Чтение онлайн

Есть и более молодежные организации, представляющие своего рода боевые уличные отряды. Например, Американский фронт (The American Front) — расистская организация скинхэ-дов, действующая в различных штатах страны. Она создана в 1987 Бобом Хейком, которого в качестве лидера сменил Дэвид Линч. Пропагандирует антисемитизм и сотрудничает с другими экстремистскими организациями — Vinlanders, Volksfront, Sacto Skins, Bay Area Skinheads, Confederation of Racialist Working Class Skinheads, the United Society of Aryan Skinheads, Berdoo Skins.

Этот список можно значительно расширить, хотя на примере этих организаций уже видно насколько широки взгляды американских экстремистов.

Но основной парадокс заключается в том, что американским властям в последнее время все труднее и труднее удается контролировать агрессивную «культуру» своих граждан, которая начинает вырываться из их подсознания (англо-сакасонс-кого протестантского, расистского или какого-либо еще, но явно, тяготеющего к осуществлению насилия) [245] ... Похоже, что государственный Левиафан устал обуздывать желания своих подчиненных...

Поэтому все чаще эта агрессия идет на экспорт...

В последнее время заметно усилилась активизация США на тихоокеанском направлении. В то время как Госдепартамент официально заявил, что этот вектор будет приоритетным во внешней политике Белого дома из-за растущего экономического и финансового значения ряда стран региона, очевидно, что эта стратегия в качестве элемента более общей зонтичной доктрины глобального лидерства является всего лишь прикрытием для осуществляющегося ребрендинга Нового Мирового Порядка.

Збигнев Бжезинский предлагает США стать «региональный балансировщиком» в Азии, выступая посредником в разрешении конфликтов и устраняя военный дисбаланс. Иными словами, Штаты, хотя и не являются азиатской державой, хотят разоружить регион, в то же время укрепив там свое присутствие [246] .

Китай является одной из очевидных целей в этой новой игре, и США, используя любые возможности, пытаются переформатировать взаимоотношения со всеми игроками этой зоны — от Малайзии до Австралии.

В среде военных США открыто подтверждают, что усиление военного присутствия в Тихом океане связано с растущей военной мощью Китая. Издание Businessinsider пишет, что «Австралия приютит 2000 морских пехотинцев из США. А на Филиппинах американские военные будут обучать своих коллег в этой стране. Сейчас войска США временно находятся в этой стране по просьбе правительства, но обсуждают возможность создания совместной базы. Кроме того, из-за угрозы действий местных ячеек Аль-Каиды на юге страны ВВС получают от США техническую помощь. На о. Гуам планируется разместить 4700 морпехов, — со времен Второй мировой войны там еще не было такого количества военных...» [247] .

При этом Вашингтон ловко использует различные трения и противоречия, возникающие между странами региона. Особенно показателен случай с КНР. Спорные территории в районе Южно-Китайского моря привели к тому, что в стане недоброжелателей у Пекина образовалась потенциальная коалиция государств — от Вьетнама до Филиппин.

Китай достиг определенного соглашения с Вьетнамом по основным принципам, связанным с морскими вопросами. В октябре 2011 г. оба государства создали рабочую группу по демаркации и разделу Тонкинского залива возле спорных Парасельских островов [248] . Хотя в марте с.г. китайцы в очередной раз задержали два рыболовецких вьетнамских судна, в связи с чем Ханой выразил протест Пхеньяну.

10 апреля с.г. произошел очередной инцидент между Китаем и Филиппинами, когда военный корабль КНР вошел в территориальные воды Филиппин из-за угрозы задержания рыболовецкого китайского судна. Это произвело к эскалации напряжения между странами, — Китай отправил в зону конфликта патрульные катера, а Филиппины выслали судно береговой охраны.

А 25 апреля 2012 г. прошли совместные американо-филиппинские маневры по захвату острова в Южно-Китайском море. Чтобы максимально приблизить учения к реальной обстановке, они отрабатывались на о. Палаван, который граничит с этой зоной конфликта. Как указало британское издание The Telegraph, «представитель вооруженных сил Филиппин подполковник Роммель Абрау сообщил, что учения прошли успешно. В то же время он отметил, что они не были направлены против Китая, хотя Пекин выразил протест по поводу усиления военного присутствия США в регионе» [249] . Между тем, у обеих стран есть юридическое обоснование — США и Филиппины в 1951 г. подписали соглашение о взаимопомощи в сфере обороны против внешней агрессии или во время войны.

Что касается других международных правовых нюансов, то стоит отметить, что последний саммит ASEAN, который состоялся в столице Камбоджи Пномпень в начале апреля с. г., не привел ни к каким результатам по вопросам спорных территорий в Южно-Китайском море. Поэтому у других претендентов на участки Южно-Китайского моря нет дипломатических инструментов для скорейшего разрешения этой проблемы.

Все же, претензии Китая вполне обоснованны, так как усилия США по милитаризации региона очевидны. На данный момент Соединенные Штаты проводят модернизацию взлетнопосадочных полос на Кокосовых островах между Австралией и Шри-Ланкой. Это значит, что готовится плацдарм для возможной будущей атаки. А новая база на Филиппинах по замыслу американских стратегов могла бы обеспечить ряд преимуществ: она бы сдерживала попытки ВМС Китая расширить периметр обороны, что, в свою очередь, позволит осуществлять быстрое и многостороннее военное реагирование в случае конфликта с Тайванем, а само присутствие американских военных являлось бы противовесом против Китая при работе с другими странами, имеющими выход в Южно-Китайское море, в том числе и с Вьетнамом [250] .

Австралия представляет одну из наиболее удобных баз для будущего американского присутствия, где уже давно местными консерваторами муссируется тема «китайской угрозы». В австралийский г. Дарвин, где находится местная военная база, уже прибыли первые морпехи США. Официально о создании новой базы США объявлено не было, однако руководство обеих стран подтвердило, что будет установлено совместное пос-тоянное взаимодействие. Редактор издания The Atlantic Макс Фишер в публикации «Пять уроков из плана постоянного военного присутствия США в Австралии» [251] рассматривает основные мотивы для новой стратегии Вашингтона, і) Это связано со сдерживанием Китая. Размещение в Дарвине военнослужащих расширит возможности США в Тихом океане и, что самое главное, установит военное присутствие в западной части Тихого океана, что с одной стороны, будет сдерживать Китай, а с другой — китайские ракеты не будут представлять угрозы; 2) США уходят с Ближнего Востока и Центральной Азии, т.к. этот регион охвачен антиамериканскими настроениями, в Восточную Азию, где альянсы с США могут принести выгоду; з) Обама хочет уйти из Афганистана; 4) Это связано с трениями из-за американской базы в Японии, следовательно, база в Дарвине будет служить особым резервным местом с сохранением приоритетов по региональной безопасности; 5) Австралия может стать новым клиентом США как Саудовская Аравия, так как австралийцы говорят по-английски, имеют демократическую систему, и в этой стране нет идеологических причин противостоять США. Это подтверждается поддержкой Австралией всех войн, которые вели США, начиная с вьетнамской.

Тайвань и Южная Корея традиционно следуют в фарватере американской политики, хотя это выглядит и несколько реактивно. Например, Джордж Фридман, анализируя ситуацию в Южной Корее, обосновывает присутствие американских военных в этой стране самим наличием северного соседа. Он пишет, что Китай является хорошим прикрытием для Пхеньяна, и это сотрудничество выгодно обеим странам. Пекин использует КНДР как буферную зону, а Северная Корея обращается за дипломатической помощью к Китаю, в частности по ядерному вопросу. Но в целом по отношению к Южной Корее Пхеньян ведет себя очень осторожно и прагматично, и присутствие американских войск не является особо необходимым. Они могут быть выведены, но этого сделано не будет, так как из-за инерции самой ситуации их легче там оставить, а не выводить [252] .

Одной из ключевых стран для проникновения США в регион является Мьянма. Достаточно взглянуть на географическую карту, как сразу же станет понятно то рвение, которое осуществляет Госдеп по отношению к этой стране. Хотя она не имеет выхода к Тихому океану, но протяженное побережье Бенгальского залива и общая граница с КНР делает ее привлекательной для использования в качестве тылового плацдарма для экспансии или силовой проекции в Китай. Во время Второй мировой войны США уже пытались построить так называемую Бирманскую дорогу, чтобы достичь провинции Юньнань и снабжать войска Чан Кай-ши [253] . На тот момент из-за труднопроходимое™ территории этого осуществить не удалось, однако современные военно-технические средства позволяют сделать намного больше. К тому же не обязательно осуществлять прямую агрессию. Расположение радарных систем, ракетных комплексов или военных баз с ударными военно-воздушными группами будет постоянно требовать от Китая повышенного внимания к этой зоне.