Чтение онлайн

Это ласковое обращение в его устах звучало презрительно, и все, что он сказал, казалось ей угрозой. Она невольно задрожала. Он так и не ответил на ее вопрос.

— Так чего же вы хотите? — снова спросила она сквозь зубы.

— Выполнить свои обязательства. — (Он не Димен, а демон, подумала Пенни, глядя, как, улыбаясь, он обнимает Люси.) — А чего, собственно, вы еще ожидали? — (Всего, кроме этого внезапного и абсолютно нежелательного посещения!)

Вернувшаяся в комнату Маргарет избавила Пенни от необходимости что-то отвечать ему. Когда Сол поднялся во весь рост и, крепко прижимая к себе крестницу, повернулся с подчеркнуто вежливым выражением лица к приемной матери Люси, Пенни невольно вспомнила этот ужасный момент во время церемонии крестин, когда из-за нещадно давившего корсета она чуть не потеряла сознание. Сол тут же пришел на помощь, взяв Люси из ее дрожавших рук и поддерживая ее саму сильной рукой.

Возможно, с этого момента он и стал презирать ее, почему-то подумалось Пенни. Конечно, этот взгляд, который он бросил на нее тогда, скорее осуждающий, нежели сочувственный, Пенни помнила. Но это было бы ужасно, если бы она тогда упала вместе с Люси на руках, какими чудовищными могли бы быть последствия для ее маленькой крестницы. Хорошо, что Таппи так никогда и не узнала, чем обернулось для Пенни желание сестры сделать ее шикарной, превратить в собственное подобие.

Ей удалось изобразить какую-то вымученную улыбку, когда она увидела, что все лицо Маргарет светится радостью.

— Я так счастлива за вас, дорогая моя! — Пожилая женщина подошла к Пенни, обняла ее, прижалась щекой к ее лицу в порыве искренней радости. — Вы заслуживаете того счастья, которое вас ожидает! — Она отступила на шаг, сияя от удовольствия. — Я готова была заплакать от счастья, когда мистер ван Димен представился и рассказал мне о ваших планах.

— Но я... я не могла... о каких планах? — Пенни давно не чувствовала себя такой слабой и беспомощной с того момента, когда поправилась после гриппа. О Господи! Она совсем не хочет снова все это пережить! Пенни беспомощно смотрела на Маргарет, а та продолжала ласково улыбаться ей.

— Конечно же, о наших планах пожениться и создать для маленькой Люси семью и дом, дорогая моя. — Сол озарил ее бесконечно нежным взглядом, когда удивленная Пенни повернулась к нему, услышав это странное признание.

Горечь захлестнула ее, когда она смотрела на его улыбающееся лицо. Ему мало того, что он уже сделал, он еще осмелился прийти сюда, чтобы посмеяться над ней в присутствии ее единственного друга и союзника — Маргарет!

— Нет! — Она выдохнула это слово, разом отвергая все колкости и насмешки, которые он припас для нее. Взглянув на Маргарет, Пенни вздрогнула, увидев, как потемнело ее только что светившееся радостью лицо от резкости этого возгласа. Она горестно вздохнула. Что бы она ни сказала, от этого становится только хуже. Пенни перевела взгляд на своего мучителя. — Пожалуйста... я хочу подержать ее.

— Конечно.

Сол передал ей ребенка. При этом, придвинувшись к ней, он одной рукой поддерживал ее.

— Я полагаю, ты последишь, чтобы девочка легла спать, а потом мы пойдем где-нибудь поужинаем и обсудим подробно наши планы.

Все это звучало так правдоподобно, что открыто возражать ему, с ее стороны было бы просто безумием. Какую бы игру ни задумал Сол, лучше бы ему играть без свидетелей. Она никуда не пойдет с ним и не будет с ним ужинать, но, если единственный способ убрать его из этого дома — это сказать, что она пойдет с ним, пусть будет так.

Она молча покинула комнату, прижимая к себе маленькое теплое тельце племянницы, и пошла укладывать ее спать.

— По дороге сюда я проезжал мимо очень милого ресторанчика, реставрированного в стиле тюдор [2] , как я успел заметить. Он расположен вдали от дороги.

Пенни немного повернулась, чтобы посмотреть на суровый профиль человека, сидевшего рядом с ней и уверенно ведшего «ягуар» прямо к «Старой сельской ферме». Доверить Солу ван Димену везти себя в один из самых современных и дорогих ресторанов в графстве!.. О нем говорили, что это роскошный, просторный и приличный ресторан; что же касается качества подаваемых там блюд, то они завоевали множество звездочек в многочисленных справочниках для гурманов, в которых даются советы, где можно вкусно поесть.

— Я не одета для такого роскошного заведения, — сдержанно заметила она, — да я, собственно, и не голодна.

Пенни согласилась сесть с ним в машину, поскольку было бы глупо отказываться от его предложения подвезти ее, в особенности теперь, когда она совершенно без сил. Но она просила отвезти ее домой, а не в город! Еще хорошо, что сообразила немного привести себя в порядок и чуть подкраситься, после того, как уложила Люси спать. Теперь, если Сол настаивает, чтобы они поужинали в «Старой ферме», она, по крайней мере не будет выглядеть растрепанной, а по решительному выражению лица и блеску серых глаз Сола она понимала, что рядом с ней волевой мужчина, который намерен поступать по-своему.

— Вы сегодня обедали? — добродушно спросил он Пенни, не отрывая глаз от дороги. — Может, это удивит вас, но я — нет. — Он развернул свою великолепную машину с искусством, достойным ее элегантного дизайна. — Сразу, как вы ушли, я отменил все-таки ранее намеченный деловой ланч и остался в офисе, чтобы закончить кое-какую необходимую работу, перед тем, как приехать к Люси.

— Ну, это ваша проблема, а не моя. Я не просила вас приезжать, — вздохнула Пенни.

— Не просили, — послушно согласился он, ведя машину между высокими дубами, отмечающими границу территории ресторана. Он припарковался прямо напротив входа. Пенни еще возилась с пристежным ремнем, когда он вышел и терпеливо ждал ее, раскрыв перед ней дверцу машины. Рука, которая помогала ей выйти, не отпускала ее. — Нет, Пенни, — повторил он, и на его лице она не заметила и тени улыбки. — Но вы просили меня жениться на вас. И это, как раз то, что я собираюсь сделать.

В доме у Маргарет она думала, что Сол жестоко пошутил над ней, но сейчас он говорил совершенно серьезно, она это видела по его задумчивому взгляду. Нет, он не шутил...

— Но... — У нее не нашлось слов, чтобы передать удивление, даже ужас. Последние часы она провела, занимаясь самобичеванием, ругая себя за тупость, глупую надежду на то, что она когда-либо будет жить под одной крышей с этим человеком... а теперь вот как все оборачивается!

— Не спорьте со мной, Пенни, у меня сейчас не то настроение, — быстро предупредил он ее. — Нам многое надо обсудить, и мы сделаем это сегодня вечером за хорошим ужином.

Следующие секунды три она размышляла, стоит ли ей принять его предложение. Сильные руки, которые все еще сжимали ее, обещали стать жестокими, если она его ослушается; и если она собирается все же идти в ресторан, ей лучше делать это немедленно, а не ждать, пока ее туда затащат силой.

Бегло оглядев оформление и убранство ресторана, она пришла к заключению, что он действительно самого высокого класса. Столик, за который их пригласили сесть, был покрыт льняной скатертью, сервирован серебряными приборами и сверкающим хрусталем, и, наконец, он был очень удобно расположен в углу просторного, залитого огнями свечей зала. Толстый мягкий ковер, роскошные кресла, ненавязчивая приятная музыка успокаивали ее взвинченные нервы. Пенни с любопытством дотронулась до красного бутона розы в серебряной вазе, стоявшей перед ней. Цветок был живой. Последняя роза лета, подумала она немного патетично, отказываясь взять меню, которое ей предлагал Сол.

— Я же сказала вам, что не голодна.

— Ну, а я голоден. — Кивком головы он подозвал официанта. — Дыню, затем, пожалуй, «Одинокую Веронику». Это сделайте дважды. И бутылку шабли «Премье Крю».

— Повторяю: я не хочу есть! — взорвалась Пенни, когда официант отошел от них. Глаза ее сверкали гневом. Проклятый Сол ван Димен! Он решил, во что бы то ни стало впихнуть в нее еду и заставить делать так, как ему хочется. И разве на самом деле он мог принять ее предложение, после того, что ей наговорил?