Чтение онлайн

Окрестные проспекты, бульвары и шоссе завидовали Кривой Короткой Улочке: даже просто жить по соседству с ней теперь считалось большим почётом… Сама же Кривая Короткая Улочка лишь кротко улыбалась в ответ: она никак не могла понять, что уж такого привлекательного нашли в ней, совсем молчаливой, именно сегодня – по сравнению с теми прекрасными временами, когда она была весёлой и полной жителей! Теперь по ней ходили только прохожие, а жители и прохожие – совсем разные вещи. Жители – они живут, и живут, и живут… а прохожие – только ходят, да и всё!

Мечты сбываются, это каждому понятно. Пусть и не сразу сбываются, пусть даже сначала подолгу не сбываются, зато потом всё равно обязательно сбываются. Иногда про какую-нибудь мечту кажется: эта-то уж точно не сбудется никогда, а посмотришь через некоторое время – сбылась! И ничто так хорошо не умеет сбываться, как мечты, хотя… чего ж тут удивляться: мечты – они на то мечты и есть, чтобы сбываться. Иначе никак. Иначе это у нас не мечта получится, а просто заблуждение одно – и всё. А заблуждениям сбываться совсем не обязательно.

Правда, очень трудно предугадать, когда именно та или иная мечта сбудется, но это уже не наше дело. Это мечты дело, когда ей сбываться. Когда захочет – тогда и сбывается.

Короче говоря, одна Светлая Мечта решила наконец сбыться. Она целых много лет не сбывалась и уже устала. Да и время ей подошло: тихий морозный вечер. Такие вечера нарочно придуманы, чтобы мечты сбывались.

Светлая Мечта как следует приготовилась начинать сбываться. Она даже завела себе специальное такое платье – белое, с маленькими золотыми цветками, и до полу – с особенным длинным шлейфом, только шлейф уже был без цветков, а с одними веточками из чистого золота. И вот надела она это платье со шлейфом и пошла выходить на дорогу.

– Вы куда это собрались, вся такая необыкновенно нарядная? – спросила её Другая Мечта: она тоже пока не сбылась, но, похоже, и вообще не собиралась сбываться.

– Я вся такая необыкновенно нарядная собралась идти сбываться, – без утайки ответила Светлая Мечта и светло, как ей и положено, улыбнулась.

– Вы что, с ума сошли, сбываться в такое время? – сразу же закричала Другая Мечта. – Никто в это время не сбывается, да и не та совсем обстановка, чтобы сбываться.

– А я думаю, пора. И обстановка самая что ни на есть подходящая: тихий морозный вечер! Вполне можно пойти сбыться. – И Светлая Мечта, опять улыбнувшись (конечно же, светло!), осторожно приподняла пальчиками длинный шлейф…

– Да где ж тут подходящая обстановка, когда никому ни до чего? Сейчас как раз ничего сбываться не должно: никто даже и не ждет, что найдётся какая-нибудь сумасшедшая мечта, которой именно теперь приспичит сбываться!

– Что значит «приспичит сбываться»? – чуть было не обиделась Светлая Мечта. – Всё-таки было бы очень неплохо, если бы Вы выбирали выражения.

– Ах, да не в выражениях дело! – отмахнулась Другая Мечта. – Вы вот сколько уже не сбываетесь?

– Очень долго! – горячо раскаялась Светлая Мечта. – Много лет уже не сбываюсь, просто измучилась вся… И так ужасно хочется сбыться!

– Вы прямо безрассудная какая-то мечта! – Другая Мечта даже пальчиком покрутила у виска. – Придёт же такое в голову – сбываться… Вы хоть отдаёте себе отчёт в том, что это значит?

– Я не в таких с собой отношениях. чтобы требовать у себя отчёта…

– Но ведь Вы же погибнете! – ужаснулась Другая Мечта. – Сбыться – это значит исчезнуть: пока Вы мечта, Вы есть, а сбылись – и нет Вас, кончено! Не приятнее ли танцевать с другими мечтами в хороводе при сиянии луны и никогда не сбываться? Я вот уже всю жизнь не сбываюсь и сбываться не намерена!

– Значит, – очень хорошо подумав, сказала Светлая Мечта, – Вы не настоящая мечта, а просто заблуждение. Или иллюзия. Потому что мечты – они сбываются.

– Не иллюзия, никакая не иллюзия! – завозмущалась Другая Мечта. – Я, может быть, даже побольше мечта, чем Вы. А только я всё равно не сбудусь, потому что нечего там! Хоть ты меня режь!

Светлая Мечта не совсем поняла, как можно резать мечту, но ничего не сказала, а только ещё чуть подобрала шлейф и сделала шаг вперёд.

– Вы погибнете! – прокричала вслед Другая Мечта, или просто Иллюзия. – Останьтесь с нами, Вы такая красивая – и нам, честное слово, будет не хватать Вас в нашем хороводе при сиянии луны… Не сбывайтесь!

– Прощайте!

И только маленькие золотые цветки да веточки из чистого золота прочертили по снегу ослепительные полосы…

В тот же самый момент два очень пожилых человека чуть не столкнулись на полутёмной улице. Они едва узнали друг друга, а когда узнали, долго стояли молча и не верили глазам своим. Потом сказали чуть слышно:

– Быть этого не может!

…вокруг них, со всех сторон, плясали по снегу маленькие золотые искры и длинные лучи из чистого золота, в которых даже очень внимательный наблюдатель ни за что не узнал бы ни цветков, ни веточек, а увидел бы только искры и лучи – только искры и лучи от стоявшего поблизости уличного фонаря. Но ведь искры и лучи – это тоже совсем не так мало.

Огурчик не сразу стал огурчиком: никто сразу не бывает тем, кем потом становится. Сперва он был семечком, потом листочком, потом двумя листочками, потом тремя, потом цветочком был и только после этого начал становиться огурчиком – и узнал, что зовут его Огурчик и что живёт он в Подмосковье, на одной грядке в одном огороде. И что таких, как он, огурчиков – много, это он тоже узнал.

Говорил Огурчик по-русски, потому как родился-то он в Подмосковье, то есть под Москвой, а Москва – это столица-нашей-родины-и-так-далее, где все говорят по-русски… Стало быть, Огурчик всех и понимал: он и Помидора понимал, и Морковь, и даже Укропа понимал, а уж укропов-то совсем трудно понять… Но Огурчик и Укропа понимал.

Не понимал Огурчик только того, почему он всех понимает: сам-то Огурчик ведь не знал, что все, и он в том числе, говорят по-русски. Огурчик просто говорил как мог – и все ему отвечали как могли, а по-русски или нет – этого тут никто не обсуждал.

Однажды Огурчик лежал на бочку и говорил по-русски с другим огурчиком обо всяких вещах. Только другой огурчик скоро заснул, а третий огурчик вообще всё время спал, и тогда наш Огурчик замолчал, потому что остальные огурчики были далеко от него. Но вдруг в огород прилетел Ветер и стал петь одну песню красивую – и тут Огурчик очень удивился, потому что он Ветра не понимал. А до этого он всех понимал.