Чтение онлайн

Вошел в конторку Свистунов, вытирая руки грязноватой тряпкой, сказал:

– Ром, первую категорию смело пиши, хранилась хорошо. Под замену сальники кое-где, и то не пожар. Никаких особых замечаний. Аккумуляторы тоже приличные, зарядятся. Берем все. Вот тут я расписал про них...

Он выложил на стол какую-то бумажку. Рома кивнул солидно, снова что-то почеркал в акте, пощелкал лежащими на столе счетами, вписал результат, затем дал расписаться этому самому Свистунову, после чего сказал, обращаясь уже к нам:

– Машина оценена в одиннадцать тысяч девятьсот рублей, по аккумуляторам разблюдовку приложил, всего тысяча четыреста двадцать целковых. Расписывайтесь.

– А когда, простите, можно деньги получить?
– очень тонко намекнул Федя.

– В следующий понедельник приходите в нашу бухгалтерию, -сказал Рома, убирая все свои бумажки в папку и протягивая Федьке копию акта.
– Второе окошко, все будет готово. Обратно отвезете?

– Без проблем, - сказал я, поднимаясь.

– Эва, гля какой!
– сказал механик Серега, поднимая шлагбаум и пропуская меня на аэродром.
– Где взял?

– Где взял, там больше нет, - сказал я и засмеялся: - Правда нет, один был такой. За Митино катались, там нашли.

А что? Порфирьевск вполне себе за Митино находится, ни в одном слове не соврал.

– А сюда на нем женихаться приехал?
– подковырнул он.

– Ну что ты своими грязными механичьими граблями в чужую личную жизнь? Приехал и приехал.

– Ну, заходи, раз приехал, Настя в дежурке с бумагами какими-то сидит, остальные уже по домам двинули.

– А ты чего?

– А я в ночь сегодня.

"Тазик" встал рядом с АР-43, оказавшись совсем маленьким даже на фоне этой отнюдь не слишком большой машины, и теперь я его вполне смело заглушил - аккумулятор воскрес, покатав нас с Федькой по всем адресам, куда нам было надо.

Самолеты были внутри, ворота закрыты. Настю я действительно нашел в дежурке, сидящей над стопкой каких-то бумаг, больше всего напоминающих счета. Услышав как я вошел, она вскинулась, заулыбалась, потом вроде как нахмурилась.

– А я уже ждать перестала. Ты вообще как, а? Совесть есть?

– Ну как, пока туда, пока обратно, пока здесь все сдали... и прямо сюда. Честно говоря, думал, что ты уже уехала.

– И ты с этим смирился?
– удивилась она, встав и положив руки на пояс, как бы демонстрируя готовность высказать все, что думает.

– Я решил сначала в этом убедиться, и лишь потом вырабатывать определенную позицию, - соскочил я с прямого ответа.

– Вот как? Ну-ну, - сказала она сурово, но сразу засмеялась.
– Ладно, как вы? Удачно?

– Не то слово, - расплылся я в самодовольной лыбе.
– И доход, и транспорт, и вообще я теперь жених. И куда-нибудь приглашаю.

Она с сомнением посмотрела на свой наряд, затем сказала:

– Сначала переоденусь, так не пойду.

– Но принципиальных возражений нет?

– А с чего им быть?
– вроде как даже удивилась она.
– Кстати, ты уже переехал?

– Пока нет, да что мне переезжать? Нищему собраться - сама знаешь, одна сумка с вещмешком.

Она подошла к овальному зеркалу, висящему на стене, распустила хвост и начала причесываться, с трудом протягивая расческу сквозь густые волосы.

– Я чего-то не поняла..., - заговорила она сквозь сжатые губы, которыми удерживала "хвостовой" шнурок.
– Ты собрался меня сегодня соблазнять, а еще не переехал?

– По пути тормознем, я за мешком забегу, а то боялся, что ты уедешь, торопился.

– Угу, - кивнула она.
– Оно и видно. Ладно, свяжешься с таким как ты - небось и не к такому обращению привыкнешь. Поехали за твоим мешком, потом меня переодеваться завезешь. Нет, ну ты кавалер или кто? Мне там тебя еще ждать?

– Давай сначала тебя завезу и метнусь к себе, мне там две минуты всего нужно, - предложил я.

– Понятно, а я, значит, час буду собираться?
– фыркнула она.
– Пошли.

Реакции на "тазик" я ожидал всякой, но, к радости моей, он Насте понравился. Понравился дружелюбным видом, почти противоестественным для военной машины, и забавными натяжными сиденьями, и даже своими компактными размерами. Не слишком понравился разве что способ залезания внутрь, особенно под натянутый тент, но мне он нравился еще меньше - у меня с ростом все в порядке. Еще внушало в преддверии зимы опасение отсутствие печки, но ее не было ни в "виллисах", ни в "газиках" и на в каких других маленьких военных машинах. Одеваться будем потеплее.

"Тазик" замолотил своим моторчиком и резво покатил по Краснопролетарской, объезжая лужи и подпрыгивая на колдобинах, отчего лучи его фар метались по стенам и деревьям.

До Настиного дома было недалеко, и я высадил ее у самого подъезда, выслушав предупреждение:

– У тебя тридцать минут, чтобы быть здесь со всем своим барахлом, понял? Бибикнешь.

– Понял.

Поскольку временные рамки были отпущены мне не слишком щедро, пришлось "давить гашетку". И здесь машинка тоже в грязь лицом не ударила, неслась резво, привлекая внимание задорным тарахтением.

В общагу влетел бегом, прошел "фонарный тест", проскочил через решетку. Бегом, прыгая через две ступеньки, взлетел на третий этаж.

Федьку я нашел в комнате, сидящим на кровати и пришивающим пуговицу на рубашку. Увидев меня, он спросил:

– Чего задумал?

– С чего ты взял, что я задумал?

– А рожа такая..., - пояснил он.

– Переезжаю, - сказал я, вытаскивая вещи из шкафа и распихивая их в сумку и вещмешок.
– Квартира же есть какая-никакая, что в общаге сидеть?

– С девушкой-пилотом?

Я пожал плечами. Вроде "девушка-пилот" прямо сказала, что собирается со мной, но пока такого не произошло, а случиться может что угодно. Не сглазить бы излишней самоуверенностью.

– Ладно, неважно, - сказал он.
– Сегодня что делать собираешься?

– Ужинать пойдем. Развлекаться. Веселиться. Дальше видно будет.

– Ага, - кивнул он.
– У меня планы примерно такие же, в шашлычку точно зайду. Зайдем даже, если быть точным.

– Не один?
– уточнил я.