Чтение онлайн

— Жаль, хорошая была женщина, — выдыхает Давид.

— Вы ее знали? — спрашиваю удивлённо.

— Ещё как. Я даже тебя с ней видел, когда ты была ещё крошкой. Смешная такая, с двумя косичками, хмурая, но красивая.

Что? Он правда меня видел? Я лично его вот вообще не помню. Мама иногда заявлялась к бабушке, приносила мне раз в полгода подарки, иногда приезжала с мужчинами, но я никого из них не запоминала, мне важна была лишь наша с ней встреча.

Давид сказал, что я была красивой…

— А сейчас? — спрашиваю я и сразу прикусываю язык. — Ой, я не это хотела спросить.

Щёки начинаю гореть от стыда. Это же нужно было так опозориться!

Давид молчит около минуты, встает со своего места и тянет ко мне руку.

— Раньше ты была красивым ребёнком, сейчас ты безумно красивая девушка, — произносит он, как мне кажется, со всей искренностью. — Иди ко мне, я научу тебя плавать.

— Я не уверена, что это хорошая идея, — говорю я с сомнением.

Мы в одном бассейне. Он и я. Очень опасно. А ещё меня настораживает его пристальный взгляд, который так и говорит мне о том, что он заманивает меня в свои сети.

Не удивлюсь, если он начнёт ко мне приставать. Но самое ужасное в этом случае это то, что я вряд ли смогу долго сопротивляться и держать оборону, потому что, если говорить честно, то он мне нравится.

Нравится как мужчина, а это не есть хорошо. Это не отменяет того факта, что нам нельзя пересекать черту дозволенного. Он муж мамы, я его падчерица.

— Не трусь, я тебя не отпущу, — произносит он с усмешкой, продолжая держать вытянутую ко мне руку.

— Я без купальника, как вы видите, — пытаюсь я найти повод, чтобы не идти к нему, по сути, в объятия, в которых будет, как я думаю, приятно находиться.

— Это неважно. Иди ко мне, пока я тебя силой не заставил.

Приподнимаюсь и хочу ловко от него сбежать, только мужчина быстро раскусил мой нехитрый план и сам перехватил мою руку и потянул на себя.

— Привыкли все силой брать? — спрашиваю я, еле контролируя своё дыхание.

Я буквально в его руках и мне очень неловко к нему прикасаться, а он уже спускается по ступенькам. Все ниже и ниже, пока я не оказываюсь полностью в воде.

Бассейн глубокий, я знаю, что, если уйти дальше, то я не достану до дна, и это сильно пугает.

Мне придётся ему довериться, что сделать в моем случае очень сложно. Я не из таких людей, мне нужно много времени.

— Когда ты перестанешь выкать? Мы с тобой не чужие люди, можно сказать, что родственники.

— Неуместная шутка, — фыркаю я недовольно. — Вы только меня не отпускайте, я боюсь…

Сама начинаю к нему жаться, потому что он уходит все дальше от ступенек. Ему вода уже достает до плеч, а мне значит, до середины головы, а значит, здесь я уже могу утонуть.

— Лад, не бойся, в моих руках с тобой ничего плохого не произойдёт.

Звучит многообещающе. Так, словно он говорит не о плавании, а о чём-то более серьёзном.

— Ой! — взвизгиваю я. — Я не чувствую дна!

Хватаюсь за его большие плечи и чуть ли не забираюсь сверху.

— Не теряй контроль, я полностью тебя держу и плавать я сам хорошо умею.

Это немного успокаивает. Вряд ли в его планах меня утопить.

— Ладно… — произношу я, стараясь дышать размеренно, однако страх все же до конца не уходит.

Давид же тем временем возвращается обратно, поближе к ступенькам, чтобы я смогла встать на дно и сильно не волноваться.

На этом все? Если так, то я очень рада!

— Давай перекладывайся на живот, — приказывает он и переворачивает меня сам, теперь я лежу на воде, а он держит меня руками в области груди и живота. — Вот так, а теперь разводи руками и ногами.

Я пытаюсь что-то сделать, но сама понимаю, что делаю это неправильно.

— Так?

— Не совсем, — говорит он с усмешкой. — Ты очень смешная.

Я пробую плыть в течение долгого времени, как мне кажется, и, когда он опускает одну свою руку, то я начинаю тонуть, быстро переворачиваюсь и буквально к нему прилипаю, как пиявка.

Страх все же победил.

Я плохая и непослушная ученица.

— Давид, мне страшно! — вздрагиваю я, цепляясь ногтями в его спину.

— Хорошо-хорошо, ты только не кричи мне больше на ухо, девочка.

Неожиданно наши взгляды находят друг друга, и мы оба замолкаем. Между нами повисает неловкая пауза, которая быстро перетекает во что-то большее. А именно в то, что руки мужчины сильнее сжимают мою талию и он наклоняет ко мне лицо, чтобы… Поцеловать?

— Мой брат рядом, не нужно… — шепчу я испуганно.

Он точно не должен этого видеть. Он же не поймёт, почему я целуюсь с его отцом и мужем мамы. Это ненормально. Грязно и отвратительно.

— Он вышел, у нас есть пару минут, — сообщает Давид, и я смотрю в ту сторону, где он до этого сидел и ел.

И правда, его там больше нет.

Надеюсь, что мы его не смутили, и он пошёл в туалет.

— Для чего? — спрашиваю я в непонимании.

На губах Давида появляется многообещающая ухмылка.

— Для этого, — произносит он хриплым голосом и я не успеваю среагировать, а его губы уже оказываются на моих.

Он сжимает меня так крепко, что мой рот приоткрывается, чем он и пользуется, его проворный язык оказывается внутри, создавая там приятное трение.

Сердце начинает биться намного чаще, пока мужчина меня целует, а я не сильно, но пытаюсь все же отстраниться, однако в области живота уже начинает приятно сводить, а пальчики ног подгибаться.

И я понимаю, что в прошлый раз мне не показалось то, что с Давидом у меня были лучшие поцелуи. Он правда хорошо это делает. С чувством, со страстью, но без лишних слюней. Он делает это так, что сразу думаешь о продолжении.

Нет, это безумие в чистом виде, это все неправильно! Я не должна прыгать в омут с головой, даже если он мне сильно нравится.

Прекращаю данный поцелуй, о котором ещё долго буду вспоминать, пытаюсь перевести тяжелое дыхание и понимаю, что за минуту он смог меня возбудить так, что я злюсь сама на себя за то, что остановила это прекрасное действие.