Чтение онлайн

– Какие состязания? Ах да, через неделю, но я-то вряд ли туда попаду.

– То есть вся Академия попадёт, а она нет, - Лали стояла, уперев руки в бока, и я растерялась.

Я не знала.

– А как иначе? А у тебя точно магия огня? Витаешь в облаках, как истинный воздушник. Все старшие курсы участвуют.

– Я думала эти состязания только для стихийных магов.

– Смешно. А в Академии кого растят? Самые сильные маги здесь. Но бывают и самородки. Поэтому приедут не только огневики канахи, но и лучшие воздушники хорнцев. И даже с чампами на время состязаний заключается перемирие. Эти земляные выродки на время перестают шерстить наши приграничные селения. Паиньками становятся, а всё ради главного приза.

Иллюстрация из учебника Академии:

– Ого! А какой главный приз?

Лали оглянулась на дверь и понизила голос:

– Ну о самом главном говорить пока не положено, хотя все знают.

Я вспомнила слухи, которые притащила Кора.

– Кажется и я знаю, - мой голос осип от волнения, - император...

– Тс-с-с, знаешь и знай себе.

– Погоди, - я перешла на шёпот, - а если победит не огневик?

– Ну это вряд ли. Ещё ни разу на второй тур не выходил никто кроме огневиков.

– А зачем их тогда пускают, особенно чампов?
– я невольно содрогнулась представив, как столицу захлестывают волны дикарей из пустыни и рыщут по улицам в поисках женщин, чтобы увезти их с собой. Живое у меня, однако воображение.

– Высшие пытаются собрать осколки магии других стихий. С тех пор, как ушли наши Боги, мы вымираем.

Наши? Только теперь я сообразила, что для Лали этот разговор может быть неприятен.

– Прости, Лали.

– За что? Ах, вон ты о чём подумала. Не в том смысле вымирают. Живы хорнцы, но магия умирает. Чампам хуже, у них не только магия уходит, но и девчонки не рождаются. А джераи сами ушли.

– Как ушли?

– Опустели города, люди просто исчезли. Остались только те водники, которые жили в других странах.

– Такие как магистр Румер?

– Красавчик Румер. А ты чего краснеешь? Понравился что ли?

– Ничего подобного, - окончательно смутилась я.

– Ага, верю. Тут половина академии позабыв Рэйнера на него переключилась. Эх, будь я помоложе.

– Мне нет никакого дела до вашего Румера.

– Вижу, как той Несси до мыши, никакого.

– Лали...

– Погоди, ты меня заболтала.

Я замолчала, позволяя ей вертеть меня в разные стороны и прикладывать разные куски материи. Лали отдавалась любимому делу целиком. Что -то бормотала себе под нос, отступала на несколько шагов, изучала меня, иногда хмурилась, порой поджимала губы, покачивала головой, но всё это относилось не ко мне, а к её мыслям. И вообще, она похоже забыла, что я живой человек. Наконец, Лали удовлетворённо хмыкнула и улыбнулась, опять же не мне. Но я всё же подала голос.

– Лали, а может маг одной стихии управлять другой? Ну например, маг огня или воды вызвать ветер?

– Напрямую - нет. А, поняла, о чём ты. Есть у вас в Академии такой артефакт. Мощная штука. Его выдают для стрельбы. Он у ректора под замком хранится. Что, Рэйнер устроил вам ветерок, чтобы вы мазали?

Я кивнула, не вдаваясь в подробности. Какая Лали разница, Рэйнер это был или кто другой. Надоело краснеть.

– При помощи артефакта маг может призвать чужеродную стихию. Ваши ящерицы тоже что-то вроде артефакта.

– Как это?

– Просто. Ты ведь стреляла уже со своей Рокси?

И дождавшись моего утвердительного кивка, Лали продолжила:

– Я тоже смогла бы, хотя я воздушник. Не смотри на меня так, ясно дело, я на твою мелкую рептилию не полезу, хрупкая она, - Лали повела могучими плечами. А я представила под ней свою Рокси и еле сдержала смешок.

– Но сила есть сила. Если воздушник сидя на ящере направит в него свою силу, то он извлечёт точно такое же пламя, как и огненный маг. Ну всё, заболталась я с тобой.

Некогда мне. Будет тебе платье и костюм для парадной выездки. Я сказала всё, - и торнадо по имени Лали медленно, но неотвратимо покинуло комнату.

О чём это она? Какая парадная выездка? А-а-а, моя бедная голова, вопросов больше, чем ответов. Так и хочется жахнуть от всей души из своей огнедышащей Рокси. По кому только?

Мысли снова вернулись к пропавшей подвеске. Но попереживать мне не дали. Дверь распахнулась, и на пороге появилась Кора. Глаза на мокром месте, нос

распух.

Все мои беды внезапно превратились в серых мышек и разбежались по норкам.

– Что случилось? С Дэном поссорилась?

Кора замотала головой и у неё вырвался звук, напоминающий скулёж.

– Да говори же ты, - я схватила её за плечи, намереваясь встряхнуть, но не удержала, она внезапно опустилась на ковёр там, где стояла.

– Со мной всё кончено.

– Меня отчислят, - столько тоски мне ещё не приходилось слышать в человеческом голосе.

– Да что случилось?
– я опустилась на ковер рядом с Корой.

– Я провалила предварительные тесты.

– Рассказывай.

Кора попыталась ответить, но горло сжал спазм, и из глаз потоком полились слёзы. Да что же это такое! Я обняла её, чувствуя, что ещё мгновение и разревусь сама. Хотя какое там мгновение, если щёки уже мокрые. Всё напряжение последних дней превратилось в потоки. Я слегка покачивала подругу, гладя её по волосам. Так обычно успокаивала меня мама в детстве, когда утешала. Как же давно я не плакала. Так мы и сидели на ковре.

Кора понемногу успокаивалась, всхлипы стали реже.

– Пойдём, - я поднялась и потянула её за руку.

– Куда?
– потухшим голосом отозвалась она.

– В ванную, умываться, а потом всё расскажешь. Не верю я, что ничего нельзя придумать. В конце концов я с инспектором поговорю, или...
– я чуть не брякнула «с отцом», но вовремя прикусила язык, - ещё что-нибудь.

Я не стала церемониться. Одной рукой держа за шею, наклонила Кору над ванной, а другой вылила ей кувшин воды на голову. Такой подлости она от меня не ожидала. Зато сразу в себя пришла.

– Ты что?
– вскинулась, глаза, как блюдца.

– Держи полотенце, а я пока тоже умоюсь.

Всё ещё пребывая в растерянности, Кора принялась сушить волосы, а я, потихоньку поливая себе из чашечки на свободную руку, принялась умываться, как Несси одной лапкой. Попросить подругу полить мне на руки из кувшина я не рискнула. Что -то мне подсказывало, что Кора уже достаточно пришла в себя и может отплатить мне тем же.

– А ты почему плакала?
– неожиданно спросила она осипшим от слёз голосом.