Чтение онлайн

— Тогда оставьте все это, — холодно посоветовал Сол. — Если вам не нравится, можете выбрать, что хотите, когда я вас попрошу сделать это, но я не намерен смотреть, как вы сидите перед пустой тарелкой, как надутый ребенок.

— Хотела бы я знать, что вы намерены делать?! — парировала она, прекрасно сознавая, что не сможет устоять перед легкой и изысканной пищей, которую он для нее заказал. Она вдруг почувствовала, что ужасно хочет есть, — и это обстоятельство очень ее огорчило. Она ничего не желала от него, в особенности того, что могло бы ее порадовать.

— Я сказал вам, что намерен принять ваше предложение жениться на вас.

— После того, как вы уже отвергли эту идею? — В ее голосе слышался откровенный сарказм. — Вы что, считаете меня совсем дурой?

— Дурой? Нет. Глупенькой — да. — Сол замолчал, когда официант принес вино и, следуя традиции, вначале похвалил марку заказанного вина, затем выпитый на пробу глоток. Когда они вновь остались одни, Сол мягко продолжал: — Если вы считаете себя вправе предлагать мне брак, тогда уж оставьте мне право менять мое решение.

— Не очень-то часто вы пользовались этим правом. — Пенни даже не делала попытки скрыть, как он ей не нравится. — Вы, похоже, по природе упрямый и неуступчивый.

К сожалению, его нисколько не огорчило ее обвинение. Надо же, он даже умудрился улыбнуться: гримаса скривила его правильной формы рот — словно высеченный капризный рот греческого бога, — и это придало его худощавому лицу особую привлекательность.

Внезапно Пенни почувствовала, как теплая волна захлестывает все ее тело, она смущенно гадала, не так ли и ее сестра реагировала на этого человека. Она уставилась на белоснежную скатерть на столике, между тем, как его спокойный голос, казалось, лился над ее склоненной головой.

— Лично я считаю себя весьма решительным, но не собираюсь ссориться с вами из-за пустяков, из-за пары-другой определений.

Сол снова замолчал, когда официант поставил перед каждым из них по половинке дыни.

— Конечно, — продолжал Сол, когда официант снова удалился, — в ваш план следует внести кое-какие изменения.

Она автоматически подняла ложку и, расстроенная, посмотрела ему в глаза.

— Какие изменения?

— Мы с вами заключим не фиктивный, а нормальный брак и не будем заранее решать что-либо относительно признания этого брака недействительным либо относительно развода.

Затаив дыхание, Пенни с испугом смотрела на его лицо. Она не могла не заметить искорки живого интереса, пробивавшиеся сквозь его всегдашнюю холодность. Как мог он желать связать с ней свою жизнь, если считает ее безнравственной и своекорыстной?

— Вы говорите вполне серьезно? — наконец, задыхаясь, проговорила Пенни.

— Абсолютно серьезно. — В его улыбке не было ни тени сарказма. — Этим утром после вашего ухода я понял, что вы правы. Согласившись, стать крестным отцом Люси, я действительновзял на себя моральную ответственность за ее будущее и готов выполнить свои обязанности, тем более, что вы считаете меня лично виноватым в смерти ее родителей.

Гримаса страдания на мгновение исказила его лицо, и Пенни подумала, что это страдание искреннее. Она даже почувствовала себя неловко из-за того, что предъявила ему такое серьезное обвинение.

— И потому, — продолжал Сол, — я решил: необходимо, чтобы девочка росла в семье. Я мало знаком с ней, и единственное, что могу сделать, — это согласиться на ваше предложение и поддержать ваше обращение в суд. Это самый простой выход.

— Но вы же презираете меня! Как вы представляете себе постоянные отношения между нами? — Пенни так разволновалась, что не заметила, как ложкой отломила кусок дыни и отправила его в рот. Сочная и прохладная мякоть была очень приятной на вкус, но Пенни едва ощутила это.

Сол хочет соединить с ней свою жизнь, но какой ценой! Пенни рассчитывала на временное пребывание в тюрьме под его властью, но никак не на пожизненное заключение!

— А собственно, почему бы и нет? — Он даже не пытался отрицать сказанное ею. — Мне, в самом деле,нужна экономка. — Он энергично повел широкими плечами. — Я жил на служебной квартире в Лондоне, когда нашел этот дом и с первого взгляда влюбился в него. Тогда же я купил его. — Улыбка смягчала его строгое лицо. — Как все решения, принимаемые под влиянием момента, не после трезвого расчета, а чисто эмоционально, оно не принесло ничего, кроме бед и хлопот. Во время моих частых служебных поездок дом оставался заброшенным, в нем никто не жил, его разрушали вандалы и скверная погода. Летом он плохо проветривался, зимой недостаточно прогревался. Я уже живу в нем год, но он по-прежнему чужой для меня. Я никогда не чувствовал себя уютно в этом доме, в нем все устроено не так, как мне бы хотелось. — Он снова грустно улыбнулся. — Я в этом доме — как женщина, страдающая от недостатка внимания, которого, как ей кажется, она заслуживает. Этот дом изгоняет меня...

— Любопытное сравнение, — осторожно вставила Пенни. Лично она не находила его столь уж неотразимым, но ей было трудно себе представить, чтобы какая-то женщина, к которой Сол проявил интерес, прогнала его. Какой-то внутренний женский инстинкт говорил ей, что этот человек, с таким циничным изгибом губ, сидевший сейчас напротив нее, успешно одерживает победы над большинством особ женского пола. Даже ее родная сестра не устояла перед его чарами, до того, как вышла замуж за милого и добропорядочного Майкла...

Понимая, что он с интересом наблюдает за ней, Пенни постаралась отогнать мысли о его неприглядной личной жизни.

— Я думаю, хорошая хозяйка может сделать этот дом уютным и приятным для вас.

— Разве это противоречит вашим собственным утверждениям? — Казалось, Сол поддразнивал ее. — Со слов Майкла, который, по-видимому, обсуждал с вами мои дела, вам известны мои трудности. Я так и не смог найти кого-либо, кто бы мне подошел. — Его взгляд задумчиво скользил по ее бледному лицу. — И вот я пришел к заключению, что жена, пожалуй, была бы лучшим выходом из положения; но это не должен быть какой-то фиктивный, временный брак.

Чувствуя, что его взгляд прикован к ее рту, уплетающему дыню, Пенни молча слушала. Мягко, однако, как-то по-деловому, он продолжал:

— Вы сами обратили внимание. Это очень большой дом, с просторными помещениями, там, конечно, у вас будет отдельная спальня, найдется комнатка и для Люси.

Он замолчал, и Пенни неловко пошевелилась. Казалось, что этот образчик мужских доблестей, этот светский лев в облике бизнесмена, осознав свои обязанности, теперь не остановится, пока не выполнит их, и он хочет, чтобы она расплачивалась за то, что первая осмелилась указать ему на эти обязанности.

Пенни с некоторой дрожью подумала, что, по крайней мере он не предполагает, что они будут жить, как муж и жена. Он обещал, что у нее будет отдельная спальня, но даже тогда... Нет, это было бы слишком — требовать от нее...

— Я никогда не помышляла о каких-то постоянных отношениях с вами, — тихо проговорила она. — В мои планы не входило ничего, кроме делового соглашения на короткое время, как я вам объяснила.

Сол задумчиво смотрел на ее опущенную голову. Длинные ресницы, бледные щеки с немного выступающими скулами, мягкие линии рта, свежие розовые губы без следов помады... Он нетерпеливо провел рукой по своим волосам.