказывается Кларисса Гарлоу, одним из любимых героев — Грандисон.

Полемика с Ричардсоном сыграла значительную роль в творчестве выдающегося английского писателя-реалиста Генри Филдинга (1707–1754). Жизнь этого веселого, доброго, отзывчивого человека была нелегка. Он знал нужду и лишения, хотя и родился в аристократической семье. Но семья эта (отец его был офицером) была обедневшей, многочисленной, Генри был старшим из 12 детей. Генри рано потерял мать, мачеха не была к нему добра. Бабушка по матери хотелв забрать его к себе, отец не отдавал, этот спор из-за мальчика был передан в суд и затянулся на много лет. Сиротство, семейное неблагополучие и судебная волокита — вот первые жизненные впечатления Филдинга.

Он учился в привилегированном Итонском колледже, потом поступил на филологический факультет Лейденского университета (в Голландии). Но денег не было, и учебу пришлось оставить.

Филдинг начал писать и ставить пьесы, стал комедиографом. Успех имела его шуточная пьеса: «Трагедия трагедий, или Жизнь и смерть Великого Мальчика-с-пальчик» (1730). Поклонник и последователь Свифта, Филдинг мог гордиться: мрачный Свифт от души смеялся, когда смотрел эту комедию. Эта веселая сказочная пьеса была небезобидна: Филдинг высмеивал партию вигов и возглавлявшего правительство министра Роберта Уолпола, известного взяточника. В комедиях Филдинга политическая сатира занимала первое место.

Филдинг стал известным автором комедий, у него был свой театр, пользовавшийся популярностью. Он женился по любви на прелестной девушке, у них подрастали дети. Но эта счастливая полоса его жизни была оборвана в 1737 году специальным законом о театральной цензуре, который издал Роберт Уолпол, чтобы остановить разоблачительную деятельность Филдинга. Театр Филдинга был закрыт, передан другой труппе, ему было запрещено писать пьесы. Голод и нужда стали уделом его семьи.

Филдинг решил овладеть новой профессией. Тридцати лет он поступил в юридическое учебное заведение, где его товарищами были 15-летние мальчики. Через три года он получил права адвоката и в дальнейшем до конца дней работал судьей в одном из районов Лондона. Это был неподкупный и справедливый судья; к нему не смели обращаться с предложением взяток. Картины народной нужды, растущего пьянства бедняков ужасали Филдинга. Многие впечатления отразились потом в его романах.

Романы Филдинг начал писать в 1742 году. Толчком послужил успех Ричардсона, его романа «Памела». Филдинг не мог согласиться с Ричардсоном, видевшим спасение одинокой, беззащитной молодой женщины только в ее стойкости и добродели. Кроме того, Филдинга оттолкнули некоторые ханжеские черты в облике Памелы. Появилась великолепная пародия на «Памелу» — «История приключений Джозефа Эндрьюса и его друга Абраама Адамса» (1742). С нее начался новый творческий взлет Филдинга: бессмертную славу он завоевал как романист. Его «Том Джонс» живет и в настоящее время, тогда как его комедии остались в XVIII веке.

Но в те же годы, когда читатели смеялись над героями первого романа Филдинга, автору пришлось пережить горькие потери: умерли его молодая жена, его старшая дочь. Осталось двое детей. Позднее Филдинг женился на преданной служанке. От второго брака родилось двое детей. Громкая литературная слава и напряженная работа в суде не спасали писателя и его семью от нужды. Переутомленный, измученный Филдинг тяжело заболел; врачи посоветовали совершить путешествие на юг, в Португалию.

Переезд по бурному морю окончательно подорвал здоровье писателя. Прибыв в Лиссабон, он умер. Ему было всего 47 лет. На корабле (уже через силу) он вел «Дневник путешествия в Лиссабон». Денег, вырученных от публикации дневника, хватило лишь на покрытие долгов.

Искрометная веселость, добрый юмор и смелая сатира сочетаются в романах Филдинга. Под его пером английский роман приобрел совершенно новые черты, которые будут характерны для него и в XIX веке. Филдинг отметает эпистолярную форму романов Ричардсона и избирает путь живого повествования; портрет, пейзаж, остроумный диалог, яркие бытовые сцены — все это находит место на страницах романа.

Вершиной творчества Филдинга стал его роман «История Тома Джонса, Найденыша» (1749). Он имел такой успех, что за один год понадобилось четыре издания, не считая еще нескольких выпущенных издателями-«пиратами», ни пенса не заплатившими автору. Книгу раскупали в первые же 2–3 дня, как только она появлялась в продаже.