Чтение онлайн

– Простите, уважаемый Верий. Мы конечно благодарны за гостеприимство и приют, но неотложные дела ждут в городе. Мне необходимо проводить этих людей к лекарям.

Стражник радостно осклабившись перекинулся на новую мышку.

– А вы, милая, никак наемничаете?

Я кивнула, понимая что угодила в очень щекотливую ситуацию.

– Так не изволите ли грамотку свою предъявить? Ну или браслет, если есть. Сами понимаете, времена нынче не спокойные. Сброда по дорогам полно шатается. И на слово верить никому нельзя.

Звонко щелкнув пружинкой, дверца мышеловки все-таки захлопнулась за моей спиной.

Пока, словно выброшенная на берег рыбка, я молча раскрывала рот и судорожно пыталась придумать оправдание, стражник ответил сам:

– Небось безграмотная, да? На жисть втихую зарабатываешь и с гильдией делиться не хочешь? Понимаю, время сейчас такое, каждый как может старается…

Я осторожно кивнула, пытаясь понять к чему он клонит.

– Жалко мне тебя девка, – Верий грустно вздохнул, – молоденькая ищщо, жизни не видала. А уже темница по тебе плачет.

Травник, кажется уже что-то сообразил и по-лисьи, плавно вывернулся вперёд.

– Так, господин Верий, сам Ветробог видит, всё так вы говорите. Да и наша с сестрой вина тут есть. Не подумавши безграмотную наняли, в город идти упросили. Сами видите то волчни, то метели, без подмоги никак. Настоящих-то наемников где в нашей глуши сыщешь? А ведь еще назад возвращаться!

Стражник поморщился и кивнул на дверь, обращаясь к жадно прислушивающимся сотоварищам:

– Ну-ка, молодцы. Прогуляйтесь, оглядитесь! Метель-то, смотрю кончилась.

Стоило только караулке опустеть, как мужик снова уставился на Грая, как на особо упитанную мышку.

– Три злота!

Парень бухнулся на колени, демонстративно заламывая руки:

– Смилуйтесь, господин хороший! Отродясь таких деньжищ не было! Мы же на земле живем, с земли кормимся, откуда на деревне деньгам таким взяться!

Стражник задумчиво скривил рот.

– И на что ты болящую лечить собирался? Думаешь лекари нынче дёшевы?

Травник демонстративно шмыгнул носом.

– Ладно, – сжалился мужик, – сколько есть? Но учти, серебро можешь даже не предлагать.

Грай присел на корточки рядом с теньячкой, загородив ее от Верия и уговаривающе забормотал:

– Шастенька, сестрёнка, дай монетку. Надо дяденьку отблагодарить за доброту его.

Я едва не фыркнула, когда 'сестренка'скорчила такую многообещающую мину, что заставила всерьез задуматься, а не вернётся ли она сюда ночью 'отблагодарить' мздоимца на всю длину клыков.

– Это вы хитро придумали, – стражник вытянул шею, пытаясь разглядеть девицу, – убогой-то деньги доверить. На нее ведь у лихих людей рука не поднимется.

– Угу, –мрачно буркнул травник и поднялся, протягивая искомую монету

Злот мгновенно исчез в руках толстяка, с ловкостью достойной любого балаганного фокусника. Нарочито громко, дабы соратники-подельники слышали, Верий высказал:

– Ну, ветра с тобой, дева. Эти пять… эээ… три медяшки, за въезд в город с тебя забираю. Но в гильдию ты все-таки зайди, повинись.

Состроив зверский физиономию, стражник махнул рукой.

– Пшли отсюда, пока не передумал!

Второй раз повторять ему не пришлось. Грай мгновенно подхватил под руки покачивающуюся теньячку и мы выскочили на улицу. Встретившие за дверью стражники встретили нас любопытными взглядами. Мстительно осклабившись я наклонилась к травнику и громовым шепотом прошипела.

– Вот ведь кровопийца! Пять злотов содрал, Свиев сын! Все скопленное, упырь отнял!

За спиной хлопнула дверь караулки и раздалась сдавленная ругань застрявших в узких дверях мужиков.

Шаста подняла голову и недоуменно поморщилась:

– Ты к чему это?

– О! Очнулась немощная! Грай, брось ее, сама пойдёт.

Парень скептически оглядел теньячку но руку ее отпустил. Девица постанывая распрямилась, покачнулась но и правда пошла сама.

– Ну так что за сказ, про пять злотов?

Я с готовностью пояснила:

– Пускай теперь с остальными делится и объясняет, что злот был один а не пять. Потрясут как кошель, вниз головой.

– Не потрясут, встрял Грай, – он же старшой у них.

– Э нет, – я самодовольно ухмыльнулась – он только на словах старший, пока в карауле. Десятник у ворот не сидит, он других охранять гоняет, и долю свою с мздоимства требует. Так что, пусть теперь многоуважаемый Верий один злот в пять превратить попробует.

И довольная маленькой местью я уверенно скакнула вперёд.

Солнце всё сильнее нагревало землю, вытесняя морозную стылость. Оставшийся после бури снег уже растаял, оставляя редкие лужицы на мостовой. Хлопали, открывались ставни, расходились по своим делам горожане. С порта веяло солоноватым запахом моря и резким рыбы. Я тянула шею, вглядываясь вперед и ожидая что вот-вот мелькнет между домами синяя полоса воды. Шаста вертела головой, не переставая восторженно удивляться.

– Ой! Смотрите какое платье. А пироги с хлебами в лавке какие. А что за франт идёт, неужто кто знатный? Ого! На балконе во-о-он в том доме, что там растет, а?

Мы с Граем покровительственно улыбались. По сравнению с великолепием столицы-Антары, портовый Асток казался грязноватым работягой рядом с пышно разряженной госпожой. Но теньячке и этого было достаточно для полноты восторгов. Где она жила, интересно? Неужто города ни разу не видела? Надо бы при случае расспросить, мало-ли…

А там что?– выдернул меня из задумчивости очередной восклик Шасты.

Девица замерла вглядываясь в ближайший переулок. Кривая надпись на облупившейся стене гласила: 'Кормешка и ночлег. Дёшево. Там'. Проследив взглядом вслед за нарисованной стрелкой я скептически поморщилась. Воображение услужливо дорисовывало притаившихся громил с длинными кривыми ножами, в ожидании опрометчиво сунувшихся по зазывной надписи простофиль. Да и несло из переулка кошками и подгоревшей пищей, что тоже желания заглянуть на огонёк не вызывало. Но Шаста уже решительно шагнула перед, и нам с травником ничего не оставалось, как двинуться следом.

Обошлось без разбойников, если только не считать таковыми ухмыляющегося громилу на входе в заведение и самого хозяина мрачного жилистого мужика назвавшегося Ратием. Цены на дворе «Дубки», и правда радовали своей дешевизной. Правда, услуги оказались подстать ценам.

Широкая комната на первом этаже, которую выделили нашей компании, удобством и не пахла. Пара соломенных матрасов в углу, полка с кувшином воды, хочешь пей, хочешь умывайся, да засиженная мухами до неузнаваемости сюжета картинка на стене.