Чтение онлайн

Что касается их оппонентов из числа демократов и ультралибералов, то они в свою очередь использовали «Институт прогрессивной политики» для того, чтобы генерировать идеи для администрации Билла Клинтона.

Эта тенденция вместе с развитием информационных и коммуникационных технологий достигла новых высот в 2003 г. с созданием «Центра за Американский Прогресс» (Center for American Progress, ЦАП), в котором с самого начала делался акцент на политике и развитии месседжей. В связи с этим подходом в Центре иначе происходит и распределение средств — он выделяет до 40% своих ресурсов на информационно-пропагандистские цели и коммуникацию (как сказал его основатель, бывший руководитель аппарата Белого дома в администрации Клинтона, Джон Подеста в 2008 г., это в восемь раз больше, чем в типичных либеральных политических организациях) [274] . По данным издания Bloomberg в 2003 г. такие богатые доноры как Джордж Сорос и продюсер Стивен Бинг выделили около 10 миллионов долларов, чтобы заполнить, как они считали, интеллектуальный вакуум в Демократической партии и создать двигатель, который бы выработал соответствующую повестку дня партии для возможного возвращения к власти, что и послужило ресурсной базой ЦАП.

Центр имеет 180 сотрудников и годовой бюджет в 27 миллионов долларов, половину его он выделяет на продвижение своих идей через блоги, события, публикации и средства массовой информации [275] .

Однако вместе с этим в американских НПО отмечен явный рост злоупотреблений и неприкрытые двойные стандарты. Если ранее, какими бы ни были реальные цели американских мозговых центров, внешний фасад все же был увенчан риторикой борьбы за права человека, уважение гражданских свобод и пр., то сейчас налицо жесткий прагматизм и субъективный подход, что подтверждается словами вицепрезидента ЦАП по коммуникациям Дженнифер Палмьери в 2008 г. (сейчас она занимает пост заместителя директора по коммуникациям администрации президента США): «другие стремятся быть объективными, а мы этого не делаем» [276] .

Примечательным фактом является то, что в октябре 2011 г. издание New York Times сообщило, что ЦАП помогал и поощрял проведению протестных акций Occupy Wall Street [277] , что в очередной раз подтверждает причастность Сороса к этому движению.

С одной стороны, это позволяет определить конкретные цели и намерения, а наличие связей определенной НПО с политической фракцией в Конгрессе или Сенате — заказчика и вероятный вектор политического сценария. С другой — произвести ревизию самой деятельности подобных центров. Эндрю Рич, автор книги Think Tanks, Public Policy, and the Politics of Expertise написал в своем исследовании, что «известные идеологические склонности многих, особенно новых исследовательских центров, и их активные усилия, направленные на получение высоких профилей, привели к подрыву доверия экспертного сообщества, которым традиционно пользовались должностные лица» [278] .

И если уж в США заговорили об исчерпанности кредита доверия в отношении НПО с их длительной историей и особой культурой, то что уж тогда говорить об отечественных либеральных мозговых центрах, которые не вызывают сомнений относительно своей заангажированности, и получают свои баллы согласно американским рейтингам явно по политическим причинам. Кстати, американские неоконсерваторы говорили, что «идеи имеют значение», а вот идей как раз и не хватает у доморощенных либералов. Следовательно — их пропаганда должна быть проигнорирована, а вот широкий спектр предложений от различных патриотических НПО — воплощаться в реальную политику. Раз уж эпоха профсоюзов, характерная для XX века, прошла, то гражданские инициативы консерваторов и антилибералов в широком смысле должны занять их место.

Развитие информационного общества де-факто должно было привести к исчезновению цензуры, о чем ратовали первые пропагандисты Интернет в Западном полушарии. На деле, к сожалению, мы видим иную картину, — социальные сети становятся объектом манипуляции и пропаганды все тех же силовых структур западных стран, которые ранее для этих целей использовали свои медиа органы типа радио «Голос Америки» и «Свободная Европа». «Грязные утки», как называли дезинформацию на радиоволнах или в прессе, теперь поселились и в Интернет. И виной тому не хакеры и революционеры, а представители властей так называемых демократических государств.

И это относится, в том числе, к особым зонам ответственности компетентных органов. Например, специальные психологические операции, которые являлись достоянием Пентагона и ЦРУ, постепенно сместились в глобальную гражданскую среду, в том числе, внутри США. Еще в 2006 г. был издан официальный доклад Пентагона, подписанный Дональдом Рамсфельдом под названием «Дорожная карта информационных операций» [279] . В этом документе гласилось, что информация, которая является частью психологических операций вооруженных сил, в конечном счете, попадает на компьютеры и телевизионные экраны обычных американцев. Было указано, что «информация, предназначенная для зарубежной аудитории, в том числе общественной дипломатии, а также психологические операции, все больше и больше потребляется отечественной аудиторией...

Послания в психологических операциях будут все чаще озвучиваться в средствах массовой информации для гораздо более широкой аудитории, в том числе американской общественности... Стратегия должна быть основана на предпосылке, что Министерство обороны будет «бороться с сетью», так как это может быть система вооружений противника» [280] .

Этот слоган — «fight the net», неоднократно встречается в документе. Специалисты Пентагона имели в виду широкий спектр возможностей, связанный с Интернет технологиями, — от блокировки и радиоэлектронного подавления чужих ресурсов, до чистки информационного контента в информационном поле, которое представляет стратегический интерес США (например, цензурирование призывов к очередной антивоенной кампании или журналистского расследования).

Между тем, в том же 2006 г. Пентагон официально признал, что использует грязные методы в Интернет пространстве, т. е. ведет «черную пропаганду», иначе говоря, распространяет дезинформацию [281] . Официально, согласно заявлению командующего «операциям по взаимодействию» Центрального командования Ричарда МакНортона, это было сделано для того, чтобы читатели имели возможность читать онлайн позитивные истории. Поэтому в сообщениях блоггерами-военными намеренно распространялась некорректная, неправдоподобная и неполная информация с места ведения боевых действий. Таким образом, легко представить, что очередные провалы американских морпехов в Ираке и Афганистане наряду с убийствами мирных граждан, преднамеренными или случайными, выдавались как успешные и действия лучших сынов Америки для принесения мира и свободы в эти страны, а суицид военнослужащих или другие невоенные потери — как героические поступки во время выполнения боевого задания.

С развитием социальных сетей США усугубили исследования в этом направлении. Так, в 2011 г. оборонное агентство DARPA провело специальное исследование, запустив программу Social Media in Strategic Communication, предназначенную для определения и управления пропагандистскими кампаниями в социальных медиа сетях. Согласно задуманному сценарию эта программа имела две цели. Во-первых, помочь военным лучше понять, что происходит в социальных сетях в реальном времени — особенно в зоне размещения военных контингентов. Во-вторых, дать военным возможность самостоятельно управлять пропагандой в социальных сетях [282] .

Это свидетельствует об интересе Министерства обороны не просто собирать и анализировать данные, но и глубоко проникать в динамику социальных медиа ресурсов. В директивах Пентагона указано, что «алгоритмы подобных программ направлены на выявление и отслеживание формирования, развития и распространения идей и понятий (мемов) в социальных сетях, что позволит в дальнейшем самостоятельно и умышленно инициировать пропагандистские кампании в зависимости от цели, региона и интересов США» [283] .

Конечно же, сторожевые псы демократии, как в самих США, так и за рубежом, тоже не спят и тщательно отслеживают действия властей. Ряд недавних исследований показывают, каким образом, и какие именно политические группы подвергаются цензуре со стороны Большого брата. Даны примеры, как Facebook и социальная медиа сеть Reddit цензурируют контент на своих сайтах и удаляют сообщения, имеющие политическую окраску. Например, в расследовании указано, что были удалены аккаунты, созданные группами палестинского сопротивления [284] . Это позволяет предположить, что в действительности ряд социальных сетей создан не для свободного обмена информацией, а для контроля над информационными узлами, которые представляют собой группы по интересам, в том числе и для сбора информации, так как многие добровольно выкладывают в Интернет личную и служебную информацию, которая лет двадцать назад считалась частной или секретной. Дело в том, что в сегодняшней культуре постмодерна дефицит внимания — это обычная вещь, поэтому люди и пытаются заполнить этот вакуум виртуальной реальностью, создающую иллюзию реалити шоу и наличия определенной аудитории у владельца аккаунта. Этот человеческий фактор давно просчитали западные спецслужбы и взяли его в оборот, начав преднамеренно использовать социальные сети в качестве специфических каналов для разведки. Джозеф Фистанакис из IntelNews.org, являющийся соавтором доклада 2012 Intelligence Studies Yearbook, подготовленного Средиземноморским Советом по исследованиям в области разведки по этому поводу сказал: «мы объясняем, что Facebook, Twitter, YouTube, и целый ряд других социальных сетей все чаще рассматриваются спецслужбами как бесценные каналы получения информации. Мы основываем наши результаты на трех последних социологических исследованиях, в соответствии с которыми считаем необходимым выделить разведывательные функции социальных сетей». Данный доклад частично основан на событиях «арабской весны», которые якобы «побудили правительство США начать разработку руководящих принципов по отбору разведданных из социальных сетей» [285] .