Чтение онлайн

– Ох, ё...
– протянул я, поднимаясь и по привычке шаря возле кровати в поисках бутылки минеральной и не находя ее, естественно.

У меня из-за сильно перебитого носа была привычка дышать ртом во сне, отчего утро глушило сушняком. Но сегодня я озаботится не сумел, не нашел подходящей емкости под воду.

Федя же вскочил легко, натянул бриджи, и сунув ноги в тапочки, вышел в коридор, размахивая полотенцем и напевая:

Утро красит нежным светом

Стены древнего Кремля,

Просыпается с рассветом

Вся Советская земля!

– Ага, мне бы тоже проснуться, - прохрипел я, мотая головой и пытаясь вырваться из-под навалившегося как пыльная перина сна.

Кое-как удалось, тоже поплелся умываться, почему-то в мыслях сбившись на "Марш авиаторов", видать Федей и антуражем навеяло.

Потом пришлось вспомнить, как мотать портянки. Приодеться в обновки решил, оставив на себе лишь старый свитер. Нечего из рядов выделяться, да и пригодятся мне еще, чувствую, мои резиновые сапоги. Тут с ними, кажется, тоже дефицит, поберегу.

Английская танковая куртка вызвала у Феди завистливый взгляд и шквал расспросов. Узнав, что меня назначают на мотоцикл, он и вовсе обзавидовался.

– Везет тебе, Вовка! А я все в атаке охреневаю. А водила наш сидит курит, пока мы с фонарями по развалинам лазим. А сколько за баранку просился.

– Так мне сказали, что мотоциклы пустые, ездить некому!
– удивился я.

– Не, мотоциклов чёта боюсь, - признался он.
– Мне бы на машину.

Надев пояс с кобурой, причем весьма продвинутого вида, самоделкой, видать, он извлек оттуда легко узнаваемый ТТ, выкинул магазин из рукоятки, оглядел, заглянул в патронник, после чего зарядил оружие, поставив его на предохранитель. Какая-то деталь словно по глазам резанула, очередная мелкая неправильность.

– Федь, что не так с твоим стволом?

– В смысле?
– не понял он.

– Чем от нормального отличается?

– Ну ты спросил!
– удивился он.
– Откуда я знаю, как там у вас было?

– А откуда ты "Фендер Стратакастер" знаешь?
– требовательно спросил я.
– Из моего слоя песенка.

– Да здесь от кого-то слыхал, - оправдался он.
– А "Стены древнего Кремля" у нас тоже пели.

– А ствол?

– Да сам глянь, только не пальни случайно, патрон в патроннике.

Разницу долго искать не пришлось. Рукоятка отличалась формой, больше заваленная назад, так, что пистолет было держать удобней, и патроны оказались совсем другими, в девять миллиметров, с довольно длинной гильзой, вполне тэтэшной. И вес у ствола солидный, от нашего ТТ отличный вроде. Серьезный агрегат.

– Ты гля..., - удивился я.
– И как?

– Шьет любую тварь насквозь, - ответил Федя.

– А пэпэша твой под такой же патрон?

– Ага, под такой.

Ага, то-то магазин в его автомате не такой изогнутый, как в том ППШ, что в нашей реальности в пользовании был. Заодно я обратил внимание, что назвал оружие "автоматом", как было принято у нас во время войны, и как тут, похоже, его именуют. Да я и не против, у меня от сочетания "пистолет-пулемет" язык в трубочку заворачивается.

Народ внизу толпился у "пепелаца", так и оставшегося на ночь во дворе, но мне Федя предложил пойти пешком.

– Тебе же фотографироваться? По пути ателье. Срочную съемку закажешь, в обед карточки заберешь. К вечеру документ выпишут.

– Ага, нормально, - обрадовался я.
– Пошли тогда.

Дождя сегодня не было, но стало еще холодней. Сырость висела в воздухе, озноб забирался под одежду, заставляя радоваться приобретённой куртке и сохранившемуся свитеру. "Фураньку" я, кстати, тоже натянул на голову, а танковый шлем нес подмышкой, полагая, что меня наверняка сегодня захотят посадить на мотоцикл. А раз уж нормальных шлемов здесь нет, то хоть такой защитит, случись навернуться. А случится навернуться обязательно, потому что любой мотоциклист знает - невозможно кататься и не падать, рано или поздно ты со своего стального коня полетишь.

Мы шли по улице не одни, много народу спешило в разных направлениях, все по своим делам. Хватало и машин, на которые я глядел с настоящим восхищением - прямо музей на свободу вырвался и здесь катается. Видел и "виллис", и "бантам", и наш ГАЗ-67, и "Додж Ў", и знаменитый "Студебейкер" пронесся мимо нас, разбрызгивая лужи колесами. Протарахтел мимо трофейный серый "Кюбельваген", пронеслись два советских мотоцикла М-72, в каждом по водителю и бойцу с пулеметом в коляске. Много было "полуторок", который тут, похоже, были за основное развозное средство, вроде "газели" у нас, некоторые машины я просто не знал. Может их не было в моей реальности, а может просто не видел, я специалист в них не великий, знаю только то, что любили в хронике и в кино показывать.

Хватало тентованных грузовиков, которые везли, судя по одежде, рабочих. Уточнил у Феди, тот подтвердил:

– Ага. На перегонный, на угольный разрез, на электростанцию, на металлургический. Там всех всегда с доставкой и охраной, чтобы не вышло чего дорогой.

– А чего так?

– А за периметром почти все. Дорога тоже под охраной, в общем, но все же бывают инциденты. Но с работягами никогда, их от КПП под охраной брони повезут еще.

Я продолжал глазеть и вскоре меня особенно восхитила высокоосная и явно полноприводная машина, эдакая смесь представительской и внедорожника, с запаской на водительской дверце и запасными канистрами на бортах. Не удержался, спросил у Федора.

– "Додж" пятьдесят третий, который "Карри Олл", "Вези все". Это, кстати, начальник Горсвета проехал, наш босс, так сказать.

Действительно, помимо водителя внутри можно было разглядеть мордатого мужика в фуражке и серой шинели. Прямо генерала на фронт повезли.

– Симпатишный экипаж, - прокомментировал я.

– Ага, - согласился Федя, но добавил: - Но мне для моих дел "Блитц" куда лучше. Кстати, когда за генератором поедем? Это же золотое дно, у тебя его с руками оторвут.

– А когда лучше?

– Ну... послезавтра? Если тебя на сутки не поставят, ты все равно выходной, и я сменюсь. Оружие-то не выдали?

– Пока нет.

– За периметр без него не надо. Нельзя даже. Купить можно, но в продаже ничего такого особого нет, "болты" одни. "Мосинки" и немецкие "маузеры", и ничего больше обычно. Да и дорого. И все равно документы нужны.

– Кстати, Федь, народу со стволами много, до срельбы дело не доходит в городе? Друг в друга, в смысле.

– Доходит. Но редко очень.

– А чего так?

По моим прикидкам где народ нервный, а при такой жизни под Тьмой им точно станешь, до пальбы должно доходить легко, и главное - часто.

– У нас за это расстрел, если первый начал и кого-то подранил хотя бы, усмехнулся Федя.
– Если просто не по делу, от избытка чувств пострелял, лихость показать, или спьяну, то на общественно полезные работы. А общественно-полезные у нас конкретно стрёмные.

– Это какие?

– Дома разбирать за периметром. Не, фонарщики там профилактику постоянно делают, но не везде успевают. Так что могут быть проблемы. И бывают регулярно. Больше года не дают, считают, что за год точно соображать научишься. Кстати, тебе ствол пока не выдали?