Чтение онлайн

Как же, обойдется! Конец лета – сытная пора. И обычные волки, не учуяв вожделенную овечку, почти наверняка, обошли бы сарай стoроной, но только не волчень. Летом эти твари отсыпались в вырытых норах, изредка выбираясь подкрепиться, а с наступлением холодов входили в полную силу. Зверь немногим больше обычного волка, на него же и похож, но гораздо более сильная и хищная тварь. На людей первыми нападают редко, если только жертва не заведомо слабее. Хитрые. Нас в детстве байками пугали, как подраненный волчень три дня кружил по лесу за охотником, выбирая удобное время, чтобы напасть. И дождался-таки, пока несчастный мужик не отошел от костра в кустики…

И, наверное, единственный из лесных зверей, волчень может убить не для еды, а просто для своего удовольствия.

Вой резко затих.

– Грай, – я подалась к парню. – Но нас же двое. Он не нападет! Поостережется!

– Ита, не хочу тебя пугать но, кажется, придется отбиваться. Я травник, от меня нет человечьего запаха. И от тебя кстати тоже. Так что в том сарае, в котором вчера была одинокая вкусная овечка, ему теперь пахнет одинокой лошадкой.

Словно в ответ на его слова, дверь легонько спружинила, как будто пробуя на прочность ее толкнули мягкой лапой, следом раздался громкий стук…

Меня мелко затрясло. В ноге пульсировала тупая боль, но я боялась даже переступить, чтобы не выдать свое положение.

Дверь толкнули снова.

– Грай! Там… – испуганный шепот сорвался на задавленный писк.

– Тсссс… – травник приложил палец к губам. Подкрался к двери, прислушиваясь, и сделал самую глупую вещь, которую только можно было представить, вежливо поинтересовался: «Кто там?»

– Люди добрые, пустите путника переночевать, а то воет чвой-то в чистом поле, боязно! – раздался в ответ испуганный мужской голос.

Я чуть не свалилась от облегчения. Дернулась было к засову, но парень опередил. Скорчил угрожающую физиономию да еще кулак для надежности показал. Я потупилась, а Грай, покопавшись в торбе, высыпал на ладонь порошок из маленького мешочка, встал на изготовку у двери и резко дернул засов. Сунувшийся было в двери мужик, получил в лицо порцию порошка и отпрянул обратно.

– Апчхи! Вы чвой-то это люди делаете! По что мукой посыпаетесь!

Грай с облегчением выдохнул.

– Заходи, заходи мил-человек. Это мы случайно.

Представившийся нашему взору путник тут же напомнил мне незабвенного Пошку из разбойничьей шайки. Высокий широкоплечий детина с копной курчавых волос и глуповатым выражением лица. Отличали его только глаза. Цепкий хозяйский взгляд тут же обшаривший все закоулки сарая. Так осматривает дом сборщик податей, не завалялось ли где у хозяев в уголочке неприкрытого добра.

– А вы, люди… – запнулся он, окидывая меня взглядом, – хм, добрые, откуда и кто будете-то?

Мужик пару раз оглянулся на дверь, словно прикидывая, где безопаснее ночевать: в поле с волчнем или в нашей сомнительной компании.

– А ты сам-то, добрый человек? – эхом отозвался Грай.

– Дыть это, мельник я с Елья, Дарием кличут.

Я прыснула. Очень уж не вязалось гордое имя с этим грубым увальнем. Мужик недовольно на меня покосился, но смолчал и подозрительно прищурился, ожидая ответа от нас. Вопрос был в целом справедливый. Юноша с кентаврой не могли не вызвать подозрений. Тем более, что наши женщины вообще редко покидают пределы общин, и уж тем более не шляются по сараям в компании мужчин. И не успел травник открыть рот, как я брякнула: «А мы наемники. В Круж идем!»

– А-а-а-а! – мельник расплылся в щербатой улыбке. – Ну тады ясно!

Наемником в Каврии мог стать кто угодно, и девицы в найме были не редкость. Достаточно было заявить о своем желании в городскую гильдию. Записавшись у главы, получить браслет, наемничью грамотку и уплатить в казну налог в три злота, за год работы. Правда, одно время король пытался ввести налог с каждого выполненного заказа, но тут же выяснилось, что почти все наемники работают из чистого человеколюбия и забесплатно.

Плюнув, власти вернули ежегодный денежный сбор, без которого не давали новую грамотку.

И если без браслета, защищающего от сглаза и распознающего нечистую магию, работать еще можно было, то без грамотки никак. Заказчики предпочитали с таким не связываться. Изредка только были случаи, когда из жадности кто-нибудь и безграмотных мужиков в охрану брал, те цен на найм не задирали, но тут как повезет. Все байку знают, как купец разбойников в обоз нанял. Те его и проводили до ближайшей чащи поглуше, а оттуда купчина сам обратно в город шел, в сапогах на босу ногу и трусах яркой нитью шитых. Сунулся было в гильдию, а ему от ворот поворот. Раз грамоток не было, то и спросить не с кого, пенять только на себя остается.

Вот, правда, женщины у кентавров в найм в редких случаях только ходят, но тут вопрос полов мельника видно не интересовал.

– Ну дыть, может за знакомство? – мужик довольно потряс дорожной сумой.

Мы с Граем, переглянувшись, решили, что можно. От самогона, правда, отказались, но мельника это не расстроило. Приложившись к фляге, мужик расстелил чистую тряпицу и на свет появился большой кусок сала, каравай и десяток печеных картофелин. На еду я набросилась со всей возможной кровожадностью. Еще бы! Почти два дня не поймешь на чем. Ног таскать не будешь. А у меня их, между прочим, еще и четыре. Мельник не возражал, а только придвинув картошку ко мне поближе восхищенно присвистнул: «Во ест! Во ест! Силищи, небось, в девке немеряно!»

Спать никто так и не отважился, тем более что забытый в пылу знакомства волчень с новой силой затянул переливы.

Грай выспрашивал, мельник увиливал от ответов, я, полулежа, клевала носом и периодически вставляла пару слов, что в целом создавало видимость оживленной беседы. В щели в крыше начали пробираться первые лучики света. В деревне по третьему разу заорали петухи. Вой набирал все новые обороты, перебивая просыпающихся птиц.

– Грай! – я встрепенулась и нечаянно задела травника копытом.

Парень взвыл и, схватился за ушибленную ногу

– Ой, извини пожалуйста, тебе очень больно? – сочувственно подалась вперед.

– Нет, свий, приятно! Чего тебе!?

– Я спросить хотела.

– Ну?

– А разве волчень не ночной хищник?

– Ну, и?

– Так утро давно, чего он воет-то?

Для более подробного объяснения не замедлил явиться и сам зверь. Вой раздался под самой дверью, мельник рванулся к противоположной стене сарая, я с визгом дернулась в сторону, только Грай выхватил из сумки какой-то пузырек и, замахнувшись, встал на изготовку напротив двери.